Романтичное успокоение

Полина всё ещё дрожала, уткнувшись лбом в грудь Димы. Он чувствовал каждое её всхлипывание, каждую короткую, прерывистую попытку вдохнуть ровно. Сердце сжималось — он терпеть не мог видеть её в слезах. — Поля… — мягко позвал он и аккуратно поднял её подбородок, чтобы взглянуть ей в глаза. — Посмотри на меня. Я здесь. Она подняла взгляд — заплаканный, растерянный, такой живой. Дима большим пальцем стёр слезу с её щеки. — Ты меня не потеряла. Даже не думай так. Я живой. Теплый. Рядом. Полина дрогнула губами, будто что-то хотела сказать, но горло предательски сжалось. Тогда Дима наклонился ближе и тихо, почти невесомо, коснулся её лба своими губами. — Всё хорошо… — прошептал он. — Ты в безопасности. Он медленно провёл рукой по её спине, от лопаток до пояса, стараясь смыть её дрожь своим теплом. Она тихо выдохнула и сильнее прижалась грудью к его груди, будто пытаясь раствориться в нём. — Дима… не отпускай меня, — прошептала она еле слышно. Он обнял её обеими руками, прижимая так, будто она была самым дорогим, что у него есть. — Я и не собирался. Ты моя. Я рядом, услышала? Полина легла на него полностью, её волосы рассыпались по его шее. Дима аккуратно провёл пальцами по её щеке, потом по виску, потом по линии подбородка. Она закрыла глаза — не от слёз, а от того, насколько мягким был его прикосновение. — Скажи мне ещё раз… — попросила она тихо. — Что ты здесь. Дима улыбнулся и наклонился ближе, их лбы соприкоснулись. — Я здесь. С тобой. Всегда. Её дыхание стало ровнее. Он почувствовал, как её руки обвивают его шею, чуть дрогнули — и медленно погладили его по волосам. Она прижалась к нему щекой. — Я люблю тебя… — прошептала она, тёпло, искренне. Дима замер на секунду, потом прижал её к себе ещё сильнее и прошептал прямо возле её губ: — И я тебя. Сильнее, чем ты думаешь. Он осторожно поцеловал её в висок, затем ниже — в щёку, мягко, утешающе. Не торопясь. Полина вздохнула, наконец успокаиваясь окончательно. Она скользнула пальцами по его груди, как будто убеждаясь, что он действительно здесь, живой. Дима уложил её рядом, но не отпуская ни на секунду, накрыл их обоих пледом, прижал её к себе под руку и тихо, медленно покачивал, будто успокаивал ребёнка. — Спи. Я буду рядом, пока ты снова не откроешь глаза. Она улыбнулась сквозь остатки слёз и тихо поцеловала его в уголок губ — коротко, нежно, как благодарность. А он закрыл глаза, сохраняя этот миг, и продолжил держать её, пока она вновь засыпала, но уже спокойно — зная, что в его объятиях ей ничего не страшно.