Часть 176

Глава 176.

Смотря на Джирайю, Цунаде на мгновение задумалась. Со времени их славы как "Трёх Легендарных Саннинов" прошло уже много лет, и всё изменилось. Её собственный путь также сильно отличался от прошлого. Обучение под руководством Сарутоби Хирузена и новое понимание мироздания повлияли на неё. Несмотря на то, что её талант в новом пути не был выдающимся, изучение принципов другой системы сил полностью изменило её восприятие жизни. Цунаде наконец сбросила груз, связанный с её ролью как ниндзя. «Зачем вообще существует это извращённое ремесло?» — размышляла она. Хотя шиноби обладали силой, превосходящей человеческие возможности, они всё равно оставались лишь инструментами. Мир явно был сломан. Орочимару пытался это изменить, начиная с того, чтобы устранить власть даймё и передать её тем, кто владеет настоящей силой. Но это ли было правильным? Цунаде не знала. Она знала лишь одно: если ничего не менять, трагедий будет ещё больше. Сейчас Коноха процветала. Цунаде и другие поклялись защитить её любой ценой. … Джирайя, в свою очередь, сжимал кулаки, чувствуя давно утраченную силу. С возрастом его возможности перестали расти, а его сила зависела в основном от поддержки Горы Мёбоку. Хотя обитатели горы были полезны в самых разных ситуациях, но даже использование режима отшельника требовало помощи двух мудрецов. Теперь же всё было иначе. Он чувствовал, что мог активировать режим мудреца в любое время и без посторонней помощи. Более того, его золотой Ринненган усиливал этот режим, делая его ещё мощнее. Скорее всего, это было проявлением силы Ооцуцуки Урашики. Дополнительно он обрёл способности по поглощению чакры, а также возможность использовать технику «Йомоцу Хирасака». Другие силы предстояло освоить со временем. Ощущение постоянного роста силы — давно забытое чувство — наполняло Джирайю радостью и решимостью. «Я отправлюсь в Амэгакуре через несколько дней и верну Нагато и Конан. Они мои ученики, а значит, принадлежат Конохе!» — твёрдо заявил он. Однако Цунаде и Орочимару не придали его словам особого значения. Для них организация Акацуки не представляла серьёзной угрозы, даже несмотря на то, что в её рядах находились несколько сильных нукенинов. Настоящей проблемой оставались Обито и Чёрный Зецу. Нагато ведь даже не хозяин своих глаз. Он всего лишь пешка. … Посланник из Амэгакуре, прибывший в Коноху, не мог скрыть своего волнения. Местные шиноби приняли его с холодным равнодушием. Никто не предложил ни извинений, ни объяснений по поводу задержанных. «Мы всё знаем. Кто-то отправится в Амэгакуре, чтобы разобраться с этим», — бросил один из них, наконец. «И всё? Как это будет решаться? Ведь эти люди осквернили могилу Ханзо-самы!» — возмущённо спросил посланник. «А что вы можете сделать?» — равнодушно ответили ему. После этих слов шиноби Конохи просто ушли, оставив посланника в замешательстве. Коноха давно начала разорять древние могилы, добывая оттуда не только ДНК великих воинов, но и золото, украшения и другие сокровища. Всё это шло на развитие деревни. «Зачем мёртвым всё это богатство? Пусть послужит живым», — такова была позиция Конохи. … Джирайя провёл несколько дней, адаптируясь к своим новым силам, и вскоре отправился в Амэгакуре, чтобы закончить старые дела. … Когда посланник вернулся в Амэгакуре, он встретился с Конан. «Они ничего не сказали? Только то, что пришлют кого-то?» — нахмурилась она, не понимая, что задумала Коноха. Её мысли путались, но ясным было одно: этот конфликт только начинался. Ситуация всё больше заходила в тупик. Коноха не собиралась