Часть 48

Глава 48.

«Вот там впереди владения клана Сарутоби. Я на этом покидаю вас», — вежливо кивнув, ниндзя Анбу мгновенно исчез, оставив Мико Аой у дома Сарутоби. В это время Сарутоби Асума как раз возвращался домой и заметил у входа красивую девушку примерно своего возраста. Вид её тут же оживил его. Может, она пришла к нему? Поклонница из числа Двенадцати Стражей Ниндзя? Подойдя ближе, Асума был поражён её красотой. Девушка была просто восхитительна: длинные, блестящие чёрные волосы, белоснежная кожа, роскошная фигура. Она выглядела совершенством. На этом этапе жизни Асума ещё не до конца осознал себя. Двенадцать Стражей, к которым он принадлежал, не были настолько элитными, как ему казалось. Сам Асума тоже не был выдающимся бойцом; в будущем он мог бы стать лишь джонином, что делало его крепким представителем шиноби, но не элитным бойцом. В конце концов, исход войны решают бойцы уровня Каге и выше — как Первый Хокаге и Мадара, которые могли уничтожить целые армии. Количество джонинов в этом случае мало что значило. Сам статус Асумы как чуунина за пределами деревни был во многом возможен благодаря влиянию его отца, Сарутоби Хирузена. «Привет, могу я узнать, зачем ты здесь?» — стараясь выглядеть как можно более привлекательно, обратился Асума к Мико. «Здравствуйте, подскажите, это дом клана Сарутоби?» — спросила Мико, почтительно поклонившись. «Да, это владения клана Сарутоби», — ответил Асума, гордо оглядевшись. У клана Сарутоби просторные поместья и свои земли. Конечно, не такие большие, как кланы Учиха или Хьюга, но благодаря Хирузену клан стал одним из уважаемых в Конохе. Глаза Мико засияли. Оказывается, Хирузен-сама был не только сильным, красивым и крепким, но и богатым! О его возрасте она совершенно не думала — его внешность казалась ей вполне молодой, и для влюблённой девушки он был настоящим воплощением силы. «Мы, клан Сарутоби, существуем ещё со времён Войн кланов. А мой отец — сам глава клана, Сарутоби Хирузен!» — с гордостью добавил Асума. Он решил, что Мико, судя по её одежде, прибыла из далёкой деревни, и считал, что его статус должен произвести на неё впечатление. Услышав это, Мико взглянула на него с новым интересом. Этот молодой человек, похоже, был сыном Хирузена. Она знала, что его жена давно умерла, и теперь решила, что сможет занять её место, взяв на себя заботу об их доме. «Как тебя зовут?» — спросила она. «Я Сарутоби Асума! Ранее был членом Двенадцати Стражей Ниндзя, а сейчас служу чуунином Конохи», — представился он, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее. Неужели это и есть любовь? Мико протянула руку для приветствия: «Я — Мико Аой. В будущем буду женой Хирузена-сама… твоей мачехой», — с уверенностью добавила она. Асума застыл, широко раскрыв глаза и не веря своим ушам. !!??!! Что? Жена отца? Его мачеха? У Асумы буквально случилось короткое замыкание в голове. «Асума, ты что там делаешь?» — спросила Сарутоби Хинако, возвращаясь домой с покупками и заметив Асуму и красивую девушку у дверей дома. «Не…невестка, она говорит, что она — жена отца», — выдавил из себя Асума. Сарутоби Хинако: ? Хинако тоже застыла в шоке. Она прекрасно понимала каждое слово, но вместе они звучали совершенно нелепо. «Хирузен-сама спас мне жизнь. Я хочу следовать за ним до конца своих дней», — объяснила Мико Аой. В отличие от Асумы, Хинако, будучи беременной и более зрелой, сумела быстро взять себя в руки. Как бы там ни было, стоило сначала пригласить девушку в дом, а потом разбираться. «Давай зайдём в дом, поговорим», — предложила она, приглашая Мико внутрь. Асума же остался у двери, не понимая, что происходит, и пытаясь прийти в себя. Когда они оказались в доме, Хинако подробно расспросила Мико о произошедших событиях. Узнав, что произошло между ней и Хирузеном, она слегка кивнула. Очевидно, это было недоразумение: девушка приняла спасение за проявление интереса и влюбилась в своего спасителя. Хирузен, судя по всему, не придавал этому значения, хотя его поведение в последнее время стало довольно необычным — словно он стал отшельником, посвятившим себя аскезе. Хинако замечала перемены в Хирузене более остро, чем Асума и Шинносуке. Для них он был отцом, каким бы он ни был. Но для неё, как для невестки, эти изменения были куда заметнее. Она ощущала, что Хирузен стал другим человеком. Может, присутствие Мико Аой действительно будет полезным для него. Внешне Хирузен выглядел лет на тридцать, и, если бы он сказал, что ему тридцать, многие бы поверили. Поговаривали, что раньше он использовал свой хрустальный шар для совсем не благородных дел… пусть лучше Мико останется здесь. «Пока оставайтесь здесь. Когда Хирузен-сама вернётся, мы обсудим дальнейшее», — сказала Хинако, уже невольно переходя на почтительное обращение. Получив её согласие, Мико Аой просияла. Асума же стоял за её спиной с крайне сложным выражением лица, не веря, что его отец даже в таком возрасте смог так очаровать молодую девушку. Почему же он не попадал в такие ситуации, где мог бы спасти красавицу и покорить чьё-нибудь сердце? Он тут же решил отправиться на задание — вдруг ему тоже выпадет подобный шанс. … Тем временем, Джирайя узнал об этой ситуации от Цунаде. «Что?!» — его реакция была схожа с реакцией Асумы. Он просто не мог поверить своим ушам. Старый лис Хирузен смог очаровать молодую девушку? Как такое вообще возможно? … Однако в это время проходил экзамен Итачи на досрочный выпуск, где собрались представители всех кланов и высшего руководства Конохи. Сам Орочимару лично проводил проверку. Итачи был старшим сыном главы клана Учиха, и при условии, что его отец, Фугаку, уже обладал Мангекё Шаринганом, Итачи имел все шансы стать следующим главой клана. Представители всех семей хотели лично убедиться, насколько талантлив этот юный гений. Экзамен включал в себя демонстрацию ниндзюцу и владения сюрикенами. Хотя требования к выпуску на уровень генина были невысокими, для досрочного выпуска требовались способности, значительно превосходящие уровень обычного генина. Спокойное, бесстрастное выражение лица Итачи стало отличной демонстрацией его уверенности, хотя, под пристальными взглядами стольких людей, он всё же чувствовал лёгкое волнение. Тем не менее, его техника «Великого огненного шара» и метание сюрикенов оказались впечатляющими — его навыки намного превосходили уровень обычного генина, и его пребывание в академии действительно выглядело пустой тратой времени. После успешной сдачи экзамена Итачи подошёл к Орочимару и задал давно мучивший его вопрос: «Орочимару-сама, в чём смысл жизни?» Глаза Орочимару загорелись. Наконец-то интересный вопрос! Конечно же, ответ был очевиден для него! В бессмертии!