Часть 1

Ей необязательно должно это нравится, но это привычно ее рукам и ее рутине. Тан Сосо, в отличии от мужчин своей семьи, наносит яд на губы, а не руки. Помада красная и легкая, слегка щиплет, если она ее давно не использует, и блестит на солнце. Кисть аккуратно выводит контур, а медное зеркало едва отражает истинный оттенок красного, который она видит на кисти. Она сжимает губы и чуть причмокивает ими, усмехаясь про себя; это случалось не больше двух раз, когда у нее крали поцелуи незнакомцы, которые не спрашивали ее мнения и не боялись последствий; но Тан Сосо нравится чувствовать себя вооруженной везде, где она может, от острых и крепких золотых заколок в ее волосах, что в любой момент могут быть оружием, до яда на губах. Однако, дело не только в этом; есть взгляды, которые она намерена поймать; те для кого действительно выбран яркий и кричащий цвет. В её семье принято получать небольшие порции тут и там, что, возможно другой член ее семьи даже не заметит того, что она делает. В чем и заключается ее смысл, когда она позволяет тем или иным знакомым рукам поймать ее и спрятать. Красть ее поцелуи и также легко отдавать их, пока не закончится дыхание, пока короткая передышка не закончится и им не придется расходиться. Тан Сосо ловят несколько рук, в перчатках и нет, с разным количества черноты на пальцах, блуждая по ее телу в одежде или нет. Тан Сосо улыбается, облизывая губы, на которых меньше чем за шичэнь не оказалось ни следа помады, оставляя их чуть естественно красными и припухлыми. У нее четверо братьев, которых ей нужно любить.