...

Когда Эндрю начал отдаляться от него, Нил первое время думал, что у того просто плохие дни. Даже спустя года, что существует их "это", Нил знал, что Эндрю иногда нужно время и пространство чтобы прийти в себя и стряхнуть руки демонов прошлого со своих плеч. Но его молчание и игнорирование длилось уже вторую неделю, Нил честно старался не думать об этом, погружаясь в экси и учёбу с головой, ведь мало ли что случилось с блондином. Когда пошла третья неделя Нил пытался поговорить с голкипером, но тот предпочел игнорировать его вопросы. *** Возвращаясь с очередной вечерней тренировки, Нил размышлял, что могло произойти с его НЕпарнем, что тот так отдалился. Сегодня был вечер пятницы, а значит монстры едут в Колумбию. Возможно там Нил сможет наконец-то поговорить с Эндрю, чтобы узнать как можно ему помочь. *** Сидя как обычно на пассажирском месте, Нил облокотил голову на стекло, разглядывая пейзажи, что приносятся перед глазами слишком быстро чтобы сосредоточиться на них. А краем уха он слушал как Никки и Аарон спорят в очередной раз на какую-то тему на немецком языке. – Может рассказать ему? – нервно поинтересовался Никки, – Аарон, я не могу смотреть как Нил мучается уже третью неделю. Аарон лишь раздроженно вздохнул на слова своего кузена, и закрыл свою тетрадь, с которой готовился к какому-то зачету, после перевел взгляд на Никки. – А тебя это должно ебать? – злобно выплюнул он, – пусть сами разбираются. Аарон фыркнул и снова открыл тетрадь, кинув напоследок фразу, от которой у Нила сердце упало в желудок: – Эндрю предупреждал его, что он ему рано или поздно надоест, – Аарон усмехнулся, став тетрадь в руках, – вот и наступило это самое рано или поздно, и у Эндрю теперь новое увлечение. Сказав это, нормальный близнец, бросил взгляд на Джостена, но тут же отвел его, упираясь им в свои конспекты. У Нила в один миг обрушился мир. Как же он сразу не додумался. Он ведь заметил почти сразу, что Дрю, нет, Эндрю, ведет себя так, словно они вернулись к начальной точке, словно они вернулись в день своего знакомства, когда блондин не доверял Нилу и грозился выкинуть из команды. Да вот только он еблан, не придал этому значения. Сердце нападающего сжалось от осознания, что он все-таки надоел. Действительно, как он мог подумать, что их с Эндрю "это" и правда будет жить и после выпуска. Стало до слез смешно, с самого себя. Блондин был абсолютно прав, Нил полнейший идиот. – Чувак, все хорошо? – взволнованно поинтересовался Мэтт, – ты какой-то бледный. Нил даже не взглянул на него. Лишь кинул дежурную фразу, что он в порядке, на что Мэтт лишь покачал головой, абсолютно не веря а слова своего товарища. И теперь Нил ехал молча, погруженный в свои мысли. *** Уже сидя на грязном полу в новой пристройке Лисьей башни спустя два дня после услышанного, которую начали воздвигать совсем недавно, Нил курил ментоловые сигареты так напоминавшие ему о Эндрю. Как там он говорил? А, точно, мученичество ни к чему хорошему никогда не приведёт. Что ж, теперь он точно верит в эти слова. Пусть он и твердил голкиперу, что если тот всё-таки оставит его, он не будет бегать с вопросами и просьбами объяснить всё, Нил все равно хотел хотя бы услышать о том, что надоел Эндрю от него самого, а не через ненарочное подслушивание диалога Никки и Аарона в автобусе, когда они ехали с тренировочного матча с Троянцами. Нил дернулся от неожиданного звонка, что поступил на телефон. Глянув, кто же решил беспокоить его сегодня, он лишь усмехнулся и пробормотал себе под нос: – Вспомнишь говно вот и оно... – и снял трубку, приложив мобильный к уху. Из динамика послышался знакомый, еще со времени кошмаров