Часть 31

Наруто и Минато стояли друг напротив друга, и время словно застыло. Вокруг бушевала война — гремели взрывы, кричали шиноби, рушилась земля, — но для них двоих не существовало ничего, кроме этого взгляда. Взгляда отца и сына, которые впервые встретились лицом к лицу, живыми глазами, а не через рассказы, фотографии и обрывки воспоминаний. — Наруто… — тихо произнёс Минато. Его голос был ровным, но в нём слышалась боль. — Мне жаль, что мы должны встретиться именно так. Наруто сглотнул. Он опустил взгляд, сжимая кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони. — Я тоже… — хрипло ответил он. — Я не хочу сражаться с тобой, папа. Минато грустно улыбнулся, но в этой улыбке была твёрдость Хокаге — человека, привыкшего принимать тяжёлые решения. — Тогда сражайся не со мной, — сказал он мягко. — Сражайся с тем, кем меня сделали. Он на мгновение закрыл глаза. — Я не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за нас. Поэтому… мы уйдём подальше от остальных. Он сложил печати. Пространство вокруг исказилось, словно воздух сжался в тугую спираль. В следующий миг мир резко сменился. Они оказались в разрушенной долине, вдали от основного поля боя. Камни были испещрены трещинами и следами старых сражений, обломки скал лежали, как немые свидетели былых катастроф. Ветер выл между утёсами, будто предчувствуя новую битву. — Ты готов? — спросил Минато, и вокруг него вспыхнула знакомая золотая чакра. Метки Хирайшина словно ожили, а воздух задрожал от его скорости. Наруто поднял голову. В его глазах вспыхнуло оранжевое сияние, чакра Курамы окутала его тело пламенным покровом. — Я готов, папа… — тихо сказал он. — Но я всё равно тебя остановлю. Они столкнулись. Минато исчезал и появлялся в золотых вспышках, его движения были почти невидимы — словно сама молния обрела форму человека. Но Наруто успевал реагировать: чувства Курамы предупреждали его за долю секунды, а сила Рикудо позволяла выдерживать удары, от которых рушились скалы. Их кулаки сходились с глухим громом. Земля трескалась под ногами. Воздух рвался от чакры. Это была не просто битва. Это был разговор без слов — о потерянных годах, о несбывшемся детстве, о боли и гордости, переплетённых в каждом ударе. *** Тем временем Саске вышел на поле боя после тяжёлой победы над Итачи. Его дыхание всё ещё было неровным, одежда порвана, а в груди стояла пустота. Но его взгляд сразу начал искать лишь одного человека. — Где Наруто?! — резко бросил он, оглядываясь. Шикамару, всё ещё переводя дыхание после недавнего боя, медленно поднял на него взгляд. — Здесь был… Четвёртый Хокаге. Минато Намикадзе, — сказал он мрачно. — Наруто ушёл с ним. Саске сжал кулак так, что хрустнули пальцы. — Значит, он сражается с собственным отцом… — сквозь зубы процедил он. На мгновение в его глазах мелькнула тень воспоминаний. — Чёрт… — тихо добавил он. — Это больнее любого удара. Их разговор оборвал резкий голос Сая: — На горизонте новые цели! Все обернулись. Над равниной поднималась пыль. Из неё, словно призраки прошлого, выступили две фигуры. Второй Хокаге — Тобирама Сенджу — с холодным, пронизывающим взглядом. Рядом с ним — Третий Хокаге, Хирузен Сарутоби, с посохом и знакомым силуэтом, от которого у многих сжалось сердце. Их глаза были пустыми. Но их чакра давила, как тяжёлый камень на грудь. — Это… легенды… — прошептал один из шиноби, не в силах отвести взгляд. — И это ещё не всё, — добавил Сай, получив срочное донесение. — Другие отряды сообщают: на их участках тоже появились воскрешённые Каге. Первый и Второй Казекаге. Третий Райкаге. Второй Цучикаге… Он на секунду замолчал. — Их вернули всех. Шикамару стиснул зубы, его тень дрогнула под ногами. — Значит, Мадара решил выложить все козыри сразу. Саске медленно активировал вечный мангекьё шаринган. Его взгляд был холодным и решительным. — Если Наруто сейчас сражается с Четвёртым… — сказал он. — Значит, этих мы берём на себя. Он сделал шаг вперёд. — Иначе… мы все проиграем. Над полем боя снова поднялся ветер. Война входила в новую, ещё более жестокую фазу. *** Схватка Наруто и Минато продолжалась, и казалось, будто сама земля не выдерживает их противостояния. Камни разлетались в стороны, почва трескалась, воздух