Встречай меня, Трэп!

Даже самый солнечный человек загнивает вдали от дома. От него меня отдаляют сейчас тысячи и тысячи километров... Автомобиль плавно катился по мокрой трассе через густой лес. За стеклом мелькали тёмно-зелёные деревья, едва различимые в кромешной темноте. Дворники монотонно смахивали назойливые капли дождя, без устали барабанившего по машине. А я сидела на переднем сиденье и, обнимая колени, безучастно смотрела в окно. Просто чтобы не пересекаться взглядом с Виктором. – Почти приехали, Мэдс! – С наигранным весельем воскликнул дядя и бросил на меня быстрый взгляд. – Ты здесь не была тысячу лет, помнишь хоть, где дом? – Засмеялся он. Поджав губы, я покачала головой. Даже и не пыталась вспомнить. Поняв, что меня не заинтересовал и даже на капельку не рассмешил его разговор, Виктор умолк. Слава богу. Впереди появилась ободранная вывеска, гласившая: "Трэпплайн Хиллс, 15 км". Лес и не думал заканчиваться, а у меня на душе заскребли кошки. Какие-то 15 километров отделяют меня и ад. Последний раз я была в Трэпе 13 лет назад и многого не помню, но уже ненавижу этот городишко. Дома я оставила всё: школу, друзей и родителей. Последнюю неделю помню смутно, всё как в тумане. Но чего я никогда не забуду – звонок из полиции. – "Алло, мисс Диальго? У меня для вас пренеприятные известия. Автомобиль *****, зарегистрированный на имя Тревиса Диальго, сегодня улетел в кювет. Машина в ужасном состоянии. Тела ваших родителей пока не нашли, но есть риск, что они мертвы. Будьте начеку." Этот звонок стал отправной точкой начала всех бед. В этот же день прилетел Виктор, и поиски стали вестись ещё быстрее. А уже на третий день мне сообщили, что их нашли мёртвыми. Дальше помню... смутно. Я не видела даже их тел, дядя слишком быстро увёз меня в Трэп. И слишким многим мне пришлось пожертвовать. Теперь моя жизнь и не принадлежит мне вовсе. – Твою мать! – Заорал Виктор и резко вывернул руль в бок. Колёса завизжали, оставляя на трассе следы, а меня затрясло по машине. Я дважды ударилась носом о стекло и ещё головой о крышу. Дядя вертел руль, стараясь вывести автомобиль на дорогу. Я подняла голову, чувствуя, как по губе стекает тёплая жидкость, но не это сейчас было главным. Прямо напротив меня стояло неизвестное существо. Я не могла определить его сущность, человек это или монстр? Но что отчётливо помню – глаза. Красные, налитые кровью глаза. Они смотрели на меня в упор. Я вжалась в сиденье в ожидании худшего исхода. Потные руки начали скользить по нему, машину качало, а Виктор не справлялся с управлением. Существо присело, а в следующую секунду ринулось на лобовое стекло. Я зажмурилась, закрыв лицо руками. Мысли путались, я не понимала, что происходит, страх сковал тело и язык. Но к счастью, оно прыгнуло лишь на крышу, а затем, оттолкнувшись, понеслось дальше. – Чёрт! – Отстегнув ремень, Виктор выбежал из машины и открыл багажник. Я тряслась от внезапного холода, а сердце бешено колотилось, но уже от страха. – Мэдс! – Крикнул он и открыл дверь с моей стороны. – Я в порядке. – Я хотела ответить нормально, но получился жалкий писк. – Я вижу. О господи, у тебя кровь! – Дядя вытащил из багажника аптечку, а из неё вату. – На. У нас ещё и колесо проколото. Вот почему нас занесло. Пока он возился с колесом я, закутанная в плед, всё думала о том существе с красными глазами. Откуда оно взялось? Дядя по-любому видел его, оно прыгнуло на крышу, и машину затрясло раза в два сильнее, чем от простого прокола колеса. Решив не ходить вокруг да около, я подошла к нему и, присев рядом, спросила: – Ты же