извиняться за действия своих шиноби, но и не делала шагов для их освобождения. «Что нам делать?» — думала Конан, наблюдая, как ниндзя из Конохи, проведя несколько дней в заключении, стали вести себя ещё более дерзко. Похоже, они поняли, что Амэгакуре не осмелится причинить им вред, и их наглость с каждым днём только росла. Конан и Нагато не хотели покидать Амэгакуре. Эта деревня была местом, где они когда-то боролись бок о бок с Яхико. Если сейчас они поддадутся страху перед Конохой и уйдут, то всё, за что сражался Акацуки, окажется напрасным. Когда Конан раздумывала, как действовать дальше, а техника Управляемого Дождевого Тигра, использованная Нагато, почувствовала приближение незваного гостя. «Джирайя?» — эти ощущения были настолько отчётливы, что Нагато на мгновение замер. Их учитель приближался к Амэгакуре? «Жаль, но всё уже не так, как прежде», — подумал Нагато с горечью. Смерть Яхико положила конец их мечтам. Теперь Нагато и Конан были представителями Акацуки, а Джирайя — голосом Конохи. Для них Коноха стала причиной хаоса, поглотившего весь мир. Именно так Акацуки видели нынешнюю ситуацию: Коноха — источник всех бед. Это мнение разделяли многие. Великие и малые страны обвиняли деревню в разрушении старого порядка и изменении баланса сил. Особенно тех, кто стоял у власти, беспокоили перемены. Получившие выгоду от существующего мира готовы были на всё, чтобы остановить изменения. Но прогресс невозможно остановить. Нагато, глубоко вдохнув, активировал все тела Пэйна и вызвал Конан. На этот момент в Амэгакуре находились Обито, Чёрный Зецу, Какудзу и Забуза. Все доступные члены Акацуки собрались в деревне. Но Нагато решил сначала послать шесть тел Пэйна, чтобы встретить Джирайю. Его чувства к бывшему учителю были сложными: благодарность за наставничество смешивалась с гневом и разочарованием. «Раз так, пусть всё решит сила», — с мрачной решимостью решил он. Джирайя, почувствовав чакру в дожде, лишь усмехнулся. Он понимал, что это сила Нагато. Только его Ринненган мог поддерживать столь масштабный поток чакры. «Похоже, Нагато сильно вырос. Но в этот раз я не буду сдерживаться», — подумал Джирайя, уверенно направляясь в сторону деревни. Под постоянным дождём, окутывающим Амэгакуре, деревня выглядела грустной и заброшенной. В прошлом, при Ханзо, она переживала времена расцвета, но война привела её к упадку. Шесть тел Пэйна встретили Джирайю в пределах деревни. Увидев тело Яхико, лишённое жизни, но всё ещё движущееся, Джирайя заговорил: «Нагато, почему ты прячешься за телами? Почему не встретишь меня лицом к лицу?» Зная, что Нагато управляет Пэйном, Джирайя намеренно сказал это, показывая своё превосходство в информации. «Джирайя-сэнсэй…» — после короткой паузы ответил Нагато через Путь Дэвы: «Ты здесь как представитель Конохи?» «Ваши люди похитили шиноби Конохи. Мы пришли за объяснениями», — твёрдо ответил Джирайя. «Но они оскверняли могилы!» «Акацуки и Коноха несовместимы. Ваши действия несут угрозу миру. Вы ведёте мир к катастрофе», — Джирайя с горечью смотрел на своего ученика. Ты стал слишком одержим своей силой, Нагато. Ты принимаешь чужую силу за свою и позволяешь этому заблуждению поглощать тебя. «Я верну тебя и Конан в Коноху. Я найду способ наставить вас на путь истины». «Перестань говорить за меня!» — Нагато взорвался от гнева. Где ты был раньше, когда нам нужна была помощь? Почему ты не забрал нас в Коноху тогда? Однако Джирайя в прошлом действительно не мог привезти троих детей в деревню. Время, которое он потратил на их обучение, было всем, что он мог тогда предложить.