Часть 2

      На дворе стояла глубокая ночь... Птицы, словно чувствуя что-то неладное, улетели подальше, чтобы не ощущать мерзкое чувство страха. И лишь двое воронов мужественно остались сидеть на ветках деревьев. Одинокий силуэт пробежался через ночной лес. В мраке ночи его лицо оставалось незамеченным, зато запах крови и мертвечины расходился далеко вперёд, отравляя всё вокруг. Единственный глаз с кандзи номером опасно блеснул в тусклом свете луны. Именно тогда-то вороны уз и поняли... Любая секунда промедления будет стоить им жизни, со второй низшей луной шутки плохи...

***

      В кошмарах Гию никогда не было Сабито. Наверное, это потому, что Томиока бы просто сошла с ума, окончательно и бесповоротно... Настолько, что от безумства её освободила разве что смерть. И вот вновь мрак ночи всё ещё окутывал спящую землю, но девушка не спала... Снова проснулась от мучительного кошмара. Казалось, что обвиняющие взгляды семьи в буквальном смысле вырезали на её спине причудливые, необычные узоры. Но она знала: сзади никого нет и никогда не будет. Ей некому прикрыть спину, и ей её никто не прикроет. Истина, которую она поняла ещё давным-давно, больно отдавалась пульсацией в груди. Она всегда будет одна. Катана, с которой она, без сомнения, спала, была мгновенно вытащена из ножен.       Рана освежала своей болью. Мысли постепенно избавлялись от грязи прошедшего кошмарного сна... Голова освободилась, оставляя лишь глухую немую пустоту... Это чуть-чуть, но успокаивало, всяко лучше, чем ядовитые обвинения таких родных голосов и лиц. Сегодня она видела сестру... Она смотрела на неё как на самое что ни на есть дерьмовое ничтожество. И она привыкла... Привыкла винить себя... Привыкла быть виноватой. Это казалось ей обыденностью. Уничтожение себя словно было для неё чем-то таким... Помогающим ей ощущать, что малость за малостью, но она искупает свои грехи. Но она лишь идиотка, которая делает самой себе больно лишь бы отвлечься.       Резкие хлопки крыльев вывели её из состояния задумчивости.       — Кар, кар, Томио... — Скрипучий голос ворона оборвался резким свистом. В ту же секунду натянув свою форму истребителя, Гию выскочила из окна, легко, словно птица, приземляясь на дорожку. Она не чувствовала присутствие демона. Но это был, без сомнения, он... Обернувшись, Томиока встретилась взглядом со столпом змеи, который появился, по всей видимости, не только из-за предупреждения своего ворона, но и любимой змеи Кабурамуру.       — Я не чувствую демона. — Бросила она. — Поместье уязвимо, в этом году глицинии стали расти меньше, но даже так он должен быть силён, очень силён, для того чтобы пробраться сюда, несмотря на благовония со святым цветком. Я считаю, что это работа одного из демонов двенадцати лун. — Видимо, за этот раз Гию истратила весь свой лимит слов на месяц вперёд. Ведь обычно из её уст выходили только короткие «да», «нет» и небольшие фразы... Но не время было удивляться, надо было работать. Тёмный силуэт на периферии взгляда сделал резкий выпад в сторону Гию, но та лишь увернулась, отскочив небольшим прыжком в сторону вставшего в стойку Обаная. Перед ними предстал не особо высокий, на первый взгляд, совершенно обычный мужчина с небольшой щетиной.

1... 2... 3

      Секунды длились вечность. Никто не нападал, ожидая совершенного лучшего момента для атаки...

4... 5... 6

      Самое время для неожиданной атаки.       — Дыхание воды. Третья ката: Танец быстротечного потока. — Негромко проговорила Томиока.       Быстрые рывки с вращениями вокруг своей оси практически мгновенно отрезали руки, как оказалось, второй низшей луны. Демон зашипел отвратительным булькающим звуком. Мужчина отскочил назад, регенерируя утерянные руки. К сожалению самого демона двенадцати лун, Игуро уже поджидал демоническое отродье сзади него. Словно почувствовав присутствие сзади, демон резко прекратился в бок. К его (вновь) несчастью, столп воды времени зря не теряла.       — Дыхание воды. Шестая ката: Водоворот.       К несчастью истребительницы, удар не достал её противника, вновь отскочившего от неё аж на метров пять. Но... Он был странным, словно... ждал чего-то... или пытался заманить их... Краем зрения Томиока заметила грязно-красную птицу, взирающего на них своими страшными малюсинькими шестью глазами, мелкие чёрные же паучки ползали по небольшому телу, вызывая острое чувство отвращения и тошноты. Резкая вполне правдоподобная догадка мелькнула и крепко засела в мыслях молодой Хашира воды. Мог ли демон перед ними быть лишь банальной приманкой? Да, вполне мог... Демоны практически никогда не работают вместе, но они, видимо, были исключениями из правил. Раз избрали такую тактику, и, скорее всего, они хотят разделить их и убить поодиночке. История стара как жизнь, но это не значит, что она стала менее эффективна.