тоже видел "это"? – Что "это"? – Прикинулся дурачком, хорош. – Существо с красными глазами, – Прошептала я так тихо, боясь, что оно может услышать. – которое прыгнуло на крышу. – Детка, у тебя жар? – Виктор снял перчатку и потрогал мой лоб. – Какое ещё существо? – Ты не мог не видеть его. Машину затрясло после прыжка раза в два сильнее. – Мы ехали на большой скорости, одно колесо попало на штырь, произошёл прокол. И, кстати, это было очень опасно. Я еле удержал руль. – Сложив инструменты, Виктор отнёс их в багажник. Тусклый свет в машине отразил чёрный металл, под которым я отлично узнала ружьё. – Что оно делает у тебя в багажнике? – А? – Я кивнула на находку. – А, ты про это. Волков развелось много, вот мы с Пабло и ходим на охоту по выходным. – Отмахнулся дядя. – Чёрт, я совсем промок! – Но сегодня четверг. – Мне слишком лень вытаскивать его из багажника каждое воскресенье и класть обратно каждую пятницу. Едем, Мэдс, Джилл заждалась. Он накрыл тряпкой оружие и быстренько сел за руль. Небо совсем почернело. Оттуда лились крупные капли ледяного дождя, а по трассе стоял запах мокрой хвои. И за всё время здесь не проехала ни одна бричка. Дом Маклафлинов можно было бы узнать даже из космоса. Высокий, двухэтажный, всюду горит свет. Либо это обычное явление, либо просто гостеприимство, в связи с моим приездом. – Слава богу, Виктор! – Недовольно прошипела Джилл, спешно спускаясь вниз. – Бедная девочка, уставшая, голодная! Джилл – третья жена Виктора. И, надеюсь, последняя. В детстве я запомнила её роковой красавицей с кучерявыми, пшеничными волосами, пухлыми розовыми губами, вечной улыбкой и кучей подарков. Она особо не поменялась. Единственное, я была выше её на голову, несмотря на то, что она была на каблуках. Лицо почти не тронула старость, сапфировые глаза всё так же сияли, а волосы, теперь снежного цвета, утратили свою притягательную желтизну. – Привет, тётя! – Я попыталась выдавить подобие улыбки и поспешила обнять женщину. – Прекрати! Какая ещё тётя! Мне даже ещё нет сорока! Просто Джилл! – Извини, тё...Джилл! – Я подняла руки вверх, обозначая, что "тётей" я её больше не назову. – Как же ты поменялась, Мэдисон! Ещё в детстве я отметила, что ты будешь красоткой и вот, не прогадала! – Я измученно улыбнулась. Болтовня миссис Маклафлин меня уже утомила, а мы только стоим в холле. Виктор затащил мои вещи, и я облегчённо вздохнула. Сейчас Джилл его съест. – Ну что у тебя опять произошло? – Колесо прокололось. – Ни дня без происшествий! – Она театрально закатила глаза. – Бог ты мой, да ты же весь сырой! – А как я по-твоему буду чинить его? Под зонтиком? Помнится, его забрала ты! – Хватит бухтеть! И девочку уморил, и сам промок! – Я вовсе не...– Попыталась я закончить эпопею. – Всё, хватит! Живо в душ, а потом к столу, я приготовила утку. Детка, ты ешь мясо? Я кивнула. Стать вегетарианкой, как мама, я не успела. – Супер! – Хлопнула в ладоши тётушка. Виктору можно было бы не идти в душ, он и так искупался, меняя колесо. Вода смыла с меня дорожную пыль и запах дождя с волос. К ужину я спустилась посвежевшей и словно заново родившейся. – Присаживайся, пожалуйста! – Весело прочирикала хозяйка. Да уж, Джилл наготовила на целый Трэп Хиллс! Только вот мне и кусок не лез в горло. Я, растягивая улыбку до ушей, через силу запихнула в себя кусочек утки и, покачав головой, воскликнула так, словно ничего вкуснее в жизни не ела: – Ого, как вкусно! – Тётушка просияла. Афера удалась. – Я не знаю твои вкусы и предпочтения, а потому, уж извини, сделала тебе нейтральную комнату. Белый и