Возможно, всё налаживается?

      Когда мы подъехали к больнице, Замза поспешно вышел из машины и жестом приказал сделать так же. Похоже, мои ответы во время нашего диалога полностью отбили у него желание общения со мной. В фойе нас встретил ослепляющий свет ламп и запах медицины. После того, как я лежал в полевом госпитале, мне понравилась атмосфера медицинских заведений. Я чувствовал себя в безопасности.       Пока я осматривал помещение, к доктору подбежала Ойле, держащая в руках несколько папок и медицинских карточек. — Герр Замза, вас попросили заполнить форму насчёт больных из восьмой палаты. — Я займусь этим позже. Можешь, пожалуйста, подготовить операционную к работе с протезами? Она будет мне нужна в ближайшие пять минут. — А документы?? — Оставь их на моём столе. — Хорошо!       Реплика пружинистыми шажками поднялась по главной лестнице и скрылась в толпе гештальтов и медперсонала. Альберт снова окинул своим задумчивым взглядом мою руку. — Придётся резать. Вы как относитесь к операциям? Не страшно? — Мне резали руку пилой, первые несколько минут ещё и без каких-то обезболивающих препаратов.       Доктор лишь нервно дёрнул головой. Похоже, он понял и прочувствовал это на своей шкуре. Медлить мы не стали и сразу же поднялись к нему в кабинет. В операционной нас уже ждала та же Сова, которая надела марлевую маску и полностью подготовила кресло. Меня в него посадили и сказали расслабиться. Конечно, расслабишься тут. Хотя я и понимал, что сейчас мне введут анестезию и я мирно вздремну ближайшие пару часов. Бояться нечего.       Альберт принёс инструменты и большой стальной контейнер с множеством маркировок. Похоже, это моя новая рука. — Можете вводить ему препарат. Йенс, я напоминаю, расслабьтесь и ждите, пока вас посетит желание поспать.       Если говорить вкратце, уснул я очень быстро, практически незаметно для себя.

***

      Когда я открыл свои глаза, то заметил, что нахожусь в какой-то мелкой палате. Удивительно. В последнее время меня окружает множество мелких комнат, от которых, возможно, у меня проявится клаустрофобия. Кто знает? Но в палате действительно было мало места. Едва ли хватало на койку и прикроватную тумбу. По всему телу чувствовалась скованность, которой я не мог сопротивляться. Лишь голова могла как-то вертеться. Я взглянул направо и заметил свою новую руку. Тот директор тюрьмы не врал, этот протез был действительно высшего качества. Хотелось уже поскорее опробовать его в деле, но последствия препарата ещё не прошли. Я взглянул на часы, которые стояли на тумбочке. Время близилось к вечеру.       Спустя несколько часов, я смог расшевелить своё тело. За это время ко мне прислали Сову, которая помогла мне поужинать, пока я был способен только шевелить головой. Спасибо ей большое. Чувствовать свою правую руку было действительно необычно. Я снова могу назвать себя полноценным человеком, а не калекой.       Так совпало, что как только я отошёл от онемения, то в палату зашли две Штар. — Йенс Раух, машина ждёт вас снаружи. У вас есть двадцать минут на сборы. – быстро проговорила одна из Протекторов.       Вторая подошла к моей кровати и положила на тумбу ключи. — Заберёте это с собой. Остальную часть нужной информации уже получите, когда окажетесь в авто. Если будете задерживаться здесь в связи с какими-то затруднениями, мы вернёмся, чтобы вам помочь.       Я лишь молча кивнул в знак того, что понял всё сказанное, после чего реплики молча развернулись и вышли из палаты.       Вот так интересно, куда меня теперь поведут? Я думал, что мы решили все вопросы и я могу свободно жить себе, будто этого допроса и не бывало. Я так скучаю по семье. Как бы хотелось их сейчас увидеть.