Эвермора, хриплый мурчащий голос Жана, с которым они начали общаться после того как тот окончательно перевёлся к Троянцам под крыло солнечного капитана. – Здравствуй британский дьявол, как поживаешь? – И тебе привет, французский лягушатник, – сипло выдал Нил, – все в порядке, сам как? Ваш солнечный мальчик все так же вертится вокруг тебя как курица-наседка? Из динамика был слышен яркий смех на фоне, что говорило о том, что его знакомый был не один. Но и Нил, и Жан проигнорировали его. – Рассказывай, – строго выдал Жан, не терпя отговорок. – Ты о чем? Нил решил, что изобразить дурака будет лучшей идеей. Ну не горел он желанием говорить о своих чувствах с французом, даже если и доверял тому. Даже если действительно доверял. – Не строй из себя идиота, знаю я твои фокусы, – едко усмехнулся брюнет, – ты не такой дурак каким хочешь казаться окружающим. Нил на это лишь равно выдохнул и поднял взгляд со своих потëртых оранжевых кед на небо, что окрашивалось в аллые и розовые цвета. Чем-то напоминало реки крови, что почти всю жизнь окружала его. Повисшая тишина казалось длилась вечно, и Нил не мог выдавить из себя ни слова. Их просто не находилось. Сердце вновь начало обливаться кровью и словно болезненно сокращаться, а перед глазами всплыл фрагмент прошлого дня, когда он стал свидетелем правдивости слов Аарона. Видел как когда-то, да и до сих пор, дорогой сердцу человек зажимал в углу коридоров общежития какого-то парня. Картина перед глазами заставила с силой сжать их, что аж начал видеть мошки сквозь плотно закрытые веки. Сигарета дотлела до фильтра. Нил Джостен сделал последнюю затяжку и задушил ее о ледяной бетон. – Я в порядке багет, не волнуйся, – и Нил сразу же сбросил звонок, не желая слышать сейчас Жана с его хоть и искренними, но такими не желанными, словами поддержки или еще хуже жалости. Ему это не надо. *** Прошла еще примерно неделя. Нил ушел с головой полностью в учебу и экси, желая хоть так избавиться от ноющей боли в груди, где бьется его изранненое сердце. Да вот только та не желала отпускать его, и все выходило из рук вон плохо. Это видела вся команда, но все молчали и лишь кидали на него жалостливые взгляды. А Ваймак в итоге дал ему отгул, чтобы он пришел в себя, со словами: – Не знаю, что там у тебя происходит, но тебе стоит отдохнуть и развеяться, ребенок, – тренер хмуро оглядел тогда его и положил огромную руку на плечо капитана молодого лисов, – не волнуйся, все наладится. Мы с Эбби и Би всегда рядом, чтобы помочь, а команда будет на подхвате. Не тяни все на себе. И после оставил его одного в пустом фойе, где он простоял еще минут пять, просто сверля мутным взглядом голубых глаз мелкие трещины в стене. Сейчас же находясь на своем постоянном месте, скрытому от чужих глаз, Нил курил уже третью сигарету. Разум пуст, а в груди разрослась дыра, от которой теперь было ни горячо, ни холодно. Словно он снова оказался в стенах Эвермора. Поднеся никотиновую палочку к обкусанным и гровоточащим губам, Нил вдруг замер, когда за спиной послышался еле слышный скрип двери, но оборачиваться не стал. Какой смысл ему знать кто там пришел? Верно никакого. – Ты долго собираешься тут морозить свою жопу? – едкий вопрос от Аарона разнесся за спиной нападающего, но он даже сейчас не собирался оборачиваться на него, – старшеки там уже панику развели, что ты пропал с утра и не возвращаешься. Нил лишь немного развернул голову, чтобы краем глаза видеть близнеца, которого все считали нормальным. Нил внутренне усмехнулся. С таким набором генов как у близнецов, нормальным назвать человека не получится никогда. – Как ты догадался, что я тут?