Часть 263

Глава 263.

Рёкугю, увидев атакующего Хашираму, едва успел приготовиться к обороне, как почувствовал, что земля под ногами содрогается. Из-под земли хлынули потоки растений. Остров Амазон Лили был немаленьким, но ландшафт прибрежной зоны полностью изменился. Самым страшным для Аромаки оказалось то, что он не мог контролировать эти растения! Они словно были защищены какой-то неведомой силой, не поддавались ни его контролю, ни ассимиляции. Это было вполне объяснимо: пока Сенджу Хаширама использовал Стихию Дерева, растения были пропитаны его чакрой и, естественно, не могли быть ассимилированы силой Аромаки. Даже призванные им древесные люди были мгновенно раздавлены вырвавшимися из-под земли растениями. Сердце Аромаки сжалось от ужаса. Кто этот человек? Почему его способности оказались подавлены? Между Дьявольскими плодами существовала иерархия. Например, плод Снега и плод Льда развивались в разных направлениях, причем сила плода Льда проявлялась проще и прямее. Неужели этот парень съел плод, превосходящий плод Леса? Но как такое возможно? Разве плод Леса не является вершиной типа Логия? Рёкугю недоставало величия и твердости духа настоящего сильного воина. Он привык действовать исподтишка, пользоваться чужой слабостью и мечтал стать псом Тэнрюбито. От такого человека сложно было ожидать силы и благородства. Члены пиратской команды Куджа были спасены Хаширамой. Растения разорвали древесных людей и бережно подняли женщин. Хотя они и были пиратами, но все же женщинами, и Хаширама проявил к ним некоторое уважение. Рёкугю сделал глубокий вдох и направился к Хашираме. С каждым его шагом под ногами распускались цветы и травы, что выглядело довольно эффектно. Стихия Дерева Сенджу Хаширамы разительно отличалась от его плода Леса. Плод Леса можно было назвать самим лесом, в то время как Стихия Дерева Хаширамы представляла собой абсолютное разрушение и подавление. «Ха-ха-ха! Забавная способность!» — чем дольше Хаширама наблюдал, тем больше веселился. Способности противника казались ему чрезвычайно интересными. В мире шиноби его Стихия Дерева была уникальна и считалась силой, способной усмирить хаос. «Проклятье!» — видя веселье Хаширамы, Рёкугю не выдержал. Используя всю мощь своего плода, он заставил землю покрыться растениями, которые пробивались сквозь древесные конструкции Хаширамы. Они начали бороться за контроль над территорией. Одновременно Рёкугю выхватил катану и бросился на Хашираму. Хэнкок же не находила в себе смелости вмешаться. Ее силы было недостаточно для участия в подобной битве. И флот, и Коноха не были «хорошими парнями», по крайней мере, для Амазон Лили. Появление этих мужчин на острове явно не предвещало ничего хорошего! Слово «рабыня», произнесенное Рёкугю, глубоко ранило ее, и даже некоторые из Куджа начали сомневаться. Реакция Хэнкок была слишком бурной. После того, как ее секрет был раскрыт, она едва держалась на ногах. Ее любовь к Луффи, вспыхнувшая после того, как он ударил Тэнрюбито, говорила о том, как сильно она боялась Мирового Правительства. Но чем сильнее человек пытается скрыть тайну, тем сложнее ему это сделать. «Стихия Дерева: Техника Деревянного Дракона!» «Стихия Воды: Взрыв Водяного Дракона!» Одновременно выкрикнули техники Тобирама и Хаширама. Вблизи океана сила Стихии Воды многократно возрастала. Можно сказать, что рядом с морем сила Тобирамы достигала уровня, превосходящего Каге. Однако Стихия Воды не так эффективна против мастеров тайдзюцу. Хаки вооружения позволяло им защищаться от смертельных атак. Тем не менее, с противниками уровня вице-адмирала