Часть 290

Глава 290.

Непростительно, невозможно простить, абсолютно нельзя прощать! В смутных снах все еще живо всплывали события ночи уничтожения клана: боль утраты родителей, странные взгляды жителей деревни после гибели всех соплеменников. Почему? Саске не мог объяснить поступок Итачи, не мог принять его извращенную любовь, поэтому и пробудил Мангекё Шаринган. В «Боруто» пробуждение Мангекё Шарингана выглядит как шутка, настоящий фарс. Саске добился желаемого – обрел силу. Силу, принадлежащую только Учиха, но, к сожалению, Мангекё Шаринган – лишь цветок, распускающийся на мгновение, вскоре обреченный увянуть. Сила Мангекё Шарингана велика, но из-за чрезмерно насыщенной чакры Инь и духовной силы быстро приводит к слепоте. Орочимару с интересом наблюдал за потерявшим сознание Саске. Как ни крути, поступок Итачи слишком радикален. Его любовь к Саске совершенно не учитывала желания самого Саске. Другими словами, Итачи вложил в Саске собственное мировоззрение, надежды на деревню, понимание любви и даже свои мечты. К сожалению, все, что он хотел дать Саске, не было тем, чего хотел сам Саске. Узнав всё заранее, и Итачи не умер у него на глазах, Саске, естественно, не мог принять всего этого. В исходной линии времени Итачи умер на глазах у Саске, заставив его принять все как есть. Саске пробудил не Аматэрасу, а Йомотсуками – невероятно мощную целительную технику, абсолютную редкость в истории клана Учиха. Его додзюцу могло исцелять как его самого, так и других. Второй техникой стало Хинокагуцучи но Ками. Узнав о болезни крови Итачи, о том, что ему осталось недолго жить, и о том, что все было ложью, Саске в своем противоречивом состоянии пробудил Йомотсуками, целительное додзюцу, и Хинокагуцучи но Ками, додзюцу, предназначенное прежде всего для уничтожения. Лучше позволить ему самому разобраться со своими проблемами, подумал Орочимару и заботливо ввел Саске немного модифицированных клеток Первого Хокаге. Пусть Саске, очнувшись, сам разберется с Итачи. За свои ошибки приходится платить. Когда сила Саске превзойдет силу Итачи, примет ли он тогда его поступок? И что он сделает с Итачи? Закончив с этим, Орочимару велел отправить Саске обратно. Как поступит Саске – его личное дело. Завтра ему еще нужно присутствовать на церемонии вступления Цунаде в должность Хокаге. Он не мог пропустить это грандиозное представление – казнь Данзо. … Возможно, из-за того, что на следующий день должен был вступить в должность новый Хокаге, вся Коноха пребывала в праздничном настроении. Все верили, что правление Цунаде обеспечит деревне лучшее будущее. Но в глубине души все понимали, что настоящая причина радости – избавление от Данзо. Кроме того, был найден виновник нападения Девятихвостого, а Джирайя, Цунаде и Орочимару, три шиноби уровня Каге, вернулись в деревню. Хотя Орочимару недавно устроил погром в Конохе, под гарантии Джирайи и Цунаде жители с трудом, но поверили, что он больше не нападет на деревню. Сейчас Коноха была беспрецедентно слаба и нуждалась в защите шиноби уровня Каге. О злодеяниях Данзо в Конохе знали все, но благодаря покровительству Хирузена Сарутоби и двух советников, Данзо до определенной степени мог делать все, что ему заблагорассудится. Некоторые опасались, что Орочимару займет место Данзо и станет новой тьмой мира шиноби, но это, безусловно, дело будущего, и беспокоиться об этом сейчас не было особой необходимости. Как и на предыдущих церемониях вступления Хокаге в должность, Цунаде произнесла речь о Воле Огня и рассказала о возможных реформах в Конохе. Все это было уже известно, и жители деревни, собравшиеся внизу, ждали главного события – суда над Данзо и Обито. Открытые суды в Конохе – редкость. Как правило, ниндзя и преступников казнили тайно. Ведь отдел допросов Конохи – не шутка. С помощью техник запечатывания и гендзюцу они могли выведать все секреты, скрытые в глубинах разума преступника. Такие люди, как Хирузен Сарутоби и Данзо, были связаны политикой. Ниндзя из других деревень не боялись простых людей. Пусть Суна и Кири жили не так хорошо, как Коноха, но они, по крайней мере, не боялись общественного мнения в своих деревнях. Хирузен Сарутоби постоянно пропагандировал Волю Огня, но в итоге сам стал заложником созданного им образа благородного и честного человека. Его постоянная нерешительность привела к тому, что жители деревни стали слишком часто высказывать свое мнение, хотя их мнение можно было бы полностью игнорировать. Например, после того, как было принято решение о возвращении Орочимару, жители деревни не посмели и слова сказать против. Настоящие решения принимают верхушка Конохи и главы кланов. Однако смерть отца Какаши, Белого Клыка Конохи, и многолетнее угнетение клана Учиха свидетельствовали о том, что общественное мнение иногда может иметь определенное влияние. Только попробовав, можно понять, насколько приятно не быть связанным мирскими взглядами и моралью. Главное событие дня приближалось. «Данзо. Возможно, многие знают его, а возможно, кто-то и не слышал этого имени. Однако сегодня мы объявим о его преступлениях» — Цунаде взмахнула рукой, и Данзо вывели вперед. С одним глазом и одной рукой он выглядел совсем плохим: «Кроме Данзо, есть еще один преступник – Учиха Обито из клана Учиха». Обито тоже вывели. Он выглядел ненамного лучше Данзо. «Истребление клана Учиха и нападение Девятихвостого – дело рук этого человека. Он также виновен в других трагедиях мира шиноби! Хотя его самого обманули, совершенные им деяния непростительны. А Данзо тайно сотрудничал с этим отступником, и устроил засаду Четвёртому Хокаге. Его преступления не имеют оправдания!» — в конце концов, Цунаде не стала вдаваться в подробности и раскрывать все злодеяния Хирузена Сарутоби и Данзо. «Любой, кто нарушает мир в Конохе, станет врагом Конохи! С сегодняшнего дня Коноха больше не будет проявлять терпимость!» — слова Цунаде вызвали ликование. Независимо от того, насколько они правдивы и выполнимы, они, безусловно, вдохновляли. П.с. Согласно древнему тексту «Кодзики» (古事記), Хинокагуцучи родился от союза Идзанаги (Иzanagi) и Идзанами (Izanami), когда Идзанами рожала это божество огня. Однако рождение было настолько болезненным, что оно привело к смерти Идзанами. Этот трагический момент сделал Хинокагуцучи не только символом огня, но и ассоциированным с разрушением и страданием. После смерти своей жены Идзанами, Идзанаги в ярости обезглавил Хинокагуцучи. Из крови, пролитой во время этого акта, возникли другие божества, в том числе божества вулканов, оружия и войны. Таким образом, Хинокагуцучи играет роль источника множества других ками.