Часть 1

— Паш! Успокойся! Всё не так, как тебе кажется, я просто ещё не всё рассказал! — наливая виски в стакан, говорит Алексей. — Ну так давай! Скажи мне, что я не знаю?! Давай. Покой пролей в мою душу! Мне прям очень интересно послушать, что за причина была такая, чтобы взять и пропасть на несколько месяцев! — раздражённо выпаливал каждое предложение Семёнов. — Паша, всё! Я не могу тебе рассказать. Сам понимаешь. Может, хватит нам орать друг на друга? Я знаю, что виноват, но ведь счастье не за горами, оно там, где хотят, Паш! Давай уже просто захотим быть счастливыми, а? — он облокотился на барную стойку и наклонился ближе к другу. — Тебе не кажется, что всё как-то сложно, нет? — не смотря на Фомина, проронил Павел. — Мы просто… немного потерялись на жизненном пути, бывает такое, вот и всё, — пожимая плечами, констатирует Фома. — А зачем? — посмотрев на друга, спрашивает Паша. — Что «зачем»? — недоумевающе переспрашивает второй. — Зачем же мы потерялись среди историй ненужных? Зачем мы вообще позволили жизни нас так разделить? — разворачивает свой вопрос Семёнов. — Так, Паша! Не кипешуй. Ну, получилось так. Надежды не оправдались. Бывает. Никто не виноват. Угомонись! — встал из-за стойки Леша и пошёл за новой бутылкой алкоголя. — Нет, Фома! Я устал от этого, ты слышишь меня?! Жизнь нас разводит — мы вечно идём по дороге одной, но в разные стороны! — Он взял бутылку воды и немного отпил. — Мы много ругались, кричали, дрались друг с другом, чёрт, да мы чуть ли не застрелили друг друга! А сейчас ты просто исчезаешь на несколько месяцев, никто не знает, где ты и что с тобой. Я тебя по своим каналам ищу, братва по своим, и всё пусто! И после этого ты говоришь мне успокоиться?! Говоришь мне про дружбу?! — Мужчина чуть опустил голову, поднимая взгляд на собеседника. — Ты везде и всегда называл меня другом и «своим» человеком, Фома, но вот так задуматься, перебрать всё в голове на секундочку — и вот кто мы с тобой? Ну вот на самом деле, кто? — Он смотрел на него, сжав челюсть. — Паш… Ну чего ты завёлся-то? — Вновь присев рядом, Фомин попытался положить руку ему на плечо. — Ты нормальных слов уже не понимаешь? — отбросив его руку, восклицает мент. — Хорошо, скажу на твоём языке, метафорично. Кто мы, Фома? Орлы или вороны? — он испытывающе смотрел на мужчину. — Не думал, что в порыве злости ты начнёшь ссылаться на «Капитанскую дочку», — он чуть усмехнулся. — Это не смешно, Лёх. Я ухожу. — Павел поднялся и принялся уходить. — Ну так скажи мне: кто не ошибся?! — развернулся к другу бандит — Кто не сбился в жизни ни разу?! — он встал и подошел к Паше. — Может быть, ты, Паш? Или «друзья» твои новые? Только вот… Не Михайлов ли тебя ФСБ сдал?! Но тем не менее это я тебе не друг, оказывается, а он прям дружище я смотрю! — Алексей отвернулся и на мгновение замолчал, усаживаясь обратно и наливая себе добавку виски. — Ну давай! Расскажи: кто первый остановился, когда его несёт? Кто, Семёнов?! — он отпил из стакана и поджал губы. — Я знаю, что поступил сейчас паршиво, но вот только не надо тут мои бывшие ошибки мне припоминать — у нас там в прошлом всё уже решено и всё ровно. Да, хорошо, прости, что не предупредил. Виноват. Сознаю свою вину, меру, степень, глубину — доволен? — казалось бы раздражённо выпалил Смотрящий, для которого это «прости» было самым трудным словом русского языка. Он повернулся к