Спасибо..

      — Врискас.. — сказал уставший от жизни кот, обращаясь к своему сожителю по телу. Естественно, ему не ответили, но Бискас понимал, что он его услышал. —Забери мое тело. — будто безжизненно произнес все тот же. Глаза постепенно начали становиться стекляными, а тело дрожать. Каким бы жизнерадостным небыло живое существо, оно все равно будет иметь проблемы. А мандарин изрядно устал. Просто устал. Он не хотел здесь быть. Просто отстаньте от него.. К сожалению, Бискас не начал зеленеть, а разум не затуманился от присутствия другого существа. Почему когда просишь,то его никто не слышит, а когда ему хочется пространства, то наоборот. Это ужасно раздражало.       — я же знаю что ты меня услышал. — прошептал кот и почувствовал теплые дорожки на щеках. Слезы постепенно скатывались с глаз, впитываясь в шерсть и оставляя неприятное ощущение после. Нет, Бискас не был плаксой, но сейчас у него не хватало сил. Будто несколько лет тот накапливал эмоции, а в один день все вырвалось наружу. Постояв еще некоторое время на месте, ожидая хотябы каких-то действий от Врискаса, рыжий тяжко вздохнул и протер глаза тыльной стороной руки, направляясь в ванную чтобы смыть с шерсти соленые следы. Смотря в зеркало, кот не узнавал себя. — какой ты жалкий. — пронеслось в голове, добивая зеленоглазого как морально, так и физически. —надо поспать..— последнее, что помнил Бискас, перед тем как упасть на такую желанную и мягкую кровать. Он наконец почувствовал под собой легкость, будто все проблемы и загоны резко пропали, оставляя на душе покой и умиротворение. Как бы хотелось находиться в неведении.. ***      Пустота. Первое что увидел рыжий, проваливаясь в сон. Это очень истощало моральное состояние. Каждый день одно и тоже. Только кажется здесь стало темнее. Хотя, кого это волнует? Разве что Врискаса, который здесь находится почти постоянно.       — мм.. Бискас? Все хорошо? — неуверенно спросил ранее упомянутый, заставляя названного повернуться в его сторону. Зеленый не был хорошим психологом, да и не умел поддерживать окружающих. Но тут, разве что слепой не заметит состояние рыжика. Такая эмпатия была несвойственна красноглазому, поэтому Бискас удивился проявлению сочувствия в его сторону. Может быть.. Может быть, нахождение другого существа в сознании не так уж и ужасно?..       — я.. — Бискас задумался. Он правда был не в порядке. Он хотел поддержки, но проявление слабости в присутствии других для него было позором. Он не хотел казаться супрессору еще слабее, с учетом того, что он и так его защищает от постоянных передряг. Хотя сейчас было плевать на слабость. Просто хотелось высказаться. — н-нет.— вроде простое слово, но оно вызвало у рыжего ком в горле и накатывающиеся слезы. Вот кому Бискас не ожидал высказаться, так это сожителю по телу. Была не была. — я у-устал. — по щекам покатились слезы, впитываясь в уже и так мокрую шерсть. Врискас, смотря на разбитого, но ранее жизнерадостного и веселого кота, не верил своим глазам.       — кхм.. Не хочешь об этом поговорить?.. — пытался вытянуть из себя слова поддержки зеленый, осматривая напротив стоящего.. Он хотел. Хотел, но не мог. Ком в горле не позволял выдавить из себя и звука, создавая невидимую преграду для слов. Желанных слов. Как бы сильно кот не хотел рассказать, тело не позволяло. Покачав головой в знак отрицания, Бискас уставился в пол, прожигая там дыру. Врискас же опустил уши и сочувствующе посмотрел на лицо мандарина. Почему он сейчас такой слащавый?..       — может.. Обнимемся?..— расставив руки в разные стороны, красноглазый натянул улыбку. Не самодовольную улыбку, не улыбку озорства. Теплую и нежную улыбку. Такую, какую никто и никогда не видел, кроме рыжего кота. Удивленно посмотрев на эту картину, Бискас сначала подумал что он шутит, но мимолетная слабость заставила сделать шаг в сторону зеленого и уткнуться в теплую и шерстяную грудь, забывая о прошлых проблемах. Ему так этого не хватало. Врискас обнял в ответ своего, уже друга, а не наивного дурака. Положив одну руку на голову кота, воин начал медленно поглаживать мандарина, перебирая шерсть в пальцах и оставляя фантомное ощущение прикосновений. Вся шерсть на груди пропиталась солёной водой, но для Врискаса это было что-то новое. Что-то, что оба кота запомнят навсегда.