– Нил проигнорировал вопрос защитника и задал свой. – Вопросом на вопрос отвечать некрасиво, знал? – выплюнул блондин, – тебя, когда ты сюда ускользаешь, не заметит разве что слепой. Ну или тупица. Нил снова усмехнулся, но только уже в действительности, и вновь затянулся, стряхивая пепел вниз. Аарон подошел ближе, сел рядом, и стащив сигарету из заледеневших пальцев Джостена сделал не глубокую затяжку, тут же морщась. – Дрянь редкостная. – Раз не нравится, что ж ты решил покурить за компанию? – Нил приподнял уголки губ, насмехаясь над собеседником. – Захлопнись, – огрызнулся тот и снова наполнил легкие едким дымом, – ты бы прекращал так вот бегать. Всю команду на уши ставишь. Нил на это лишь фыркнул, мол какая тебе разница? А защитник ткнул острым локтем того под ребра, заставив зашипеть от неприятного ощущения. – Чё ты кислый ходишь как девка после расставания? – поинтересовался Аарон, не глядя на Джостена, – даже если Эндрю и поступил как мудень, это не повод так расклеиваться. На нем свет клином не сошёлся. Нил вопросительно поднял рыжеватую бровь, с интересом глядя на близнеца. Тот на это лишь закатил глаза и будто делая одолжение, начал пояснять свои слова: – Ты не тот человек, который бы расклеиваелся и ныл из-за какого-то человека... Блондин не успел договорить, как его перебил яростный хриплый голос нападающего. – Закрой свой рот, – Нил развернулся и смотрел на Аарона. Гнев плескался в глубине ярких голубых глаз, те словно светились, – ты ничего не знаешь. Хватит говорит так, будто понимаешь меня и мои чувства. – Понимаю, – выдал защитник, перебив гневную тираду, – мы с Кейтлин расстались, я видел как она обжималась с каким-то футболистом. Так что я прекрасно тебя понимаю Джостен, только вот я в отличии от тебя не хожу так, словно мир обрушился и единственный выход будет лишь сторчаться или вскрыть себе вены. Где тот Нил-идите-все-нахер-мне-никто-не-нужен-Джостен? Где тот, кто бесил меня, да и не только меня, своим острым языком и не затыкающимся ртом? Ты блять пережил сраные восемь лет в бегах, блядский Эвермор, своего ебнутого папашу и ебучую мафию. Ты смог выторговать свою и Кевина с Жаном жизнт. Я в жизни не поверю, что ты сломаешься из-за какого-то идиота, который никогда не ценит и не ценил того, что имеет. Нил таращился на Аарона всю его гневную речь и не перебивал его. Выслушал до конца. Он действительно расклеился. Да, он безумно был привязан к Эндрю, он и сейчас не мог отпустить его до конца, дорожил их образовавшейся связью и доверием. Только вот доверие это предал тот, кто яростно твердил о его важности, кто оказывал его и требовал взамен ого же. Нил вряд ли сможет привязаться к кому-то так же сильно как к голкиперу, но даже эта связь не должна мешать выплате долга Морияма и его пути в карьере спортсмена. Он никогда не думал, что сможет признать, что Аарон прав, но то, что выдал только что блондин было чистейшец истинной. Он столько всего пережил, не для того, чтобы сломаться из-за этого. Ему все еще невыносимо от такого гнусного предательства, и орган качающий кровь все еще нестерпимо ныл, да вот только это не должно быть препятствием к его цели. С Эндрю или без него, жизнь Нила продолжается, и рядом есть люди, что действительно дорожат им. А Аарон, глядя на наконец-то загоревшиеся глаза нападающего, лишь слабо улыбнулся, радуясь, что смог вроде как привести того в чувства. Ни у кого, и у него тоже, не осталось сил смотреть как страдает капитан от поступков его непутевого близнеца. Боль будет проходить еще долго. И уйдет она не навсегда. Всегда будет с нападающим. Время не лечит боль, оно дает возможность смириться и жить с ней, не замечая ее.