13.

Арсений с Антоном неслись в школу, уехав со съёмок. Им позвонила классная руководительница Вани — голос был немного злым и взбешённым. Мужчины представить себе не могли, что натворил сын. За все семь лет, которые он уже учится в школе, их ни разу не вызвали. Ни в начальных классах (хотя многим родителям звонили из-за мелких драк между детьми), ни в средней школе (в которой поводов для вызовов стало больше). А тут вызвали под праздничный день — восьмое марта скоро. Так ещё и ничего не объяснили — как, за что и почему. — Что он сделал. Как ты думаешь? — напряженно интересуется Антон. Он не думал, что доживёт до того момента, когда его вызовут в школу. — Этот ребёнок — ничего серьёзного, — уверенно отвечает Арсений. — Мне кажется они раздули скандал на пустом месте. Переживать не о чем. Мужчины идут по школьным коридорам, ища нужный кабинет. Находят его достаточно быстро, Арсений стучит, и они заходят. В классе за учительским столом сидит классная руководительница, Ваня — напротив неё со скучающим видом. — Привет, пап. Привет, пап, — по очереди смотря на родителей, говорит подросток. — Привет, мелкий. Они быстро оценивают его взглядом — нет никаких синяков или других последствий драк, одежда чистая и непорванная, да и выглядит он вполне спокойным. Уставший только. — Здравствуйте, Людмила Владимировна. Так что случилось? — Что случилось, что случилось? — взволнованно произносит учительца. — Можете у своего ребёнка спросить. — Вань? — Арсений вопросительно смотрит на него. — Да ничего серьёзного, — быстро начинает подросток, но прерывается, когда видит классную руководительницу. Как будто она снова начинает закипать. — На концерте мы выступали. Ну, к восьмому марта. В основном мальчики во всех классах что-то делали, чтобы девочек поздравить. Мы тоже репетировали… — Ваня чуть замедляется. Ему уже становится смешно от абсурдности ситуации, про которую сейчас будет рассказывать. — Я предложил отрепетировать сценки как… В импровизации. Ну в общем, мы находу всё придумывали. И так получилось, что по сюжету нам нужно было снять штаны. Ну мы и сняли. В кабинете наступает абсолютная тишина, которая прерывается странным звуком — Антон не сдержался и начал смеяться, но тут же скрыл смех под кашлем. Арсений тоже улыбнулся, быстро поворачивая голову в сторону. Учительница не увидела его лица, а Ваня понял — отцы не злятся на него. — И… Сколько вас было? — Пять человек? — И вы все в впятером сняли штаны? — Четверо… Один по сюжету не должен был. — Так, ладно, — разговор ведёт Арсений, потому что Антон не в состоянии сделать вообще что-либо. — Я так понимаю, это и есть причина нашего вызова? — обращается к классной руководительнице. — Именно так… Это… Это просто возмутительно! Вот насмотрятся дети на то, что вы снимаете — и пожалуйста! — указывает в сторону Вани. Антон кривит лицо сыну, намекая, что его учительница уж больно странная, а ей серьёзно говорит: — Мы примем все меры, чтобы этого больше не повторялось. — И проведём воспитательную беседу, — поддакивает Арсений. — Вань, когда мы купили тебе новый телефон? — М… Неделю назад. — Значит, ты к нему ещё не успел привыкнуть. Три дня без телефона. Арсений говорит это слишком серьёзно, от чего на секунду подросток даже пугается. Потом хмурит брови и начинает подыгрывать. — Блин, ну пап!.. А можно как-то без этого? — Нет, нельзя. Ты наказан. — Додумался же штаны на сцене перед всей школой снять! И не стыдно? Взрослый уже, не маленький. Ваня прижимает руки к груди и опускает голову. Стыдно ему. Очень и очень стыдно. Также стыдно, как было стыдно Антону, когда он на Тейбл Тайме снял с себя джинсы. — Так, мы можем его забрать? — Арсений продолжает говорить строго, будто разозлился на сына. — Да. Уроки уже два часа назад закончились. И концерт тоже. — Хорошо, тогда мы пойдём. Примем все меры! Ваня встаёт, а Антон придерживает его за плечо, начиная выводить из кабинета. — И с наступающим праздником вас! — Арсений тоже подходит к двери. — Спасибо! — учительница в первый раз за всё это время добреет, улыбается — приятно, что её поздравили. Да и родители подростка отреагировали так, как она и представляла: отчитали его и продолжат делать это дома. Семья выходит из кабинета, и Антон снова смеется, но на этот раз тише, чем было в классе. — Ну ты даёшь, мелкий, — он треплет его по волосам. — Папку переплюнул, — улыбается Арсений. — Видео выступления есть? — Ага, девчонки снимали. Им понравилось очень. Да и вообще всем понравилось, не знаю, почему она так душнит, — Ваня тоже расслабляется, понимая, что родители на него нисколечко не злятся. — Нам даже одиннадцатиклассники руки пожали, сказали, давно так не смеялись на школьном концерте! — Значит точно не зря решили отыграть сценку, — Арсений приобнимает сына. — Так, ну теперь домой? — Ага. Предлагаю заказать пиццу и отдохнуть, — говорит Антон. — Я за! — Ваня улыбается.