Часть 39

      У меня было всего лишь два урока в день у учеников, остальное время полностью свободное, и то я мог пропустить их, если нужно, потому что со мной на каждом предмете был свой помощник преподаватель, который задавал домашние задание и проверял их, а также следил за тем, чтобы я не начал обучать учеников какой-то дичи. Поэтому когда я похвалил ученика за козявки он напрягся. Но козявка "бык на поле" , это вам не козявка "наложница в постеле", поэтому он быстро перестал об этом переживать. Помощь в обучении, я то обещал, но у меня была стройка по всему пику, во всех интересных местах и куча других дел. Так что я был не рад что взялся, но личный ученик это личный ученик, так что однажды утром просто на моём пороге появился подросток с котомками, переселить ко мне, как имеющему звание личного ученика. Как говорится : "Вы нас не ждали, а мы припёрлися, прошу любить и не жаловаться!" Зря он сюда припёрся, у меня все места были заняты. Бегала детвора, женщины стирали и готовили еду, мужчины собирались на работу на пике.       Сегодня пошлю их мыть и таскать гальку из реки и подсыпать ямы на дорожках, размытые дождями. Как там было? Главий, песок, декоративные камни. А этот мелкий что теперь будет под ногами путаться и всё кому-то докладывать? Интересно, кто такой заботливый его ко мне послал?       — Ну, и зачем ты сюда пришёл? Я вроде бы только твой наставник в живописи.       — Старейшина Ван Илян, сказал раз я ваш личный ученик, а вы мой наставник, то и жить я должен с вами. Дали собрать свои вещи и то далеко не все и сказали освободить место для новых учеников.       — Значит мой учитель постарался. Это значит хочет чтобы ты обучался глядя на мой образ жизни и подражая ему. Ну что же, ученик дисциплинирует мастера и поднимает его умения на новый уровень. Это не порядок. Раз переезжаешь, значит надо все вещи забрать. На тебе цянькунь, переложи туда свои вещи, нам нужно работников подождать. Потом заберём твои вещи и инспекцию общежитие проведём. Завтракал уже?       — Нет ещё. — смущаясь ответил ученик запихивая вещи в цянькунь.       — Тогда проходи, позавтракаем. Кстати, вы же должны были учится шить цянькуни, чтобы у каждого свой был для ночных охот.       — Да, но уроки по ним сократили. Нам просто показали как он шьётся, выдали материала, а потом даже не стали помогать шить. Мы промучились, но больше половины не смогли сшить себе нормальный цянькунь. А это правда, что вы научили ребят в поездке шить печати на одежду?       — Да. Раз ты мой личный ученик, то я обязан проследить, чтобы эти знания у тебя были. Печати простые. Три стандартные, от грязи, от износа и для комфортной температуры, чтобы было не холодно и не жарко. Проходи, здесь у нас туалет, тут у нас кухня с сараем для дров и инструментов, тут дом для личных учеников, но он пока занят работниками для ремонта пика.       — А почему работники не внизу с аньдинцами?       — Потому что внизу уже места заняты, а нам нужен срочный ремонт практически на всём пике. Пришлось здесь размещать. Всё равно помещения пустовали, а к старикам не подселишь, будут жаловаться, да и строения у них уже ветхие, всё сносить и строить заново нужно. Вот на это работники и нужны. Но строить конечно надо после набора в школу, сейчас у них всех куча мелких ремонтов по всему пику. Заходи. Мы зашли в импровезированную столовую, на кухне. Просто на кухне вокруг длинного разделочного стола поставили высокие стулья и всем табором здесь кушали. Я конечно обедал у себя, но у меня было сегодня шаром покати, я пил чай.       — Покормите его тоже пожалуйста. Садись за стол у меня сегодня воздержание от еды.       Ученик сел за стол. Вот же, никакого понятие о гигиене, а руки помыть? Я заклинатель, я могу есть неумытыми руками?       — Дайте уже ребёнку горячее полотенце руки протереть!       Тут повориха заохала, забегала, достала щипцами свёрнутое влажное полотенце с паровой бани. Положила на поднос и поставила перед молодым человеком. Ученик удивлённо на него посмотрел, потом на меня. Передо мной тоже положили полотенце. Я вздохнул. Собирался же соблюдать инедию! Я взял полотенце, расправил, протёр руки, положил на поднос, ученик повторил манипуляции за мной. Перед ним накрыли стол, вариный рис, два яйца, обжареные овощи. Я рукой отстранил от себя плошки сердобольной женщины.       — Мне два яйца, бульон и всё. — женщина вздохнула и выставила мой заказ. — Заниматься мы с тобой начнём с завтрашнего дня, сегодня решим административные вопросы. Завтра с утра у нас тренировка, умывания и завтрак, потом ты идёшь на все свои занятия, я на свои уроки. Обедаешь ты вместе со всеми в общей столовой, а после идёшь в библиотеку и начинаешь изучать исторические хроники. Сначало берёшь самые новые, а потом те что постарше, потом самые древние. Тебе важно не сколько содержание, сколько обращай внимание, как меняется написание иероглифов. Выписывай самые интересные варианты. Составь таблицу. В правой части написание в наше время, посередине в средние века, и в левом столбике с древним, чтобы увидить наглядный пример переход одних знаков написания в другие. Это тебе задание на следующую неделю. Конечно, если по каким то предметам тебе нужны дополнительные задания, то выполняй, если нужно идти в библиотеку, то иди и там старайся найти литературу на нужную тему из разных эпохи, чтобы тоже можно было сравнить их между собой. Это дополнит и твою манеру письма. На ужин возвращаемся ко мне, я посмотрю что ты нашёл и мы упражняемся в написании картин. Всё понятно?       — Да, учитель.       Фух! Кажется удалось на время отвязаться от хвоста!       Парень просто не умел рисовать, и вместо рисунка писал иероглифы, раскинутые на весь лист. Или пытался что-то изобразить своё, но у него не получалось.       После того как ученик поел, а я съел два варёных яйца и запил их куриным бульоном мы с мужчинами пошли в сторону студенческих общежитий. Конечно такая делегация не осталась не замеченной и первое, что пришло в голову ученикам, что новый личный ученик нажаловался главе на то что его обидели. Что в принципе так и было.       Любопытные мордашки тех, кто высунулся поглазеть на нас удивлённо вытягивслись. Пусть я не авторитет, но толпа взрослых, мускулистых и серьёзных мужиков за моей спиной внушала.       — Вот здесь надо бы сделать пару заборов между домами, а то вытоптали всю траву! Носятся туда сюда, как угорелые! Вот тут вечно стоит вода от дождей, надо прорыть слив, выложить дно глиной, и засыпать галькой, а поверху положить каменную плиту, как бы мост через сухой ручей. Когда дренажная канава будет наполняется водой, ученики не будут мочить ноги. И ещё надо отметить все места где крыша подтекает и сообщить андинцам. Если у них нет времени, то пусть выделят вам одного ученика, чтобы он мог доставать со склада пика нужные инструменты и материалы, а так же составить для меня список чего не хватает для ремонта. Кто главный по общежитию?       — Я, учитель! — и мне поклонился Мин Фан. Нуда, а тебя то я как раз и забыл, а ты у нас одна из главных сошек здесь. Сын купца, значит управлять людьми умеет и доставать нужное тоже.       — Вот познакомьтесь эти люди будут у вас делать небольшие ремонты, особенно меня волнует протёкшие крыши и дырки в бумажных ставнях. Зачем их вообще понаделали, у нас же почти все парни, за кем тут подглядывать?       — Так девушки с Сяньшу!       — Вот же вертехвостки! Руки бы им оборвать! Это сколько же теперь денег надо потратить чтобы всю бумагу поменять? Ах, ладно! Поменяю сначало в учебных классах, а у вас уже что останется!       Ученики переглянулись и уже расслабились, потому что подумали, что это я не по их души, а это он зря! Как раз таки я в первую очередь из-за этого!       — Ах, да! Я де чего к вам пришёл! Как же вам это не стыдно быть такими глупенькими и обижать всех подряд?       Тут уже ученики удивлённо и непонимающе захлопали ресницами.       — Вам же ясно дали понять, что этот парень уходит ко мне в качестве личного ученика, зачем вам был его обижать? Вы бы лучше с ним подружились, подарков подарили, попросили их не забывать и помогать, если что. Что же вы такие глупые? Он же может стать следующим главой пика, а вы даёте ему повод вас ненавидеть и начать мстить. Ну что же вы такие недальновидные? Как же это вас ещё в своих кланах с потрохами. И не сожрали? Что же вы ведёте то себя, как глупые обидчивые пятилетки? У нас же с четырнадцати женят, а в шестнадцать уже армии в бой поднимают и в двадцать гибнут оставив трёх-четырёх детей. Что же вы это как на пик попали, так разом мозгами в детство уплыли? Вас же семьи отправили учиться и полезные связи заводить, что же вы с людьми то не дружите? Зачем обижаете-то?       Тут ученики виновата потупили глаза и опустили головы.       — Простите, уважаемый глава Шэнь Цинцю, мы как-то не подумали.       — Ай, яй, яй! Всё бы вам шалить, как малым детишкам! А ну-ка вернули все забраные вещи у парня, и попросили прощения, он вас на этот раз простит, но хорошо запомнит, так что в следующий раз уже может вам припомнить, давайте несите-ка сюда что у него забрали и складывате в комнату. Если захочет, что не нужно он вам подарит, а брать силой нельзя, не хорошо это своих братьев обижать, не по людски это как-то.       