Часть 137

Глава 137.

Караван Конохи без помех въехал в Ивагакуре. Для жителей деревни это был день, который останется в их памяти надолго. Четырёххвостого захватили живьём, все элитные отряды деревни были выдвинуты, но даже они не смогли справиться с ниндзя Конохи. Более того, Ивагакуре едва не потерпела полное уничтожение. Ооноки, стиснув зубы, ничего не мог поделать. Кицучи и Акацучи уже были освобождены из-под гендзюцу, но Роши всё ещё находился в караване Конохи, словно груз, брошенный в повозку. Как бы там ни было, Роши был их шиноби, и перспектива его захвата без возможности что-либо предпринять была невероятно унизительной. В кабинете Цучикаге Сарутоби Хирузен сидел на центральном месте, рядом стояли Фугаку и Шисуи. Напротив находились Ооноки и представители верхушки Ивагакуре. Хирузен не собирался вступать в долгие переговоры с Ооноки. «Ооноки, давно не виделись», — произнёс он с лёгкой улыбкой. Ооноки, стиснув зубы, хотел бы вцепиться этому человеку в горло. Это было невыносимо! Однако сделать что-либо он не мог — против такой силы, как Сусаноо, ничего не поделаешь. Полностью завершённое Сусаноо было невероятно устрашающим. А его сочетание с техникой Хирайшина делало угрозу просто ужасающей. Этот дуэт был даже опаснее, чем Минато в свои лучшие годы. Если бы Ооноки узнал о способности Котоамацуками, он бы наверняка ещё больше ужаснулся. «Сарутоби Хирузен, разве сейчас Хокаге не Орочимару? Что ты делаешь в Стране Земли?» «Четырёххвостый отобрал жилище клана обезьян. Я просто вернул им то, что принадлежало им по праву. Разве это проблема?» Ооноки снова погрузился в молчание. Эта причина звучала как полный бред. Призывные животные для шиноби всего лишь инструменты. Какое это имеет отношение к тому, что Четырёххвостый забрал какую-то территорию? И причём здесь Роши? «Цветочная Гора теперь будет принадлежать клану обезьян. Надеюсь, вы не станете доставлять им проблемы», — продолжил Хирузен: «Мы немного отдохнём и скоро вернёмся в Коноху. Не будем вас утруждать гостеприимством». С этими словами Хирузен встал и вышел из кабинета Цучикаге. Шисуи и Фугаку последовали за ним, бросив прощальные взгляды на Ооноки. Эти взгляды не оставляли сомнений — это был недвусмысленный сигнал. Ооноки мог лишь злиться, но ничего сказать не мог. Сильный всегда подавляет слабого. Надеяться на мир и уступки значило лишь терпеть унижения и страдания. После короткого отдыха в Ивагакуре ниндзя Конохи покинули деревню. Жители деревни провожали их злобными взглядами, словно желая разорвать их на части, но никто не осмеливался действовать. Когда караван Конохи увозил Роши, жители деревни не скрывали своей ярости, но одновременно испытывали облегчение. С Роши, который всегда был чужаком в их деревне, уходила часть их проблем. Но истинное облегчение пришло от того, что Фугаку и Шисуи тоже покинули их пределы. Давление, которое они испытали под взглядами их Сусаноо, было непреодолимым. После ухода Конохи в Ивагакуре началась внутренняя суматоха. Часть ниндзя осталась крайне недовольна действиями Ооноки, считая, что его покорность Конохе принесла деревне позор. Даже даймё Страны Земли уже потребовал отчёта. Некоторые из них считали, что если бы они избавились от Роши раньше, всего этого можно было бы избежать. Однако долгий срок пребывания Ооноки на посту Цучикаге обеспечил ему авторитет, что позволило ему быстро подавить внутренние волнения. Но что же теперь делать, учитывая такую мощь Конохи? Ооноки, хоть и был крайне недоволен, прекрасно понимал, что в текущей ситуации Ивагакуре остаётся только существовать на задворках. Сражаться с Конохой было бесполезно. Весь мир шиноби стал ареной доминирования одной деревни. Страна Огня наверняка продолжит