***

      Лишь недавно крепко спавший Игуро Обанай проснулся от безумного удушья. Белая змея на его шее всё туже и туже стягивала своё тело, причиняя боль и тошноту своему родному хозяину.       — Кабурамуру... Хватит. — Тихо просипел столп змеи. — Пожалуйста...       Тихий хриплый полушепот хозяина быстро вернул змею в реальность. Сразу же она сползла, упав безвольной верёвкой, и единственное, что выдавало в нём живое существо, это светящиеся тревогой, ужасом и разъедаймым чувством вины глаза белой змеи. Обанай ещё никогда в своей жизни не видел его настолько взволнованным. А это могло значить только одно. Кабурамуру почувствовал присутствие демона, если даже не в поместье, то поблизости, потому что ночью он всегда уходил прогуляться. Но где тогда его ворон уз? Мог ли он в таком случае быть... Мёртв? Быстро натянув на себя форму, он выскочил на улицу. На его глазах Томиока выпрыгнула из окна, приземлившись в точно выверенное место, и повернулась к нему.       — Я не чувствую демона...       Хоть сейчас и не было времени удивляться, Обанай всё-таки был в некотором замешательстве от многословности всегда тихой одиночки Томиоки Гию, которая, как он считал, исчерпала лимит своих слов на месяца вперёд. Слишком непривычно и как-то необычно было слышать от неё полноценные предложения, а не полукивки, которые даже заметить тяжко. Ну или кое-что получше, согласное «хмм» и несогласное «хм», конечно же, распознать их было тяжело, но все столпы уже привыкли, да и она стала использовать их меньше с появлением девчонки-демона и её братишки Комадо. Они оказались не настолько бесполезные, как он считал, ведь сделать с ней та–а–а–акое надо было уметь. Хоть что-то не бесполезное они всё-таки сделали. И это приятно радовало.

***

      — Дыхание змеи. Первая ката: Удар змеи. — Синие глаза Гию расширяются. В тот же момент Обанай отбрасывается в растущее неподалёку дерево, подальше от отвратной птицы.       — Что ты творишь, дура! — Неосознанно вылетает из уст Игуро.       Столп воды, словно телепортировавшись, оказывается рядом, поворачивая его голову по известной только ей траектории. Глаза тёмно-красной птички пересекаются с его. Демон. Сразу мелькает в голове. Осознание, что он чуть ли не попался в их ловушку, пришло с неудовлетворительной задержкой.       — Спасибо. — Тихо отвечает он. Получая в ответ знакомый кивок головой. А он-то думал, она разучилась...       Взгляд направляется на тонкие маленькие прозрачные ниточки паутины, намотанные между двух деревьев. И демона позади него. Его глаза светились злобой и чистой незамутнённой яростью, посреди которой то и дело мелькала ненависть. И лишь одно слово им подходило: демон.       — Ухты, — Театрально восхитился «мужчина». — Неужели я наткнулся на столпов? — Ответ был очевиден. Он прекрасно знал, кто они такие.       Тишина была ему ответом. А зачем им отвечать? Лучше сосредоточиться на бое. Но для начала надо было прорубить проход. А это значило убить ту страшную «птичку», которая до сих пор сидит на дереве, следя за ними своими слепыми шестью «глазками».       — Обанай, — Тихо бросила Гию. — Я расправлюсь с темноволосым, а ты убей птицу. — Немного погодя она добила: — Пожалуйста.       Второй шок за день. Если бы они не были на поле боя, то он обязательно отвёл бы её в сторонку и спросил, всё ли с ней хорошо, предварительно померив температуру ладонью. Потому что Гию Томиока сказала ему «пожалуйста». В лесу явно сдохло что-то не просто большое! А, наверное, ТИТАНИЧЕСКОЕ! Ибо по-другому поведение напарницы он объяснить не мог... Ну не могла же она так резко подобреть? Тем более к нему самому, который её, мягко сказать, недолюбливал.       — Ты шокируешь меня, Томиока. — Еле слышно произнёс Игуро.       — Хорошо. — Кивнул ей в ответ Обанай. — Договорились.

***

      — Чёрт.       Чёртовы столпы оказались совсем не слабыми. Как о них говорили. Неужели за последние пятьдесят лет они стали намного сильнее? Новое поколение во множество раз сильнее предыдущих? Могло ли такое быть?       — Далеко ли собрался, демон? — Раздался над ухом ледяной голос девушки-охотника.       Руки и ноги мгновенно откатились от охотника, испаряясь. Совсем скоро должен был быть рассвет. Он не успевает... Тяжёлый ком застревает в горле. Если он её даже не убьёт. Отомстить обязан.       — Искусство демонической крови: Зазеркалье страданий, иллюзия.

***

      — Сабито...       — Томиока, что ты стоишь, руби ему голову! — Голос столпа змеи пробивался словно через что-то вязкое... Заглушающее. Её уши словно были залиты чем-то жидким. Может, вода? Мелькнула ненужная мысль и сразу же исчезла...       — Искусство демонической крови: Зазеркалье страданий, иллюзия. — Слова, сказанные демоном, табуном отдавались в голове... Иллюзия...       Перед ней стоял Сабито. Её всё, её смысл жизни, её семья, её брат. Тот, ради возвращения которого она с радостью маленького ребёнка отдала бы свою жизнь. Но это был не он... Его глаза не сверкали той самой неповторимой братской нежностью по отношению к ней... Это был не он. Но она всё равно продолжала шептать своим надтреснутым голосом его имя...       — Сабито...       Прерывистое дыхание мешало нормально говорить. А катящиеся крупным градом солёные слёзы больно щипали царапины на щеках.       — Я не хотела твоей смерти. — Чувствуя сильный удар в области живота, сдавленно выдохнула она.       Сабито... Просто прости меня... Прости, что твой образ использовали против меня. Прости, что так и осталась той ненужной собачонкой. Прости, что даже сейчас я...       — Дыхание змеи. Вторая ката: Ядовитые клыки змеи.