Глава 20

Офелия постукивала ноготками по капоту машины, стоя рядом с членами семьи и смотря на воркующих Эдварда и Беллу. Она бы с радостью подожгла на братце эту куртку, но приходилось сдерживать себя. Когда вся семья ушла, после толком не начавшейся игры, в поисках кочевников, надеясь поймать их по горячим следам, пока он прогуливался с Беллой по Сиэтлу и игнорировал звонки родных. И все эти несколько дней Эдвард вел себя так, словно ничего страшного не произошло, теперь у него были отношения с Беллой, семью он старательно уверял, девушка продолжала быть в не видении, что он просто пытается понять свои чувства к ней. Офелия мало верила словам Эдварда, она вообще едва верила его любому слову, смотря на его изменившейся характер. Такой же позиции придерживались некоторые члены семьи. Розали в открытую предлагала, что Эдварду стоит съехать на время, пока он не определиться со своими любовными воздыханиями в сторону Беллы. Офелия даже подслушала, как мать жаловалась на несносность Эдварда родственникам с Аляски, которые предложили приехать к ним погостить Офелию и её парня. Девушка скоромно отказала. — Это какое-то издевательство, — простонал Мэтт, подойдя к семейству Каллен. Офелия, как никто, знала, насколько друга тревожит вся ситуация отношений между Беллой и Эдвардом. Он просто боялся, эти отношения для сестры могут значить слишком многое, пока для вампира простая забава, скучающему от долгой жизни и скуки. — Я уверена, всё будет хорошо, — широко усмехнулась Элис. Офелия неуверенно посмотрела на родственницу, желая иметь хоть малую часть этой уверенности в сказочном будущем. Розали лишь фыркнула. — Вечером вернусь, — усмехнулась Офелия, поймав взгляд матери. — Одного молодого человека нужно научить танцевать вальс, — тон вышел слишком выразительным, вызвав улыбки у членов семьи. Мэтт что-то пробурчал себе под нос и толкнул подругу в сторону её машины, видимо, не желая задерживаться в школе дольше нужного. — Значит, Леа. Ей не терпелось начать разговор о детской влюблености друга в сильную и статную квилетку, которая своим характером больше напоминала сестру Джексона, чем просто подругу. Аквамариновые глаза быстро посмотрели на смущенного парня, затем вернулись к дороге. Дворники мельтешили перед лицами подростков, убивая влагу дождя со стекла. — К чему здесь она? — Прости, — усмехнулась Офелия. — Но твоя детская влюбленность явно переросла в более взрослую влюбленность. Не думал, что стоит ей сказать об этом? Она почувствовала внимательный взгляд друга на своем лице. Он не ответил, она не продолжила разговор, позволяя ему задуматься о своих чувствах. Офелия только похлопывала по рулю в такт музыки из радио, тихо подпевая себе под нос, лишь бы не оставаться в гнетущей тишине. — Нет, — твердо отвел Мэтт, когда машина остановилась у его дома. — Может, она и рассталась с Сэмом давно, но ей до сих пор больно. Мои чувства ей сейчас точно не нужны. Офелия посмотрела на Мэтта совсем другим взглядом. Иногда он был слишком взрослым для своего подросткового возраста, для человека знавшего спокойную человеческую жизнь. Она привыкла видеть его беззаботным, веселым, но эта серьезность придавала ему глубины и заставляла дорожить им сильнее. Они вошли в дом. Шериф сидел в гостиной, на столике было разложены бумаги по странным смертям за последний месяц. Форма всё ещё была на нем, рукава рубашки были закоченны до локтей, весь вид слишком уставший. Офелия от Карлайла знала, последней жертвой кочевников стал хороший друг шерифа. Дело так и напрашивалось списаться на нападение дикого животного, но это животное нужно было ещё поймать. Офелия аккуратно села рядом с Чарли, пока Мэтт ушел в свою комнату, чтобы оставить там сумку. Мужчина тяжело вздохнул, провел устало рукой по лицу и посмотрел на неё своими мудрыми глазами. Офелия каждый раз, ловя именно такой взгляд, задумывалась, подозревал ли Чарли вообще о существовании чего-нибудь сверхъестественного. Но мужчина усмехнулся, положил ладонь ей на плечо и протянул свободную руку, в которой держал небольшой газовый балончик. — Сейчас не самое безопасное время, — вздохнул мужчина. Офелия робко взяла вещь для самозащиты. От вампиров эта штучка мало чем может помочь, а от обычных людей она способна защититься, но умолчала об этом, понимая чувства мужчины. Чарли был отцом двух детей, его волнение было естественным, даже в её сторону. — Если собираешься задержаться до поздна, пусть тебя заберут или мы подготовим для тебя комнату для гостей. — Я приехала на пару часов. А Вам стоит отдохнуть, — уголки губ слегка дернулись вверх. Офелия начала аккуратно раскладывать бумаги по папкам, пока Чарли устало тер лицо. Она старалась не смотреть на изуродованные тела мужчин, но внимание привлекло фото пожара в Порт-Анджелисе. Неприятное чувство липко обхватило сознание, она так и смогла узнать об этой женщине больше. Это был её, возможно, единственный шанс узнать о своем роде, виде немного больше. И его украли у неё. — Подозревают поджег, — Чарли заметил её заминку. — Это так ужасно, — кивнула Офелия и спрятала фото в папку. Ей было тошно смотреть на упущенный шанс. — Иногда жизнь полна ужасных вещей. Самое главное не стать их частью. От Чарли редко можно было услышать что-то мрачное. В глазах Офелии этот мужчина всегда был источником некой надежды в любые времена. Ей оставалось только кивнуть, она уже давно была частью ужасных вещей в собственной жизни, начиная с рождения. Мэтт быстро спустился со второго этажа. Офелия, поблагодарив за балончик и спрятав его в карман джинсев, пошла за другом. Чарли махнул им и лег на диван. — Он ночь не спал, всё сидел над этими делами, — Мэтт посмотрел себе за плечо, когда они вышли на задний двор дома. — Убили его друга, — прошептала Офелия. — Он убит горем и незнанием того, что произошло. — Знаю, — отмахнулся Мэтт. — Он успокоиться тогда, когда группа охотников застрелит какого-то медведя. Офелия хмуро уставилась на экран своего телефона, она должна была включить музыку, чтобы Мэтт уже мог учиться ловить ритм. Она надеялась, что семье удастся поймать кочевников и разорвать их. Эти вампиры нарушили слишком многое и им стоит заплатить собственными жизнями. *** Офелия расставила в круг минералы, осмотрелась и кивнула сама себе. В одной из книжек она смогла вычитать некий ритуал, позволяющий каким-то образом связаться с предками рода. Сейчас было самое удачное время попробовать этот ритуал, пока семья на охоте. Леа скептически нахмурилась, её пригласили погостить на ночь, чтобы присмотреть за Офелией. Девушка сняла кофту, оставаясь в майке и шортах. — Знаешь, я мало смыслю в этой магии, — Леа рукой обвела странный круг из минералов. — Но мне не нравиться твоя идея. Обычно вечер подруг проходит иначе, как я слышала. Вино, фильмы и обсуждение парней. — Тогда можем поговорить о Мэтте, — усмехнулась Офелия, садясь в круг. Она подозревала, эта девушка тоже неровно дышит в сторону сына шерифа. — Рассказывай, что мне нужно делать. Офелия сдержала смех, эта быстрая смена темы только подтверждала её догадки. Она быстро объяснила, Леа нужно просто смотреть за ней и в случае опасности разорвать круг. Девушка легла на пол, прижала к груди камень и закрыла глаза, губы двигались в немом чтении заклинания. Её затея была опасной, могла привести к смерти, но об этом не стоит знать никому. Она чувствовала, её сознание медленно обволакивала темнота, словно она проваливалась в глубокий сон. Тело оставалось в доме, но душа была в свободном полете. Офелия бродила по лесу совсем не похожем на тот в Форксе, её манил хор женских голосов и огонь. Возможно, у неё получилось. С дюжину женщин танцевали вокруг костра и пели песню, их ладони синхронно хлопали в ритм. Одна из них смело шагнула в костер, но огонь совсем не обжигал её, она отдавалась некому порыву и пела на латыни, поднося руки к небу, на котором горела полная луна. Перед ней был целый ковен ведьм, были они из древних времен, когда никто ещё не пытался охотиться на них. Женщины ударяли стопами по земле, плескали ладонями. Главная среди них, танцующая в костре указала рукой в её сторону. Офелия опасливо отступила, когда женщины остановились и обернулись к ней, сейчас от них не чувствовалось ничего хорошего, только желание убрать чужачку. Вдруг на своей шее она почувствовала холодные, крепкие ладони незнакомца. Руки вампира. Его ледяные уста прижались к её уху, глаза были распахнуты в ужасе, пока ведьмы испуганно разбегались по сторонам и крича о проклятом ребенке. Пальцы вцепились в холодную кожу, пытаясь освободиться и получить возможность вдохнуть. — Твоя жизнь принадлежала мне, Астрид. Ты забрала то, что было мое. Теперь я заберу жизнь твоей дочери. Как бы ты ни прятала её, теперь её жизнь я заберу. Душу вырву с корнем. Офелия чувствовала, как задыхается, а крепкая ладонь медленно превращалась в зашморг, сдавлюющий горло и отбирающий остатки кислорода. — Очнись! Офелия резко села и схватилась за щеку. Её что ударили?! Она хотела возмутиться, не нужно было слишком быстро вырывать её из этого транса, ответы только начали находить её, но испуганный взгляд Леа остановил её. — Ты не дышала почти пять минут, — прошептала девушка. — Никаких больше подобных ритуалов! Я в этом участвия принимать не буду! Ты едва не умерла... — Но я видела, — покачала головой Офелия. Ей было всё равно на клиническую смерть, там были ответы. — То, что ты могла видеть, не стоит твоей жизни, Офелия, — холодным тоном перебила её Леа. Ведьма хлопнула ресницами, смотря на подругу. Любое божество было ей свидетелем, как сильно она желала знать о своем прошлом. Она часто повторяла себе, если судьба не желает давать ответы, стоит отпустить, но сейчас она смогла ухватиться за кончик хвоста улетающей птицы прошлого. И это ранило до глубины души. — Это больно, но точно не стоит обменивать на свою жизнь.