Глава 7: Чужое небо

Вести о том, что Аватар и его команда летят к поместью, распространились быстрее лесного пожара. Но никакая молва не могла передать того чувства вторжения, которое охватило Азулу, когда тень гигантского летающего зубра легла на её дом, на её двор, на её идиллию, которую она выстраивала столько лет. Она встретила их на пороге, одна, выпрямившись в струну. Лижун стоял чуть позади, его лицо было маской сдержанной тревоги. Лиру они оставили внутри, под предлогом срочных занятий. Аанг спрыгнул первым, его лицо сияло не той детской восторженностью, а серьёзной, взрослой решимостью. —Азула. Лижун, — кивнул он. За его спиной выстраивались остальные: Катара с привычной настороженностью в глазах, Сокка, оглядывающий поместье с профессиональным любопытством стратега, Тоф, упирающаяся посохом в землю с видом человека, который и так всё «видит», и Зуко, чьё выражение лица колебалось между надеждой и глубокой усталостью. — Аватар, — холодно отрезала Азула, опуская голову ровно настолько, чтобы это не сочли за полное пренебрежение протоколом. — Какой ветер занёс вас в наши скромные владения? Или вы просто решили проверить, не строит ли опальная принцесса новую армию в провинции? — Ветер, который дует из прошлого и веёт в будущее, Азула, — сказал Аанг, и в его голосе не было ни злобы, ни снисхождения. Была простая, неумолимая констатация. — Мы пришли за Лирой. Тишина после этих слов была настолько плотной, что в ней можно было услышать, как сжимаются кулаки Азулы. —Моя дочь, — произнесла она, и каждое слово было отчеканено из стали, — не является предметом обсуждения. И уж тем более — передачи из рук в руки. — Она — маг воздуха, — мягко, но настойчиво сказала Катара, делая шаг вперёд. — Один из первых за сто лет. Она нуждается в обучении, которое можем дать только мы. Которое может дать только Аанг. — Нуждается? — Азула закинула голову, и её губы растянулись в безрадостной, оскаленной улыбке. — И кто это решил? Вы? Совет всезнаек? Она жила здесь двенадцать лет и «нуждалась» только в том, чтобы её не тревожили. Она не ваша. — Это не вопрос собственности, сестра, — тихо вступил Зуко. Его голос звучал устало. — Это вопрос её безопасности и её будущего. Необученный маг — опасность для себя и для других. — О, вот как! — Азула повернулась к нему, и её глаза сверкнули знакомым, ядовитым огнём. — Значит, я, по-вашему, не смогу обеспечить безопасность своего ребёнка? Или, может, вы боитесь, что я научу её чему-то не тому? Научу защищаться от… непрошеных гостей с неба? — Азула, — начал Лижун, кладя руку ей на локоть. Его прикосновение было твёрдым, пытающимся передать хоть крупицу спокойствия. — Они не враги. Они предлагают помощь. Давай хотя бы выслушаем… — Выслушаем? — она рванула руку, не отводя взгляда от Аанга. — Я слышу достаточно. Я слышу, как этот яйцеголовый пророк в оранжевых тряпках считает, что имеет больше прав на мою кровь, чем я сама! Потому что у него в голове завелся какой-то дух и нашептал ему сказки! Он что, собрал нас всех в видении? Приказал рекам течь? Её слова, острые и унизительные, повисли в воздухе. Сокка поперхнулся, Тоф фыркнула, но Аанг не дрогнул. Лишь в его глазах мелькнула тень старой, детской боли, быстро задавленная непоколебимой решимостью. —Дух Раава говорит правду. В Лире есть дар моего народа. Дар, который был украден у мира. Я обязан вернуть его. Вернуть ей. — Вернуть? Ей? — Азула засмеялась, и этот звук был ледяным и безрадостным. — Она не потерянная вещь, Аватар! Она не твой последний сувенир из погибшего народа! Она моя дочь! И она останется здесь! Среди своих! А не будет болтаться в облаках с бандой… тихих ног, которые забыли, что такое твёрдая земля под ногами! «Тихие ноги» — старый, презрительный эпитет для Воздушных Кочевников, бытовавший в пропаганде Огня времён её деда. Его использование было намеренным ядовитым дротиком, выпущенным прямо в самое сердце Аанга. Катара аж побледнела от гнева, а Зуко сжал веки, будто от удара. — Эй, полегче! — рявкнул Сокка. — Мы пришли с миром! Мы предлагаем девочке будущее! —Какое будущее? — парировала Азула, наступая. — Будущее вечного изгнанника? Вечного странника без дома и корней? Вы хотите оторвать её от семьи, от всего, что она знает, и сделать её… живым памятником? Чтобы она, как и ты, Аанг, носила на себе груз целого народа, который она даже не знала? Это жестоко! — Жестоко — оставлять её в неведении! — на этот раз голос Катары прозвучал с силой, раскатывающейся, как приливная волна. — Жестоко — позволить ей бояться самой себя! Я видела, что бывает, когда сила вырывается наружу без контроля! Ты хочешь этого для неё? — Её сила НИКОГДА не причинит вреда! — крикнула Азула, и в её голосе впервые прорвалась неконтролируемая дрожь — смесь ярости и животного страха. — Я научу её контролю! Моими методами! Я… —Твои методы построены на страхе и подавлении, Азула! — резко оборвал её Зуко. — Ты сама этого боишься! Ты боишься, что не справишься, и тогда… тогда случится что-то непоправимое. Мы предлагаем помощь. Не забираем. Помогаем. Лижун, видя, что Азула на грани взрыва, встал между ней и гостями, обращаясь больше к ней, чем к ним. —Дорогая. Они не улетят сегодня. Никто никого никуда не потащит силой. Но… они правы в одном. Мы не можем сделать вид, что ничего не произошло. Мы не знаем, как учить магии воздуха. А они… — он кивнул в сторону Аанга, — знают. Давай не будем решать сейчас. Давай… давай просто дадим им побыть здесь. Посмотрим. Все отдохнём от дороги. Азула смотрела на него, и в её глазах бушевала буря. Она видела логику. Видела безвыходность. Но сдаваться, отдавать хоть крупицу контроля, особенно им — это было равносильно поражению. —Они остаются на одну ночь, — прошипела она сквозь зубы, бросая на команду Аанга взгляд, полный немой угрозы. — В гостевом флигеле. Под присмотром. И если кто-то из вас осмелится подойти к моей дочери без моего разрешения и напугать её своими сказками о долге и судьбе… вы узнаете, что даже без магии я могу сделать так, что вы пожалеете о том дне, когда решили соваться в моё гнездо. Не дожидаясь ответа, она резко развернулась и скрылась в доме, хлопнув тяжелой дверью. Наступила тягостная пауза. Лижун вздохнул, проводя рукой по лицу. —Прошу прощения. Она… она защищает своё. Как умеет. —Как всегда, — устало сказал Зуко. —Ничего, — Аанг смотрел на захлопнутую дверь, и в его глазах не было гнева. Была глубокая, непоколебимая печаль и понимание. — Мы не улетим. Мы подождём. Сколько понадобится. Потому что Лира… она уже часть чего-то большего. И Азуле придётся с этим смириться. Рано или поздно. Тень от Аппы всё ещё лежала на дворе. Осада, тихая и упрямая, только что началась. И никто не знал, чьи нервы, чья воля сдадут первыми.