Мы пошли в комнату где жил этот шкет, а там уже начали сносить его вещи. Когда мы дошли в комнате уже стояла небольшая куча вещей в виде одеяла, подушек, тумбачки, прикроватной табуретки, что такая низеникая, что не поймёшь зачем она, но полы у китайцев на первом этаже были выложены плиткой, или камнем и чтобы ноги на холодное не ставить был не ковёр, табуреточка. Да и роста они были низенькие и ноги свешивались с высокой кровати не достигая пола, это потом те кто получал золотое ядро могли вымахать за метрвосемьдесять, а так средний рост по стране крестьян метр пятьдесят, аристократов и богатеев, что получше питались метр шестьдесят. Наши бессмертные были чуть ли не на голову выше всех. А поскольку взросление у монголойдных рас в отличие от белых не в двадцать пять, а в тридцать, да и волосяной покров на лице слабо выражен, то и нормальную бороду здесь можно отрастить только после сорока, то и рости люди могут не до двадцати пяти, а до тридцати лет. Тяжелая жизнь заставляла рости быстрее, но по всем параметрам все эти восемнадцати летние дети были ещё подростками. Поэтому я на них не обижался, и спрашивать строго не собирался, но вот объяснять и вправлять мозги был обязан.       — А где мой ковёр?       — Он тебе дорог, как память, жить без него не можешь?       — Мне его из дома привезли.       — Не отдам! У меня самая холодная комната, у меня ноги мёрзнут. Тебе у учителя и без ковра будет хорошо.       Я посмотрел на это възерошенное четырнадцать летнее чудо. Он был похож на маленького котёнка, который вцепился в огромный шмат мяса и не хотел его отпускать. Ещё не пошедший в рост четырнадцати летний пацан смотрелся нахохлившимся боевым хомячком. Я подошёл близким, взял его руку, пустил ци по кругу.       — Застой ци, и наверное ты переболел малерией. От того и суставы крутит, а в рост пойдёшь вообще по ночам от боли скрипеть будешь из-за растянутых сухожилей от быстро растущих костей. Тут одними настойками и медитациями не обойтись, нужна специальная диета. Пошли на твоё горе посмотрим.       Я посмотрел на своего ученика.       — То что нужно забирай, а не нужное раздай. НЕТ ГЛАВЫ БЕЗ КОМАНДЫ. Любой клан на главе держится, а глава на преданных ему людях. Вам после нас пиком Цинцзинь заниматься. Посоретись сейчас, потом труднее поладить будет.       Он конечно же забрал всё. Всё-таки его обидели, но пару вещей тем не менее раздал. Он тоже понимал, что ему нужны связи и знакомства, ему ещё учиться и учиться. Мы пошли к мальчику в комнату, там был растелен мягкий шерстяной ковёр. Он занимал всё место от кровати до письменного стола и прямо на нём стоял низкий обеденный столик, вокруг которого были разложены подушки. В помещении было действительно прохладно.       — Ну что забираешь ковёр?       — Я его из дома привёз, он входил в приданное моей мамы.       — Хорошо, значит дорог, как память. Ну что же дружок ковёр придётся отдать, он всё же не твой. А тебе переехать в бывшую комнату моего личного ученика. Там всё же потеплее, она стоит на более высоком месте, там деревянные полы и не так сыро. У меня есть ковровая дорожка из шерсти. Растелишь её вдоль кровати, она поможет твоим больным суставам. А ещё советую обратиться на пик Цяньцао, может они тебе мазь для суставов выпишут и какие-то пилюли, тебе надо больше есть наваристых супов, свареных на костях. Чем жирнее суп, тем лучше. Это поможет тебе в лечении суставов. Вообще надо проследить, чтобы таких супов у нас варили больше, потому что у нас всех из-за тренировок повышенная нагрузка на суставы. Я переговорю с поворами. Не раскисай. Я знаю, что у тебя виды на ковёр, но он не твой, а тот, который я дам тебе будет уже твой и никто его у тебя не отнимет, договорились?       — Благодарю учитель! - и ученик резко мне поклонился стараясь скрыть слёзы в глазах.       Всё ж таки в Китая очень большая конкуренция вида и на детей смотрят больше, как на полезный ресурс. Они все какие-то недолюбленные, им так хочется любви и ласки, чтобы им что-то дарили, за что-то хвалили. Тут если немного расслаблюсь и начну их всех жалеть, то за мной армия таких, как Ло Бинхэ ходить будет. Но я ничего не мог поделать, даже те крупицы понимания сочувствия и ласки, что я выдавал согревали детей, как ласковое солнце. Хотя почему бы и не да! В этом же мире я не такой злюка и отшельник, могу себе позволить побыть для детишек доброй бабушкой. Только бы гарема тут не случилась, тьфу-тьфу-тьфу, постучать по дереву.       — Мин Фан!       — Да, учитель Шэнь Цинцю.       — