Сдохни, старая похоть

Из дверного проема, как призрак, она наблюдает за Чаффри, как его грудь медленно поднимается и опускается. Его храп прорезает ночную тишину, как тупые ножницы. Чувство в животе, похожее на несварение, которое она привыкла называть нежностью, заставляет ее хотеть никогда не заходить в эту комнату.