дрожал от столкновения чакры. Они двигались с невообразимой скоростью: золотые вспышки Минато мелькали между метками Хирайшина, переплетаясь с ослепительным сиянием чакры Курамы вокруг Наруто. Каждый их удар был выверен, каждый шаг — отражением опыта и инстинкта. Ни один не мог получить решающего преимущества. Отец и сын были слишком похожи. — Ты силён, Наруто, — сказал Минато, едва успев уйти от очередного Расенгана, что прошёл в считаных сантиметрах от его плеча. — Но не забывай… твоя сила не только в Девятихвостом. Она — в твоём сердце. — Я знаю, папа! — выкрикнул Наруто, бросаясь вперёд без колебаний. — Но я не позволю тебе меня остановить! Минато на миг замер. Его взгляд стал серьёзнее, глубже — таким Наруто ещё не видел. Он сложил печати. В следующий момент тело Минато окутало яркое золотое сияние. Чакра вспыхнула мощной волной — тёплой, тяжёлой, до боли знакомой. Режим Курамы. — Что?.. — Наруто застыл всего на секунду, не веря своим глазам. Внутри него раздался хриплый, низкий голос: — Не удивляйся, Наруто, — произнёс Курама. — Половина моей чакры была запечатана в твоём отце в день твоего рождения. Наруто стиснул зубы. Теперь всё стало ясно. Перед ним стоял не просто отец. Перед ним был противник, равный ему по силе. И всё же… отступать он не имел права. Их схватка вспыхнула с новой яростью. Удары сливались в единый поток — настолько стремительный, что глаз не успевал за движениями. В какой-то миг они почти синхронно сформировали огромный спиральный расенган — два вихря чакры столкнулись и взорвались, превращая долину в гигантский кратер. Но даже тогда ни один не пал. И всё же… что-то изменилось. Наруто собрал всё — чакру Рикудо, силу Курамы, волю, боль, любовь и решимость — в один последний удар. Он бросился вперёд, не сдерживаясь. Минато не уклонился. Он принял атаку — и мягко улыбнулся. Свет Эдо Тенсей начал рассыпаться по его телу. — Ты стал сильнее меня, сын… — тихо сказал он. — И это правильно. Так и должно быть. — Папа… — голос Наруто дрогнул. Все слова застряли в горле. Минато сделал шаг ближе и положил ладонь ему на плечо. В этот момент поток чакры хлынул в Наруто — мощный, тёплый, родной. Вторая половина Курамы слилась с первой. Внутри раздался глухой, глубокий рык. Девятихвостый стал целым. — Наруто, — произнёс Минато, уже почти исчезая, — я всегда любил тебя. И всегда буду рядом… даже если ты меня не увидишь. — Папа! — выкрикнул Наруто, больше не сдерживая слёз. — Спасибо… за всё! Фигура Минато растворилась в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое золотое мерцание. Чакра вокруг Наруто вспыхнула ярче, чем когда-либо прежде. Его сила стала цельной, завершённой. Он чувствовал Кураму не как тяжёлую ношу — а как союзника. *** Когда Наруто вернулся на поле боя, картина была пугающей. Земля была изрыта, деревья повалены, воздух пропитан гарью и остатками техник. На горизонте сотни шиноби пытались сдержать сразу двух врагов — Второго и Третьего Хокаге. Водные драконы Тобирамы сметали целые отряды, не оставляя шанса на оборону. Огненные техники Хирузена прожигали землю, заставляя союзников отступать снова и снова. Саске заметил Наруто первым. — Ты жив… — сказал он, прищурившись. — И даже не ранен. Что произошло? Наруто кивнул, его голос был спокойным, но наполненным силой: — Я победил отца. Он отдал мне вторую половину Курамы. Теперь девятихвостый снова целиком во мне. Саске хмыкнул: — Значит, теперь ты ещё сильнее. Он перевёл взгляд на Хокаге. — Отлично. Значит, шансы у нас всё-таки есть. — Этих Каге невозможно просто уничтожить! — перекричал грохот взрывов Шикамару. — Эдо Тенсей делает их бессмертными. Их можно только запечатать! — Тогда будем запечатывать! — отозвался Наруто, сжимая кулаки. — Я помогу вам их остановить! Битва вспыхнула с новой силой. Наруто создавал десятки клонов, сдерживая Второго Хокаге и одновременно вытаскивая союзников из-под смертельных атак. Саске, призвав Сусаноо и используя силу Риннегана, прикрывал тыл, перехватывая удары Хирузена. Команды запечатывания пытались приблизиться, но Каге безжалостно разрушали любые барьеры. Тобирама холодно посмотрел на Наруто: — Ты сын Четвёртого… Я чувствую его чакру в тебе. Но это не спасёт тебя от моего