Часть 1

      Рация на груди тихо зашуршала и из нее полился голос связного.       “Отряд Браво, доложите обстановку.”       Массивные руки достали устройство связи из кармана и приподняв маску поместили его под ткань, чтобы ответ было лучше слышно в условиях шума работающей техники.       — Докладывает Полковник Кониг. Отряд Браво на месте ждем дополнительной информации о деле, прием, – привычным равнодушным голосом говорит мужчина.       Он уже столько раз был на таких операциях, такое количество раз, что все лица спасенных им заложников смазывались в один расплывчатый портрет. Никаких эмоций не было, как будто от его действий зависели не жизни людей, а сколько времени он будет готовить себе ужин. Профессионал своего дела, идеальный солдат.       Миссия была относительно простой. Есть здание захваченное террористами. Они захватили в заложники работников этого здания, среди которых есть и важные шишки, которых надо было спасти обязательно. И именно последних придется спасать самому Конигу, ведь именно у него самый большой процент выживших среди гражданских. И конечно же, чтобы сделать все как можно быстрее всему отряду придется разделиться. Никто не знает, что взбредет больным людям, помешанным на убийствах гражданских, в голову.       Особенно учитывая размеры здания. Высокое, внушающее благоговение, строение, с обширными подземными коммуникациями, находящееся не так далеко от густого и дремучего леса.       Такая обычная и доведенная до автоматизма зачистка здания, разделение для быстрого поиска и привычная до боли осторожность и тишина, которая иногда прерывалась автоматными очередями и криками людей. Когда-то белоснежные и стерильные в своем минимализме коридоры теперь были изрешечены пулями различного калибра, усыпаны гильзами и заляпаны чей-то кровью. Смотря на эту нелицеприятную для обычного человека картину, полковник лишь думал: “Лишь бы те были целы, не хочу тащить их силком к выходу”.       Очередной пустой поворот, уводящий все дальше вглубь многоэтажного комплекса. Проходя мимо очередных металлических ворот можно было бы даже заметить знак биологической угрозы, если бы тот не был полностью заляпан кровью и чем-то еще такого же цвета, но более густой консистенции.       Время тянулось в этих коридорах безумно долго, это начинало раздражать. Об теплом домашнем ужине уже можно было забыть, как и о здоровом сне. Где же эти ублюдки прячут этих слабаков, уже совсем не осталось терпения!       Потянулся обратно к рации, но та лишь отвечает хозяину гулкими помехами.       “Scheiße! Здесь глушилки”, пронеслась мысль в голове, что отдавала еще большим негодованием.       И тут чем дальше он шел тем отчетливей становились слышны тихие разговоры в перемешку с женским всхлипыванием. Тело полковника все напрягалось в ожидании схватки по мере приближения к источнику звука. Чем ближе он подходил, тем больше он находил пятен крови и трупов охраны комплекса вокруг.       Гнетущая атмосфера все усиливалась и усиливалась, покуда не треснула со звуком автоматной очереди в одной из близлежащих комнат.       Преодолев все расстояние до цели за минимальный срок, взору полковника открылась нелицеприятная ситуация. Связанные, запуганные заложники, один из которых уже был мертв и запачкал своими мозгами еще живую, заплаканную коллегу. На нее же и целились двое мужчин в форме без знаков отличия, услышав присутствие четвертого, они обернулись в сторону оперативника. Быстро оценив ситуацию, Кониг метнул нож в глаз одного, а второго застрелил из своего оружия.       Зайдя в комнату и осмотрев ее получше, австриец вновь выругнулся, но уже вслух.       — Scheiß drauf, – говорил он ногой повернув уже мертвого заложника, читая его ФИО и должность на бейджике.       На когда-то белом куске пластика еле-еле виднелась надпись из-за крови и кусочков то ли черепа, то ли мозга “CTO A.J. Ellington”. Один из важных шишек мертв, что вызывало жгучое желание размозжить труп несчастного об пол, но сейчас было не до этого. Ведь в комнате был еще живой узник.       Выпрямившись во весь рост Кониг подошел к испуганной женщине, которая смотрела сейчас, сквозь слезы, на него одновременно как на своего спасителя, так и возможного губителя. Мужчина сейчас не торопился ни опровергать, ни подтверждать ее опасения, а лишь ткнул в плечо работницы стволом автомата. Пластиковое удостоверение бликовало под искусственным светом галогенных ламп, что заставило военного склониться над дрожащим и связанным телом, которое всхлипывало все тише по мере придвижения его головы к ее плечу.       Надпись на бейдже гласила: “CEO E.K. Becker”. Раздражение, сидящее глубоко в мозгу ослабило свою хватку. Сняв с мисс Беккер кляп, берет ее за подбородок, заставляя ту смотреть прямо ему в глаза.       — Молчи, – говорил он ей голосом не терпящим возражений, – отвечай только движениями головы, пока я не сказал обратного, поняла? Робкий кивок головы и последующий ему легкий смешок с заметным немецким акцентом.       —Ты знаешь, где остальные твои коллеги?       Девушка отрицательно мотает головой.       — Вас схватили только вдвоем?       Те же движения головой. Противные ощущения вновь заполняли его разум до отказа.       Более мрачным голосом он вновь обратился к ней.       — И сколько вас было?       На что та начала вновь заливаться слезами и дрожать.       — Ч-четверо, – заикаясь ответила она покорно следуя его приказам, – п-пожалуйста, не убивайте..!       — Отвечай только ровно по делу. – пресек он ее стенания все тем же строгим голосом, – Что случилось с остальными?       Продолжая захлебываться в отчаянии, она только и могла, что открывать и закрывать рот не издавая ни звука. У нее начиналась истерика. Подавив новую волну раздражения, Кониг трясет ее за плечи, приводя в чувства.       — Отвечай, что случилось с остальными?       — М-Миллера застрелили, к-когда он п-п-пытался бежать… А-а-а Ника з-зак-к-кололи, он д-дрался з-за автомат.       — Молодец, – сказал военный отпуская подбородок девушки и выпрямился, осматривая ее с ног до головы. Босая, рваные колготки, перекрученная юбка карандаш, а по блузке было видно, что Беккер, скорее всего волочили по полу. Его холодные голубые глаза встретились с ее ничего не понимающими карими. В таком виде она не могла никуда бежать.       — Я здесь со своим отрядом для того, чтобы вывести тебя и остальных отсюда. Судя по бейджу ты и есть Эллен Беккер. И судя по твоему рассказу остальные важные шишки этого здания так или иначе мертвы, так? – огласив вывод всей ситуации, не отрывает взгляда от ее лица.       Работница медленно кивает.       Тихо цокнув Кониг развязывает девушку и поворачивается к тем двоим, что держали офисных работников в плену. Сорвав с одного сапоги, протягивает их кареглазой.       — Надевай. Босиком ты далеко не уйдешь. – на этих словах протягивает ей ботинки ближе.       Эллен ничего не оставалось, кроме как снова подчиниться. Увидев, что та обулась, австриец одним ловким движением поднимает ее на ноги.       — Юбка дорогая? – спрашивает тот как бы невзначай и сразу же рвет предмет одежды по шву, – В любом случае жизнь дороже, а в этих путах, единственное до чего ты добежишь, так это до могилы.       Девушка дрожала как осиновый лист, казалось еще одно движение и она рухнет как безвольная марионетка от стресса.       — Я выведу тебя отсюда, мисс Беккер, можешь даже не сомневаться.