Тобирама справлялся без труда, тем более, что, занимаясь исследованиями с Орочимару, он многому научился. После воскрешения он подверг свое тело ряду модификаций, значительно повысив уровень владения техниками. На самом деле, Тобирама всегда питал интерес к Шарингану, но, всю жизнь обзывая Учиха злодеями, он считал бы постыдным пересадить себе Шаринган. Поэтому Тобирама не стал этого делать, даже несмотря на то, что теперь Шаринган можно было клонировать благодаря Орочимару, и он не принадлежал какому-либо Учиха. Морская вода закрутилась в водовороте, быстро формируя огромного водяного дракона, который обрушился вниз. Онигумо и Момонга не смогли вырваться из потока, лишь Токикаке удалось спастись. Все-таки кандидат в адмиралы, его сила была достаточной. Онигумо и Момонга, хоть и были известными вице-адмиралами, не смогли противостоять масштабной технике. С другой стороны, призванный Хаширамой деревянный дракон был еще страшнее. Это была та самая техника, которой он сдерживал Девятихвостого! Огромный деревянный дракон крушил скалы, его ужасающая мощь вселяла страх во всех. Техники Тобирамы и Хаширамы изменили ландшафт, затронув множество морских пехотинцев и членов Куджа. Последствия битвы сильнейших могли убить многих. Рёкугю был раздавлен деревянным драконом, но тут же возродился из растения. Сила плода Леса была поистине велика, он обладал невероятной живучестью и способностью вытягивать жизненную силу. Он мог даже не есть, получая питательные вещества за счет фотосинтеза. «Забавно. Тобирама, что нам делать с этим парнем?» — Рёкугю был слишком слаб перед Хаширамой, не имея возможности сопротивляться. Огромный запас чакры Хаширамы подавлял силу плода Аромаки. Призванные им растения не имели шансов на существование, будучи полностью раздавленными Стихией Дерева. В конце концов, это была сила, усмирившая эпоху войн кланов, перед которой пал даже Учиха Мадара. «Он адмирал флота. Отпусти его», — Тобирама, как всегда, думал о последствиях и понимал, что сейчас нельзя идти на открытый конфликт с флотом. Конохе нужно было вернуться в мир шиноби и разобраться с Ооцуцуки Кагуей. Такую ключевую фигуру, как адмирал флота, убивать нельзя. Хаширама кивнул, чувствуя некоторое разочарование. Ему стало немного скучно. Он вдруг подумал об Мадаре. Вернувшись, он попросит Орочимару воскресить Мадару, чтобы немного развлечься. Вот он, Сенджу Хаширама: не думает о воскрешении Узумаки Мито, а мечтает вернуть к жизни Мадару. А сам Учиха Мадара все еще пребывал в Чистом Мире, мечтая о воскрешении. Кто знает, может, он уже встретил там Обито. «Забирай своих людей и уходите. Отныне эти земли принадлежат Конохе», — Хаширама потерял всякий интерес к продолжению боя. Эти ребята были слишком слабы. Особенно этот, позорящий такую силу. Хаширама еще не знал, что в Конохе появилась возможность извлекать Дьявольские плоды. Иначе Тобирама точно не отпустил бы Аромаки, даже будь тот адмиралом или самим маршалом. Глядя на братьев, на поверженных Онигумо и Момонгу, а также на Токикаке, которого Тобирама водил за нос своим Хирайшином, Рёкугю понял, что проиграл. Он хотел отличиться, но все обернулось против него. «Пусть она вернет окаменевших в прежнее состояние, и мы уйдем», — перед уходом Рёкугю решил сохранить хоть какое-то достоинство. Если бы удалось захватить Хэнкок, потери флота были бы несущественны. Но если Хэнкок не поймать, гибель морских пехотинцев была бы неоправданной. Все посмотрели на Хэнкок. Императрица пиратов, немного поколебавшись, сняла окаменение. Однако некоторые морские пехотинцы погибли в ходе сражения.