Часть 82

Глава 82.

В итоге Орочимару всё же отказался не только от предложения жениться на Якуши Ноно, но и от брака с дочерью даймё, напрямую отклонив его просьбу. Его аргументом стало то, что в настоящее время он слишком занят государственными делами и у него нет времени на романтические отношения. Даймё был ошеломлён таким отказом. У него, конечно, много дочерей, но он — аристократ, тогда как Орочимару, хотя и стал Хокаге, всё же происходил из простого народа, будучи сиротой войны. Как он мог отвергнуть столь уникальную возможность? В глазах даймё, брак с его дочерью означал бы, что потомки Орочимару обретут дворянский статус, и это гарантировало бы им богатство на века. Для аристократии мир шиноби, полный конфликтов и жестоких боёв, был лишь далёкой угрозой. Даже Наруто, спасший мир, вынужден был почтительно обращаться к даймё, называя себя «главой деревни». Это было унизительно. Но Орочимару уже давно вышел за рамки таких мирских амбиций. Жениться на дочери даймё? Смешно! Когда Коноха окрепнет, он сможет делать всё, что захочет, как сказал Сарутоби Хирузен. А если уж жениться, то даймё придётся довольствоваться только ролью наложницы для своей дочери. Тем временем Джирайя и его команда завершили пополнение запасов в Деревне Скрытой Звезды и отправились к Стране Воды. В составе отряда были Джирайя, Учиха Фугаку, Учиха Шисуи, двое джонинов из клана Учиха, Хьюга Хизаши, а также Какаши и Гай. Это был более чем впечатляющий состав. Коноха оставалась сильнейшей среди пяти великих деревень, и этот отряд был тому подтверждением: трое саннинов, две пары Мангекё Шаринганов, всего пять воинов уровня Каге. А ещё дома оставался Сарутоби Хирузен, а если что-то пойдёт не так, Орочимару всегда мог призвать первого и второго Хокаге с помощью Эдо Тэнсей. Даже отправив трёх воинов уровня Каге на задание, Коноха оставалась на прочных позициях. Сила, достойная уважения. Джирайя хоть и был не слишком рад миссии, но ему было приятно взять с собой своего ученика. В деревне ему приходилось держать себя в руках из-за Цунаде, которая без всяких церемоний могла его отчитать. На заданиях же он чувствовал себя гораздо свободнее. Джирайя провёл много лет, путешествуя по миру шиноби, и хотя искал дитя пророчества, это не было его единственным занятием. Многие из его историй для серии «Ича-Ича» были основаны на личных приключениях! Правда, Шисуи и Фугаку, были слишком серьёзны для разговоров на такие темы, так что общаться на эту тему он мог только с Какаши, своим преданным читателем. Когда их корабль взял курс на Страну Воды, Джирайя отбросил весёлые мысли и сосредоточился на задании. Их миссия была весьма важной. Официально — оказание помощи Киригакуре, но все прекрасно понимали, что скрывается за этим. Состав отряда был настолько силён, что мог бы буквально уничтожить Киригакуре. … Тем временем в самой Киригакуре восстановительные работы шли полным ходом. Деревня спешно отстроила повреждённые здания, включая импровизированное здание Мизукаге. В Киригакуре почти не было шиноби, владевших дотоном, что осложняло строительство, и хотя им удалось частично восстановить разрушенные Трёххвостым участки деревни, это было временным решением. Трёххвостый, хотя и был мощным существом, не мог сравниться с Девятихвостым по силе. Более того, он был полон желания покинуть Киригакуре. Обладая достаточной мудростью, Трёххвостый знал, что, оставшись в деревне, он снова окажется запечатанным в теле джинчурики. Свобода казалась ему куда более привлекательной, чем жизнь в заточении. Теперь, когда Трёххвостый ушёл, Киригакуре надеялась на время спокойствия и восстановления. Однако угроза со стороны Конохи продолжала надвигаться, ведь Орочимару, узнав о слабости деревни, понимал, что Киригакуре сейчас отчаянно нуждается в помощи Конохи. Киригакуре — это родина Мей Теруми, и как новоиспечённый Мизукаге, она искренне стремилась к лучшему для своей деревни. Пережив ужасы «Кровавого Тумана», Мей теперь хотела лишь мира и спокойного развития для Киригакуре. Но порой чем больше желаешь мира, тем сложнее его достичь. «Мизукаге-сама! Ниндзя из Конохи неожиданно появились в Стране Воды и движутся в направлении деревни!» — с дрожью в голосе сообщил один из бойцов Анбу. Киригакуре едва удалось обрести стабильность, а тут ещё и Коноха приходит с недобрыми намерениями. Более того, у деревень были старые счёты: с момента Третьей мировой войны прошло не так много времени, и ненависть ещё не успела улечься. На лице Мей появилась тревога. Она немедленно приказала собрать всех джонинов и даже чунинов деревни, включая тех, кто мог сражаться. Среди них были Фугуки Суйказан, который ещё не предал деревню, а также его подчинённый, молодой Кисаме Хошигаки, ещё не ставший обладателем великого меча Самехады. Появился и Райга Куросуки, как и Джузо Бива, известный как человек пытающийся заблокировать биджудаму своим лицом. Внутреннее волнение больше всего охватило Ао. В годы Третьей мировой войны он заполучил бьякуган, что стало единственным случаем утраты доудзюцу клана Хьюга. На этот раз Хизаши Хьюга пришёл вместе с отрядом Джирайи, и целью его прибытия было вернуть бьякуган клана. Хьюга понимали, что сейчас идеальная возможность для этого: мощь Конохи достигла небывалых высот, а Киригакуре, ослабленная внутренними раздорами, была уязвима. «Всё в порядке!» — подтвердила Мей, с виду спокойная, но внутренне разрываемая противоречиями. Обладая кеккей генкай — Йотоном и Футтоном, она была гениальной куноичи, и как Мизукаге стремилась к лучшему будущему для Киригакуре. Но Коноха не выглядела готовой предоставить им шанс на мир. Вскоре отряды Конохи и Киригакуре встретились. Над побережьем Страны Воды вздымались высокие волны, туман стелился вокруг, и противники выстроились друг против друга. Взгляды всех ниндзя Киригакуре были устремлены на четыре пары кроваво-красных Шаринганов, сверкающих в тумане. Во главе отряда стоял Джирайя, источающий силу, которая больше напоминала присутствие злодея. Он смотрел на них свысока и грозно потребовал: «Пусть ваш Мизукаге выйдет ко мне на переговоры!» С такой высоты Джирайя казался угрожающим и непоколебимым. Хизаши, заметивший в рядах противника Ао, напрягся, его бькуган вспыхнул. Утрата глаза стала позором для их клана, и он был здесь, чтобы вернуть его. «Я — Мизукаге», — сдержанно ответила Мей, хотя и чувствовала страх. Она понимала, что её сила едва достигала уровня джонина. Несмотря на статус Пятого Мизукаге, её опыт и навыки не дотягивали до уровня истинного Каге.