Часть 40

Глава 40.

Самуи также была освобождена Анбу из тюрьмы, ведь она была ученицей Киллера Би и к тому же лишь чунином, поэтому её особо не допрашивали. На этот раз победа Конохи была полной и безоговорочной, а захваченные шиноби служили в основном разменной монетой на переговорах, без какого-либо жестокого обращения. Однако, увидев состояние Киллера Би, Самуи была шокирована. Ей самой просто запечатали чакру и посадили под стражу, обеспечивая трёхразовое питание. Но Киллер Би оказался в лаборатории Орочимару, и пробыл там почти полмесяца! Каждый день у него брали кровь, и он сталкивался с этим странным учёным с длинным языком, который время от времени холодно хихикал. Сцена, словно из романа, да и психологическая нагрузка на Киллера Би, несмотря на его статус джинчурики восьмихвостого, была немаленькой. «Сенсей, что с тобой сделали люди Конохи?!» — Самуи, обычно сдержанная и холодная, не смогла скрыть обеспокоенности. Неужели люди Конохи подвергли Киллера Би нечеловеческим пыткам? Возможно… Самуи прикрыла рот рукой, вспомнив сцены из некоторых романов... Хотя Самуи выглядела холодной и неприступной, внутри её характер был совсем иной. «Это было по-настоящему жутко!» — Киллер Би содрогнулся, вспоминая последние дни. Психологическая травма, полученная от Орочимару, нового Пятого Хокаге, ещё не скоро заживёт. Не только сам Киллер Би, но и восьмихвостый внутри него чувствовал страх перед этим человеком. Орочимару даже применил секретные техники, чтобы извлечь его чакру, и у него это получилось! Самуи вздохнула, осознавая, насколько «странные» люди в Конохе, если они смогли подвергнуть её бородатого-сэнсэя такому обращению. Она похлопала Киллера Би по плечу и попыталась утешить: «Сенсей, всё в порядке, некоторые испытания нужно просто пережить!» Так между учеником и учителем возникло недоразумение, и Самуи смотрела на Киллера Би с оттенком сочувствия. У обоих была запечатана чакра, и теперь, после освобождения, они догадывались, что представители Кумогакуре вот-вот прибудут. Пока же им оставалось лишь немного погулять по Конохе. Киллер Би вздохнул, чувствуя необходимость восстановить своё состояние и успокоить внутреннюю боль. Нельзя не признать, что Коноха как ведущая деревня шиноби обладает значительной мощью: её размер куда больше, чем у Кумо, а культура и атмосфера здесь совершенно иные. Хотя они могли передвигаться по Конохе, их постоянно сопровождали наблюдатели из Анбу, готовые в любой момент пресечь попытку побега. Особенно тщательно охраняли Киллера Би — он должен был оставаться в безопасности, ведь джинчурики для каждой деревни шиноби является не только стратегическим оружием и мощным бойцом на поле боя, но и символом гордости. Захват джинчурики вражеской стороной был огромным ударом по репутации деревни. Именно с таким позорным положением сейчас столкнулась Кумогакуре — их джинчурики был захвачен живым! К счастью, его не убили, оставив возможность для переговоров, хотя Кумогакуре наверняка придётся заплатить высокую цену за его возвращение. Киллер Би и Самуи не были в настроении для прогулок. Находясь под стражей, они чувствовали на себе неприязненные взгляды жителей Конохи. Самуи ощущала, что её участие в этой ситуации было случайностью, и всё это её совсем не касалось. Она всё время пыталась удержать Киллера Би от ухода из Каньона Грозовых Облаков, но он не послушался и, дойдя до границы, столкнулся с командой Джирайи, что привело к полному разгромному поражению. Теперь, по возвращении в Кумогакуре, наказания им точно не избежать, но, к счастью, в деревне большинство шиноби думают мышцами, а не мозгами, и лишены склонности к странным наказаниям. Хотя почему-то Самуи почувствовала лёгкое волнение от предстоящего возвращения... … Какаши был ответственным за наблюдение за Киллером Би и Самуи и находился неподалёку, следя за каждым их движением. После того как он отказался от глаза Обито, его прогресс в тренировках стал стремительным, и он уже давно перестал быть тем Какаши «Пятьдесят на пятьдесят». Потеряв Шаринган, он лишился большинства техник, скопированных с его помощью, но теперь Какаши снова носил за спиной свою катану. Белый Клинок был разбит ниндзя из Ивагакуре во время битвы у моста Каннаби, но теперь Какаши перековал этот клинок, словно собрав заново свою былую, утраченную волю. Он намеревался снова прославить имя Белого Клинка, победив Обито этим мечом! Пусть узы прошлого будут разрушены его рукой! … Тем временем Даруи и Ши с письмом от Четвёртого Райкаге наконец прибыли в Коноху. На протяжении всего пути они стремились не останавливаться, опасаясь за судьбу Киллера Би. Управлять джинчурики и сдерживать его нелегко: если его беспокойство перерастёт в неконтролируемую ярость, это может закончиться смертью джинчурики. Однако, здесь была Коноха, с тщательно продуманными печатями для контроля хвостатых зверей, а также пользователем Мокутона и техниками запечатывания, оставленные кланом Узумаки. Орочимару, Нара Шикаку и Цунаде приняли делегацию из Кумогакуре. Даруи, как единственный наследник чёрной молнии, а также будущий Райкаге, прибыл вместе с Ши, опытным шиноби и экспертом в области гендзюцу, ирьёниндзюцу и сенсорных техник. Новое поколение Кумогакуре ещё не достигло полной зрелости, однако в текущих обстоятельствах выбора у них не было, и эту миссию возложили на Даруи и Ши. Орочимару, как всегда, слегка улыбался, что заставляло Киллера Би, находящегося под стражей Анбу неподалёку, содрогаться от страха. Самуи сидела рядом с Киллером Би, стараясь не привлекать внимания, понимая, что пока ещё числится в плену. Даруи протянул Орочимару письмо от Райкаге: «Годайме-сама, это личное послание от нашего Райкаге!» Орочимару взял письмо и взглянул на него, но его лицо осталось бесстрастным. Это было стандартное сочетание угроз и обещаний, с требованием освободить Киллера Би. Но, как бы твёрдо ни пытался выглядеть Райкаге, за его словами чувствовалась скрытая неуверенность. На этот раз Кумогакуре действительно допустила серьёзную ошибку: их действия на границе со Страной Огня уже сами по себе были провокацией, и захват джинчурики восьмихвостого сделал их положение ещё более уязвимым. «Я человек практичный», — сказал Орочимару, положив письмо. Яростные угрозы Райкаге не производили впечатления — для Пятого Хокаге важнее было выяснить, какой выкуп готовы предложить представители Кумогакуре. «Давайте, расскажите, что именно вы готовы отдать, чтобы получить своего джинчурики обратно», — продолжил он. Даруи и Ши переглянулись. Этот Пятый Хокаге был совсем не похож на Третьего и Четвёртого, он казался куда более опасным. Это было вполне естественно, ведь Орочимару был не просто политиком: Коноха была для него не только родиной, но и его научной лабораторией. Кумогакуре, безусловно, предстояло заплатить высокую цену, а Орочимару намеревался использовать этот случай, чтобы объявить всему миру шиноби о переменах в Конохе. Ши был хладнокровным и рассудительным шиноби, и в этой ситуации он был основным переговорщиком. Райкаге предоставил ему значительные полномочия, позволяя согласиться с любыми требованиями, которые не выйдут за рамки допустимого. Нара Шикаку и Ши приступили к переговорам, и, в конце концов, Нара оказался чуть более искусным в этом словесном поединке.