Туманное утро

      — Тарен? Ты что, уснул?       Тот, очнувшись, крепко зажмурился и снова открыл глаза. В реальность его выдернул звонкий голос Линдзи, которая заглядывала сейчас в его лицо.       — Извини. Ты что-то мне говорила?       — Да нет, ничего. Ты просто так выглядел... как-то странно.       — Просто задумался. Бывает, — обнаружив, что его вилка зависла над последним кусочком картошки, Тарен наколол его на зубья и отправил в рот. Есть особенно не хотелось, но скоро его маленький отряд должен был выйти в путь, и кто знает, когда у них будет обед. А силы понадобятся. Да и Светлана готовила вкусно — не обижать же хозяйку.       Глянув в сторону, Тарен усмехнулся про себя: кажется, Амири при всей своей внешней грубости тоже очень боялась её обидеть.       Он сегодня не выспался. Странный туман, окружавший его во сне, словно остался у него в голове и путал, замедлял, цепенил мысли. Не настолько, чтобы это было серьёзной проблемой, но всё же...       Он украдкой оглядел своих спутниц. Нет, было непохоже, чтобы они хоть что-нибудь видели или слышали сегодня ночью. Леди Валери, может, и промолчала бы, но Линдзи обязательно описала бы в красках прекрасную фею, молившую о помощи. Да и Амири обронила бы, что ей снилась какая-то подобная ерунда.       Нет, нимфу, поэтично назвавшуюся Хранительницей цветов, всё-таки видел только он.       Тарен ещё ничего не говорил о ней, но собирался сделать это сразу же после завтрака. Таить не было смысла. Только как бы подобрать слова...       Как сейчас, возникал перед ним невысокий её силуэт с поникшими плечами; голос, тихий и дрожащий, полный надежды голос всё ещё отдавался в ушах: «Ты слышишь?! Ты ведь слышишь...»       В дом ввалился Олег, ворчливо жалуясь на туман — не видать, мол, ни зги, не дело это, когда в Гозране такая мгла стоит. Глянул на гостей, мимоходом кивнул им и ушёл на кухню, к жене.       Тарен встал и подошёл к окну. Пелена за ним так и не рассеялась с ночи, и прозрачнее стала лишь немного; забор ещё темнел в ней, но деревья, возвышавшиеся за ним, уже таяли в белёсой дымке. Кажется, нимфа была права — естественным этот туман быть никак не мог. Но как много он поглотил? И какой же силы должен быть друид, способный такое создать...       В памяти снова всплыл облик ночной гостьи. Нимфа выглядела ужасно измождённой и слабой. Если она хранительница этих земель и её жизнь связана, сращена, сплетена с ними, то какие же муки она должна испытывать... Одна ли она? Или есть и другие, подобные ей? Наверное, она упомянула бы, если бы были.       Во всяком случае, она обещала, она готова была им помочь, она указала им место для первого шага — ради своего дома ли, ради себя ли самой; и то, и другое для неё было равноценно. Тарен фыркнул про себя — найти бы ещё в этом клятом тумане этот Тернистый брод...       А уж после, как она говорила — слушать эхо, ловить шёпот и искать следы. Потому что только по следам, эху и шёпоту и можно найти в здешних лесах одинокий дом, если не повезёт на разговорчивых бандитов.       Ох уж эти феи с их таинственными речами... Тарен так и не мог до конца к ним привыкнуть — и потому привык сторониться их, осторожничать и ждать подвоха.       ...Но этой нимфе он верил.       Ей почему-то очень хотелось верить.