Родные

Я села на край кровати, и Глеб принялся заплетать мне косы, плавно и аккуратно следуя моим инструкциям. — Гле-е-еб, посмотри мой основной подарок, — крутя коробочку, попросила я. — Сейчас. Резинку намотаю, — парень ловко заплел первую косу, перекинув её мне на грудь, — Чья идея была всех собирать? Я неуверенно затихла. Вообще, мы с Денисом обсуждали, как бы нам поздравить этого интроверта. — Моя и Дениса. Ты хочешь покусать нас? — вызывающе спросила я, ожидая, что Глеб дёрнет мою косичку в наказание. — Не сомневался. Просто мне нужно было убедиться. Глеб потянул персиковую ленточку, держа в руках коробочку. Он осторожно снял крышку. Два кулона молочного цвета, серебряные вставки, черный шнурок. Я достаю из кармана кожаный шнурок на запястье. — А, вот ещё. Совсем забыла, — моя ладонь вручала браслет, на котором висел серебряный шарик с руной счастья. Глеб засунул руку под майку, вытаскивая памятный подарок от друга детства. — Красиво. У твоего чуть короче шнур. Мне нравится. Надеюсь, ты не пойдешь по пути моего друга, — иронично пошутил парень, — Ладно. Неудачно вышло. Я села поближе, приобнимая парня. — Не надо о грустном.

***

Вопли из гостиной звали нас в зал. Мы, как два моржа, выползли из спальни. Глеб довольно поставил руки в бока, оглядываясь. Шары, поздравления на плакатах, ленты, на столе вина, шампанское, водка, виски. Какое облегчение. Я сразу к вину. Когда мы покончили с индивидуальными поздравлениями, из объятий Глеба меня вырвал Ярослав: — Глеб, пожалуйста, можешь оставить нас с Аной на пару минут? — требовательно обратился Яр, — Ана, быстрее. Что-то забыли? Ярослав пропустил меня в коридор. Вот так сюрприз. Родители Глеба стояли на пороге. Герман покраснел заметив меня. — Ана! Здравствуй! — Елена побежала ко мне, крепко сжимая плечи. Она очень сильная женщина, раз у меня что-то хрустнуло, — Простите, что мы так неожиданно. Хотели с вами посидеть, но у вас там вечеринка полным ходом. Не ожидала, что мой сын снова в движение вернулся. Отец Глеба вежливо кивнул, а брат помахал мне. Чёрт. А что делать то? Я очень надеюсь, что они не будут смущаться в нашей толпе. — Ну, может, вы хотите с нами отпраздновать? Мне неудобно такое предлагать, не поймите неправильно. Мы хотели сделать Глебу веселье. Если вы против, то я попрошу Глеба, чтоб мы с вами потом отпраздновали, — я нервно перебирала пальцы, надеясь, что никого не обижу. — Ну что? Ген, пошли! Мы не такие старые. Никто против не будет? — Елена прижалась щекой к мужу, весело её ворочая. — Не будет. Самых недовольных отправим танцевать в лифт, — вмешался Яр, зазывая рукой всех вовнутрь. Герман шел сзади родителей. Такой скромный. Я подошла к нему, положив руку на плечо, мне хотелось дать уверенности: — Пошли. Если хочешь, можем вместе держаться. Не стесняйся. Я сама со многими не так давно знакома. Младший брат одарил меня улыбкой, принимая приглашение. Все затихли, как только семья Голубиных вошла вовнутрь. Эй. Вы чего? Герман? Ой, нет.