Паше. — Пойми же ты — у меня не было выбора! У меня были проблемы с серьёзными людьми. — А у тебя что, когда-то бывало иначе? Я как-то видимо упустил этот момент, Фома. — разводя руками язвит тот. — В этот раз всё было по-другому! Пойми же ты… Включи мозги свои. — он залпом выпил стакан виски и поджал губы. — Они ломали меня, ломали нетерпеливо, Паш. Вот я и сломался… Вот и решил на время испариться, сбежать, спрятаться — вот в упор не слушая разум! Поступил как трус, но тогда это казалось лучшей идеей! — признаваться в этом было тяжело и казалось, что эта тяжесть ощущалась даже физически. — Ясно, хотели, чтобы красиво, но всё наоборот. — Он выдохнул и, подойдя к стойке, наклонился и спросил, глядя Фоме в глаза: — Только одного не пойму: почему ты приказал, чтобы ребята лгали мне? — Да не лгали они! — Он ударил по столу, после чего выдохнул и чуть успокоился. — Никто ничего не знал. Ни о проблемах, ни о людях, ни о моем побеге. Прости, Паш, ну серьезно. — В этот раз его извинение прозвучало непривычно мягко, после чего он чуть улыбнулся. — И кстати, знаешь, что забавно? Получилось так, что мы действительно тогда ехали по дороге одной, но в разные стороны… — он усмехнулся и посмотрел на друга. — Ну так что? Кто мы с тобой? Орлы или вороны? — Ты явно орел-придурок… — покачал головой Семёнов, хлопнул его по плечу и сел рядом. — Взаимно… — он, засмеявшись, встал из-за стойки, обходя её, направляясь за закуской, после чего повернулся. — Паша, мы друзья? — хотел удостовериться Фома, ему было важно знать, что между ними всё ровно. — Налей что-нибудь выпить… — вновь покачивая головой с легкой улыбкой, говорит мужчина. — Виски? — чуть встряхнув бутылку в руке, спрашивает Алексей. — Водки. — Посмеиваясь, утверждает Павел. И вот они снова сидят, как всегда, помирившись, вспоминая былое, смеясь над теми историями, из-за которых раньше так сильно ругались. Павел, сидя за столом с Фомой, чувствовал, как напряжение постепенно уходит. Разговор, хоть и начался с недоразумений, теперь напоминал о том, что настоящая дружба всегда найдет способ восстановиться. Он понимал, что иногда в жизни возникают ситуации, когда слова не могут передать все чувства, и именно такие моменты становятся проверкой для отношений. — Знаешь, — начал Фома, наливая водку в рюмки, — иногда я думаю, что мы с тобой как старые добрые комиксы. Каждый раз, когда кажется, что всё плохо, появляется новый выпуск, где мы снова побеждаем. Паша засмеялся и поднял рюмку. — За нашу дружбу и за новые выпуски! Алексей тоже поднял рюмку и выпил залпом. В этот момент он почувствовал, как радость наполняет его сердце. Несмотря на все проблемы и недоразумения, они всё еще были рядом друг с другом. — Слушай, давай договоримся больше не сраться и ничего друг от друга не скрывать? — предложил Паша. — Паш, ты сам в это веришь? — смеясь, спрашивает уже изрядно пьяный мужчина. — Нет, — усмехается он. — Тогда давай выпьем за то, чтобы хотя бы больше не драться и не пытаться друг друга убить. — Вот это уже звучит реальнее! Он одернул рукав рубашки, посмотрел на собственный шрам и протянул руку Паше. Тот приложил свою руку так, чтобы их «метки» совпали, засмеялся и обнял друга, вновь опустошив очередную рюмку. Утром Семёнов не вышел на службу. Его телефон разрывался от звонков, но Семёнову было плевать — он был п росто счастлив, что с его другом всё хорошо.