Играю в Героя, Пока не опустится занавес.

Его лицо мелькало в новостях. На всех новостных каналах и станциях его изображение было на первых полосах. Крупные буквы кричали о шоке и рассказывали о его личности, возрасте, карьере героя. Всё, что они могли достать, использовалось для повышения его популярности и усиления интереса к этому так называемому скандалу. Все взгляды были прикованы к нему. В нём было всё, что делало его самим собой. Пучок непослушных золотистых кудрей на голове, сапфировые глаза и дерзкая ухмылка. Брекеты во рту, которые скоро должны были снять. Выгиб его челюсти, небольшая ямочка на подбородке. Мелкие порезы и царапины на лице, синяки, украшавшие его челюсть после геройских подвигов. Слегка искривлённый нос после неправильного заживления и шрам, пересекающий переносицу после неприятной встречи с Кровавым Богом. Лениво подрагивающие пушистые уши и золотой хвост с кольцами, обвившийся вокруг его ног. Все это было в новостях. Его телефон вибрировал почти постоянно. Ему поступал непрерывный поток звонков и текстовых сообщений. Люди писали ему в социальных сетях и пытались получить хоть какое-то подтверждение. Но ни одного сообщения или звонка от того, кого он хотел видеть. Тревога терзала его, пока телефон продолжал вибрировать. Желание поставить его на беззвучный режим едва сдерживалось тем фактом, что Дрим ещё не связался с ним. Но это только усиливало его беспокойство. На поцарапанном экране появилось несколько новых уведомлений, и он избавился от них всех. Проделываем то же самое с другим входящим телефонным звонком. Что бы сказал Дрим? Из-за этого его репутация была запятнана. Разные люди обвиняли его в том, что Дрим сделал из Томми ребёнка-солдата, ведь именно он завербовал Томми и сделал его своим помощником. Чёрт, даже его собственные коллеги были недовольны. От Сапнапа, Джорджа и Сэма пришло несколько сообщений, в которых они спрашивали об этом и намекали на кое-что в отношении Дрима. Не говоря уже о других героях, с которыми он не был настолько близок, чтобы знать их имена. Тот факт, что люди прямо намекали, что Дрим шантажом заставил его стать героем, был оскорбительным. Другая половина, которая намекала на более серьезные вещи, вызвала у Томми желание разбить голову о кофейный столик. Это действительно показало, как мало люди верили и в него, и в Дрима. Томми с трудом сглотнул. Бросив последний беглый взгляд на свой телефон, он поплелся на кухню. Почти беззвучное урчание в животе и мучительные спазмы голода требовали, чтобы он что-нибудь съел. Бесшумно открыв холодильник, он просто стоял и смотрел. Размышляя, что бы съесть. Его холодильник никогда не казался таким жалким, но он взял пакет молока, срок годности которого истекал через два дня, и пачку хлопьев, название которых он не потрудился запомнить. Поставив их на стол, он взял из шкафчиков миску и ложку. Пока он ел, каждый кусочек казался ему пеплом во рту. Непрерывно растущий комок страха и беспокойства сжимал его внутренности, пока он доедал свою скудную трапезу. В другой комнате снова зазвонил его телефон, и он решил не обращать на него внимания. Пока не понял, что это был специально установленный звук чайника, который он подарил Дриму. Напоминающий его знаменитый хриплый смех. Он вскочил со стула и подбежал к телефону, нетерпеливо нажимая кнопку ответа. С облегчением прижал трубку к уху. — Дрим? — Несколько мгновений в трубке было тихо. Томми забеспокоился. — Алло? — Томми. — Да, Дрим? Ты видел новости, да? — Конечно, я видел новости Томми! — прошипел Дрим, и в его голосе слышались разочарование и гнев. Томми слегка отодвинул телефон от уха. — Ты, чёрт возьми, повсюду, и все спрашивают меня о тебе! — Я-я знаю, — пробормотал он. — Что нам делать? СМИ… — Томми. От того, как он произнёс имя Томми, у него по спине побежали мурашки, а пальцы