водного стиля. Хирузен добавил, и в его голосе прозвучала боль: — Наруто… я горжусь тобой. Но я не могу себя контролировать. Останови нас, пока мы не причинили ещё большего вреда. — Мы вас остановим! — крикнул Наруто, формируя гигантский расенган. — Я обещаю! Сражение вступало в решающую фазу. Но с каждой минутой становилось ясно: одной лишь силой эту битву не выиграть. Нужен был план. И время работало против них. *** Сакура работала без передышки. Пот стекал по вискам, пряди розовых волос прилипали ко лбу, но она даже не пыталась их убрать. Переломы, ожоги, рваные раны, внутренние кровотечения — каждый новый раненый требовал её абсолютной концентрации. Чакра текла через ладони непрерывным потоком, мышцы ныли, но она не позволяла себе замедлиться ни на секунду. Очередной крик боли — и она уже рядом, накладывает печати, стабилизирует дыхание, приказывает ассистентам не паниковать. В этот момент кто-то резко откинул полог палатки. Сакура вздрогнула, но не обернулась. — Сакура, всё в порядке? — раздался знакомый голос. — Ты ведь слышала… где-то здесь бродит предатель. Она узнала его сразу. Неджи. — Слышала, — коротко ответила она, не поднимая головы и продолжая работу. — Но у меня нет времени отвлекаться. Если ты ранен — садись. Если нет, не мешай. Неджи шагнул ближе. Слишком близко. — Ты не видела капитана Шизуне? — спросил он после короткой паузы. — Мне нужно срочно с ней поговорить. Сакура наконец подняла взгляд. Внутри что-то едва заметно сжалось. — Что случилось? — настороженно спросила она. — Ничего серьёзного, — ответил он слишком спокойно. — Просто… кое-что лучше сказать лично. Сакура задержала дыхание всего на долю секунды, а затем кивнула: — Возможно, она с Тонтон. У неё лёгкий вывих ноги. Неджи слегка усмехнулся, почти насмешливо: — Ну, это же не рука. Пройдёт быстро. Внутри Сакуры всё похолодело. — «Рука»? Мысль вспыхнула мгновенно, как вспышка молнии. — «У Тонтон нет рук. У неё лапы». Она опустила взгляд, делая вид, что снова полностью поглощена пациентом, но каждое чувство в её теле обострилось до предела. — Да, именно рука, — намеренно чётко произнесла она, не глядя на него. — Думаю, Шизуне сейчас помогает ей. Она медленно выпрямилась, словно собираясь дотянуться до бинтов. В то же время чакра уже концентрировалась в её кулаке — плотная, тяжёлая, готовая к удару. В следующую секунду Сакура резко развернулась. Хлёсткий, прямой удар — быстрый, без предупреждения. Тело «Неджи» дёрнулось. Контуры дрогнули, словно расплылись, и иллюзия рассыпалась, обнажая истинную форму. На полу палатки рухнул Белый Зецу. — Что?! — выкрикнул он, пытаясь уйти под землю, его тело начало растворяться в почве. Но Сакура была быстрее. Точечный удар в основание шеи — и враг обмяк, парализованный. — Я сразу поняла, что что-то не так, — холодно сказала она, глядя на него сверху вниз. В её голосе не было ни капли дрожи. — У поросят нет рук. Зецу злобно оскалился: — Ха… значит, ты догадалась… Но нас больше, чем вы думаете. Мы повсюду… В этот момент в палатку ворвались бойцы охраны. Двое из АНБУ мгновенно заняли позиции, а следом появился Киба с Акамару. — Сакура! Всё в порядке?! — крикнул Киба, оглядываясь по сторонам. — Порядок, — спокойно ответила она. — Только этот «Неджи» оказался не тем, за кого себя выдавал. АНБУ без лишних слов активировали печати. Зецу был скован и запечатан в специальный свиток, не успев уйти под землю. — Отличная работа, — сказал один из них, проверяя устойчивость печатей. — Похоже, враг научился проникать даже в медотряд. Сакура вытерла пот со лба тыльной стороной ладони и тут же развернулась обратно к раненым. — Разберётесь без меня, — бросила она. — Здесь пострадавшие важнее. Она на секунду замолчала и добавила жёстко: — Проверяйте каждого. Даже тех, кого знаете с детства. Они могут быть кем угодно. Киба мрачно кивнул: — Чёрт… теперь придётся прогонять всех через сенсоров и защитные печати. Сакура сжала кулаки, снова чувствуя, как усталость накрывает волной — но она не позволила себе остановиться. Если они смогли подобраться так близко…значит, настоящая битва ещё впереди. Полог палатки снова колыхнулся от ветра, а война за её пределами продолжала набирать обороты. Продолжение следует…