расширяться, ограничивая деятельность других стран и деревень. Больше миссий будет доставаться ниндзя Конохи, финансовая поддержка от даймё других стран сократится. Для деревень, кроме Конохи, это замкнутый круг, ведущий к постепенному ослаблению. Но если их нельзя победить, что остаётся делать? К счастью, Коноха всё-таки деревня, а не непобедимая империя. Возможно, стоит просто ждать. Ивагакуре будет развиваться медленно, терпеливо ожидая удобного случая. Ведь даже такие великие люди, как Сенджу Хаширама и Учиха Мадара, в конце концов, умерли. Нужно только дождаться своего момента. Кто знает, может, Коноха снова погрязнет во внутренних распрях, как это бывало прежде? Однако Ооноки не догадывался, что дождаться старости Орочимару ему вряд ли удастся. Коноха уже давно переросла понятие деревни. Пока остальные скрытые деревни всё ещё ограничены своими странами, Коноха вышла за рамки, став силой, которая управляет даже Страной Огня. Когда остальные деревни узнают об этом, вероятнее всего, они постараются последовать примеру Конохи. Самым опасным в таких случаях является тот, кто начинает первым. Теперь, когда Коноха показала пример, другие деревни тоже могут захотеть последовать этому пути. Ведь у них достаточно ресурсов, просто до этого они не задумывались об этом. Захват Четырёххвостого Конохой не вызвал большого резонанса. Это уже не было таким событием, как в случае с Восьмихвостым. Жители Конохи привыкли к подобному. Для них хвостатые звери и их джинчуурики уже не были чем-то значимым. Вернувшись в деревню, Сарутоби Хирузен отправился в своё жилище, чтобы начать новую серию тренировок. На этот раз он решил достичь средней стадии Заложения Основ. С запасом эликсиров и отсутствием препятствий это не представляло большой сложности. … Страна Дождя. Организация Акацуки. Новость о захвате Четырёххвостого Конохой уже дошла до Акацуки. «Коноха… чтобы завершить наш план, нам придётся одолеть их», — произнёс Нагато, глядя на дождь за окном. Сбор хвостатых зверей продолжал оставаться главным приоритетом, а Коноха — главным препятствием на этом пути. Два владельца Мангекё Шарингана в Конохе не слишком беспокоили Нагато. В конце концов, у него были Риннеган, глаза, превосходящие Мангекё. Единственное, что внушало ему опасения, — это Первый Хокаге. Однако, так как Нагато никогда не сражался с ним, он не слишком серьёзно воспринимал его угрозу. Сила Риннегана наполняла его самоуверенностью. Пока Нагато и Конан обсуждали ситуацию, Чёрный Зецу и Обито размышляли над своими следующими шагами. Что же делать в такой ситуации? Акацуки всё ещё нуждались в дополнительном времени для роста. Но будет ли у них это время? Ответ, скорее всего, отрицательный. Сейчас даже Орочимару смог использовать ДНК клана Ооцуцуки для своих экспериментов. Кто знает, что он сможет сделать, если у него будет больше времени? Обито, имея только один Шаринган с тремя томоэ, мог использовать Идзанаги лишь однажды. А его личность уже была раскрыта в мире шиноби, что снижало его возможности. «Возможно, пришло время использовать окончательное оружие Учиха», — внезапно произнёс Чёрный Зецу, осенённый идеей. Запечатанная совместными силами кланов Сенджу, Сарутоби и Узумаки Учиха Нанаши могла стать идеальным союзником. Разблокировав её печать и начав тренировки, Акацуки могли бы получить мощного союзника. Учиха эпохи Войн кланов были куда более жестокими, чем нынешние, и, скорее всего, согласились бы с идеями Акацуки о мести всему миру. Даже в худшем случае Нанаши обладала бы Мангекё Шаринганом с техниками «Восемь тысяч копий», Цукиёми и Аматэрасу. Акацуки отчаянно нуждались в таких талантах. «Обито, пойдём, поговорим с Нагато», — предложил Чёрный Зецу, полон решимости действовать.