беззвучно задрожали. Дрим был в ярости, а Томми боялся. — Я отзываю твою лицензию. Гибрид енота резко вдохнул. — Ч-что? Но Дрим! — Ты больше не герой. Ты причиняешь больше вреда, чем пользы, Тесей. Томми тяжело сглотнул. — Разве общественность не расстроится ещё больше, если узнает, что ты бросил меня, как только у тебя возникли проблемы? — Теперь это тебя не касается Дрим повесил трубку. Он просто, чёрт возьми, повесил трубку после того, как сказал ему, что его уволили с работы, а его лицо и имя были во всех новостях. — Какого хрена. Томми судорожно вдохнул, его глаза горели, когда он задумчиво смотрел на свой телефон. Он позвонил Дриму. Ответа нет. Итак, он звонил снова и снова, но так и не получил ответа ___ Прошло совсем немного времени, прежде чем Томми понял, что ему нужно покинуть свою квартиру. Не прошло и недели после того, как его лицо появилось в новостях, а он уже стоял на тротуаре. Его шкафы и холодильник были жалко пусты, а в животе урчало от голода. Поэтому ему пришлось подавить в себе страх и заняться делом, а не слоняться по квартире, игнорируя сообщения и отправляя Дриму свои. Его хвост обвивался вокруг ног, пока он шёл. Паранойя быстро овладела им. Он смотрел на всех и на всё. Уходил от тех, кто смотрел на него слишком долго или подходил слишком близко. Это было глупо. Его лицо было скрыто маской, а капюшон натянут на золотистые кудри, но при мысли о том, что кто-то может его узнать, у него засосало под ложечкой. Продуктовый магазин был всего в нескольких кварталах отсюда, заверил он себя. — "Ты справишься." В животе у него снова заурчало, и он посмотрел на маленькую пекарню, расположенную между несколькими высокими зданиями. Милая и уютная, с приятным ароматом, доносящимся изнутри. Томми сглотнул, огляделся и направился к пекарне. Он позволил своему желудку принять решение, и, когда он вошёл, зазвенел колокольчик. Внутри пекарня была такой же милой, как и снаружи. Уютная атмосфера немного успокоила его. Женщина за прилавком повернулась, чтобы поприветствовать его, и на её губах появилась улыбка, когда она увидела его подозрительную фигуру, возвышающуюся перед кассой. Её розовые, как жвачка, волосы спадали на плечи. — Так что бы вы хотели? — любезно спросила она. — Или вам нужно время? — Можно мне, пожалуйста, кусочек клубничного торта и горячий шоколад? — Он поморщился, услышав, каким хриплым и усталым был его голос. Женщина, похоже, не возражала и кивнула. — Здесь или навынос? — Здесь. — Хорошо, — сказала она, — присаживайтесь куда-нибудь. Имя на этот заказ? — Э-э, Томми. — Она кивнула и оставила его неуклюже ковылять к ближайшему свободному столику. В последний раз он ходил в кафе или пекарню вместе с Сапнапом, Дримом и Джорджем. Сразу после окончания их смены они, всё ещё в костюмах героев, зашли в местную пекарню и чуть не вызвали у кассира сердечный приступ, когда делали заказ. Он тоже заказал там кусочек клубничного торта. Должно быть, это был лучший торт, который он когда-либо пробовал, если не считать того, что он ел торт всего несколько раз. Сапнап и Дрим в итоге украли почти половину торта в отместку за то, что Томми украл у них еду. — "В те времена было проще". — грустью подумал он, хмуро глядя на стол. — Заказ для Томми! Он быстро вскочил, чтобы забрать свой заказ, и улыбнулся ей из-под маски. Горячий шоколад согрел его холодные руки, и он осторожно поставил тарелку на стол, прежде чем сесть обратно. Он откусил кусочек торта, для чего стянул с себя маску. Улыбнулся, почувствовав вкус на языке. Он решил, что это сегодня спокойный день. ___ В его многоквартирном доме было тихо. Слишком тихо, соседи не издавали ни звука, как и всё остальное в здании. Обычно сквозь стены доносились приглушённые звуки телевизора или музыки. Плакачь новорождённого в детской кроватке или, может быть, одна из супружеских пар