Часть 231

Глава 231.

Белоус смотрел на Наруто с нескрываемой симпатией. «Эх, стать бы ему моим сыном!» – мелькнуло в голове. Но, видя рядом Четвёртого Хокаге, Белоус благоразумно промолчал. Четвёртый, наблюдая за сыном, испытывал чувство глубокого удовлетворения. Такого Наруто, несомненно, примет вся Коноха. Впрочем, в этом уже не было особой необходимости. Коноха изменилась, и ниндзя больше не нуждались в признании простых людей, чтобы доказать свою ценность. «Устроим пир!» – провозгласил Белоус. Пираты Белоуса представляли собой внушительную силу. И хотя большая часть команды отправилась в Новый Свет, помогая Конохе укрепить там своё влияние, в деревне оставалось ещё немало людей. Белоус решил устроить праздник в честь новых жителей Конохи. Узнав о способности Конохи создавать пространственные порталы, Белоус перестал удивляться внезапному появлению деревни в этом мире. Он полностью одобрял действия Конохи: рыболюди и русалки заслуживали равных прав с людьми, а работорговля должна быть искоренена. Пир – лучший способ отметить это! Весь остров пришел в движение, готовясь к грандиозному празднеству. Такое вряд ли случилось бы в мире шиноби, но в этом мире, где люди жили одним днём, пиры были обычным делом. К вечеру всё было готово. На пиру собрались юные шиноби Конохи, многие из оставшихся в деревне жителей, рыболюди, русалки и пираты Белоуса. Подобное мероприятие требовало астрономических затрат, но, к счастью, Нептун взял все расходы на себя, щедро добавив к угощениям различные деликатесы из подводного мира. Джирайя, разумеется, не мог пропустить такое событие и, обнимая двух красавиц-рыболюдей, лучился счастьем. Из Конохи прибыла и Цунаде вместе с Шизуне. Услышав, что этот мир больше подходит для тренировок, и убедившись, что Коноха прочно обосновалась на новом месте, они решили присоединиться. Глядя на Джирайю, Цунаде едва сдержалась, чтобы не врезать ему. Но, вздохнув, решила оставить всё как есть: Джирайя оставался верен себе. Хирузен всё ещё трудился над отделением силы законов от Дьявольских плодов. Это был долгий и кропотливый процесс, поскольку сила законов была тесно переплетена с проклятием и различными примесями. Сдержанность мира шиноби столкнулась с разгулом пиратского мира – словно два разных мира, две разные культуры сошлись в одной точке. Впрочем, ни та, ни другая сторона не были «чистыми» культурами: одна представляла собой фантазию на тему эпохи Воюющих царств, другая – на тему эпохи Великих географических открытий. Отсюда и разница в мировоззрении. Ниндзя были хранителями порядка, а пираты – порождением хаоса, прикрывающими свои истинные цели маской свободы. Тем не менее, пир удался на славу, развеяв подозрения рыболюдей. Русалки же, благодаря своей красоте, пользовались всеобщей любовью. Достигнув тридцатилетнего возраста, большинство из них обретали способность превращать рыбий хвост в ноги и отправлялись на сушу, чтобы создать семьи с людьми. Дискриминации подвергались, в основном, рыболюди, а не русалки, хотя последние и ценились работорговцами. Рыболюдей презирали за их уродливую внешность, невысокий интеллект, вспыльчивый характер и отсутствие семейных ценностей. Однако они были отличной рабочей силой. Но что толку в гневе и недовольстве, если нет ни ума, ни силы? Скоро рыболюди поймут, что суша не так прекрасна, как им представлялось. Натиск торговли и капитала с материка сильно ударит по Острову Рыболюдей, и без работы им не выжить ни на суше, ни на родине. Наруто с друзьями вскоре должны были отправиться в плавание. Это сильно беспокоило Луффи. Он планировал продолжить тренировки и присоединиться к команде позже, но теперь обстоятельства складывались иначе. Наруто и Луффи хорошо ладили, но появление Наруто заставило Луффи почувствовать соперничество. Возможно, так проявлялось соревнование между двумя главными героями. … Тем временем в мире шиноби Какаши напал на след некой организации, занимавшейся похищением детей. Из-за возвышения Конохи число сирот, оставшихся после войны, значительно уменьшилось. Обито, получив приглашение от Ишики Ооцуцуки, присоединился к организации «Кара», чтобы найти подходящего носителя для Ооцуцуки. Обито понял, что только Ооцуцуки способен победить Коноху. Разобравшись в ситуации, Обито изменил свои взгляды. Ишики Ооцуцуки пообещал, что после того, как вернёт свою силу и посадит Божественное Древо, он воскресит Рин и даже поделится своей силой с Обито. Трудно сказать, был ли Обито настолько глуп, чтобы верить в правдоподобность такого предлога. Но Обито согласился служить ему лишь из желания отомстить. Теперь Обито стремился не к созданию мира, где есть только Рин, а к тому, чтобы Коноха заплатила за всё. Он хотел жестоко отомстить этому миру, всем, кто унижал и презирал его. Обито изменился. Осознав, что был всего лишь марионеткой, он возненавидел этот мир. В поисках подходящего сосуда для Ооцуцуки он похитил множество детей, чем и привлёк внимание Конохи. Мир шиноби изменился. Все страны стали уделять большое внимание населению, особенно воспитанию нового поколения. Если бы не Камуи, Обито вряд ли смог бы похитить хотя бы нескольких детей. К счастью, Обито, хоть и с неохотой, но привык действовать из тени. Тайные злодеяния были его коньком. Поиск подходящего носителя для Ооцуцуки был делом случая. События «Боруто» ещё не начались, и Ооцуцуки обратился к Обито от безысходности. Судьба мира шиноби по-прежнему была связана с Наруто, даже несмотря на то, что он покинул этот мир. «Вы уверены?» «Похоже, это Обито. Предположительно, он использует пространственно-временное ниндзюцу». Выслушав доклад АНБУ, Какаши замолчал. Зачем Обито похищать детей? Неужели он решил создать собственную организацию? «Отправьте отряд на разведку и установите наблюдение» — отдав распоряжения, Какаши сжал в руке Белый Клык. На этот раз он должен был лично разрубить этот узел. … Тем временем Ооноки, более или менее установивший порядок в Стране Земли, после долгих раздумий решил заключить союз со Страной Молнии, чтобы противостоять угрозе со стороны Конохи. Полное бездействие Конохи вызывало у него тревогу. Он ждал удара в спину, но Коноха не предпринимала никаких действий. Ооноки понимал, что если бы Коноха вмешалась во внутренние конфликты двух стран, мир шиноби был бы объединен под её властью. Союз со Страной Молнии был их единственным шансом. Два государства, несомненно, сильнее одного.