чёрный. Устраивает? – Да, классно. Спасибо. – Мне вообще было всё равно в каких цветах будут полы и обои. Уж сейчас точно не до них. – Ты быстро привыкнешь к Трэпу, Мэдс, – Подбодрил Виктор. – сейчас май, следом каникулы, будет время освоиться. – Май? – Переспросила Джилл. – О боже, май! Виктор, у девочки экзамены! – Нет. Я всё сдала досрочно. – Тихо вставила я слово, отодвигая почти нетронутую тарелку. – А разве так можно? – У нас было можно. Спасибо, Джилл, всё было очень вкусно. – Она окинула взглядом полную тарелку, но ничего не сказала. Столовая повисла в напряжённой тишине, прежде чем болтливая тётушка прервала её, неожиданно серьёзным голосом. – Мэдс, я хотела сказать...добро пожаловать в Трэп. Я понимаю, тебе будет сложно адаптироваться здесь без близ... – Джилл. – Строго произнёс Виктор. – Прости. – Произнесла она, прикусив губу. – Всё нормально. Спасибо. – Мы всегда рядом, детка! Я улыбнулась, встав со стула. Уже собираясь идти к себе, до ушей донёсся звук, как кто-то хлопнул дверью, а через минуту в зале появился высокий, плечистый парень с необычным цветом волос – карамельным. В нём прослеживались нотки рыжего и древесного, но я никак не брала в толк кто этот незнакомец, и почему родственнички просияли при виде его. – А вот и сын пришёл! – Хлопнула в ладоши Джилл и побежала обнимать его. Парень покачнулся, улыбнувшись. По сравнению с тётушкой он казался шкафом, а она – табуреткой. – Мэдс, это Брайс. Ты помнишь его? – Прошептал Виктор, пока вокруг него скакала мать. В ответ я качнула головой. Не помню. Попытка покопаться в мыслях успехом не обвенчалась. – Мам, ну прекрати! – Подал голос этот Брайс, снимая кожаную куртку. Его карамельные волосы растрепались из-за влаги и закрывали лоб, немного даже затрагивали глаза. Вообще, мне не нравится такой вид причёсок у парней, но этому она определённо шла. – Познакомься, милый, это Мэдс – племянница Виктора. Помнишь её? – Прочирикала тётя. Брайс перевёл взгляд на меня. С минуту он рассматривал мою персону, пока я, не отводя глаз, смотрела на него. – Вроде помню. – И выдавил подобие улыбки. – Думаю, стоит объяснить поподробнее. – Кашлянул Виктор, вставая из-за стола. – Брайс, это Мэдисон, моя племянница. Мэдисон, Брайс – сын Джилл. Мне ничего не оставалось как кивнуть головой. Уже знакомый мне парень сделал тоже самое. – Спасибо за ужин. Я пойду, посплю немного. – Конечно! – Хором воскликнула чета Маклафлин, и я, сопровождаемая кучей взглядов в спину, отправилась в комнату. Она располагалась на втором этаже, и окна выходили прямо на передний двор. Внутри стоял приятный запах влаги и затхлости, вы подумаете, странная, но я обожаю этот, если можно так выразиться, "аромат". Но есть минус. Им невозможно надышаться вдоволь. Не знаю почему меня так привлек сырой воздух, и почему он здесь вообще появился, если дом отделан, но это определенно послание с небес, чтобы хоть где-то я расслабилась. Я прыгнула на прохладную постель и закрыла глаза, вдыхая полной грудью. Сегодня я впервые почувствовала себя немного уравновешенной и разговорчивой. Надеюсь, что смогу пережить удар, который преподнесла мне судьба. Не помня, как уснула, я открыла глаза и поднялась с постели. В комнате было темно, часы показывали 2:55 ночи. Протерев глаза, я не сразу сориентировалась, где нахожусь, а потому подошла к окну, единственному источнику света (от луны). Дождь уже прекратился, в помещении так же стояла прохлада, только после сна я что-то совсем замёрзла. И сейчас, дрожа, стояла и смотрела на сад, на черные деревья. А на меня смотрели... чьи-то красные глаза...