бы горячо спорила. Но было мёртвое молчание. Ощющение что даже здание не осмеливалось скрипнуть, когда он поднимался по лестнице в свою квартиру. Дверь с лёгкостью распахнулась, и на первый взгляд всё казалось в порядке. Всё было на своих местах, свет горел, и внутри никого не было. Но как только он закрыл дверь, то почувствовал их запах. Густой запах дыма и морской соли, а под ним запах крови. Его уши зашевелились, и он спокойно прошёл на кухню. Там у него было припрятано несколько видов оружия. Он мог бы что-нибудь взять, если бы вёл себя так, будто всё в порядке. Он нарочно медленно раскладывал продукты по местам. Уделяя время тому, чтобы прислушаться. Он слышал, как кто-то переминаются с ноги на ногу в коридоре, как слегка дышал и хихикал, когда он ругается, уронив упаковку замороженного мяса себе на ногу. Кто-то был неосторожен. Он не должен ожидать. Кто бы это ни был, он точно дурак. Он потянулся к шкафу и немного пошарил там, сдвинув двойную стенку, прежде чем нашёл его. Его руки коснулись холодной стали, пальцы обхватили рукоятку пистолета и нажали на спусковой крючок. Он насторожился, когда кто-то подошёл ближе к двери ведущую в коридор. Уголки его губ слегка приподнялись в ухмылке, когда он развернулся и выстрелил в дверь. Раздался короткий вскрик, оборвавшийся сдавленным вздохом. Он прищурился, глядя на фигуру, которая зашла в комнату. Держась за плечо, из которого лилась кровь. — Сирена, — признал он. — Ты ведь знаешь, что я несовершеннолетний, да? Это чертовски жутко, король. — Тесей, ты как всегда проницателен. — Он ухмыльнулся, но ухмылка медленно превратилась в гримасу. — Откуда ты узнал, что я там? Томми хмыкнул, прищурившись и глядя на другого, когда сам обогнул стул, оперся рукой о столешницу и открыто размахивал пистолетом. Предупреждение, чтобы отбить у него желание что-либо предпринимать, если он не хочет получить ещё одну огнестрельную рану. В следующий раз он будет целиться в ноги, так ему будет сложнее убежать. — Ты оплошал, — сказал он, кивнув в сторону коридора. — Я слышал, как ты переступаешь с ноги на ногу, и как ты дышишь. — Что, я просто перестаю дышать? — Да, сука. Сдохни. — невозмутимо ответил Томми. — Чего ты хочешь? Сирена тут же протрезвел и пристально посмотрел на Томми. Енот не обратил внимания на мурашки на своих лапах и слегка наклонил голову. Его хвост развевался за спиной. — Томми. Тебя зовут Томми. — Да. Замечательные навыки сбора информации, придурок. Не то чтобы об этом писали во всех новостях или что-то в этом роде. — Томми, не дергайся. Черт. Он забыл, что на нём не было костюма. На нём не было этих чёртовых блокираторов. Он чувствовал, как напрягаются и деревенеют его мышцы, и впился взглядом в Сирену. Ему хотелось открыть рот и закричать, но челюсть оставалась плотно сжатой, даже когда пистолет забрали у него из рук. Сирена крепко схватил его за подбородок, наклоняя его, чтобы видеть всё его лицо. — Ты и правда ребёнок, — проворковал он. — Зачем ты строишь из себя героя, Тесей? Томми не мог ответить, поэтому просто уставился на него. Сирена усмехнулся. — Ты не можешь ответить, но это нормально. У нас будет много времени, чтобы поговорить, Томми. Он провёл рукой по волосам Томми, ухмыляясь тому, что тот не может отстраниться. — Ты такой милый, — проворковал он. — Маленький солнечный зайчик, точнее маленький енот. Это было дерьмо. Сирена вёл себя чертовски странно. Томми мог быть как в порядке, так и не в порядке, особенно учитывая, что Сирена пристально смотрел ему в лицо и гладил Томми по волосам. Он с любопытством почесал его за ухом и издал сдавленный писк. — Пора домой, Томми. — Сирена вздохнул, взглянув на него через плечо. — Спи, милый. Томми смог держать глаза открытыми лишь несколько секунд. Достаточно, чтобы увидеть дьявольскую ухмылку на лице Сирены. Затем он закрыл глаза.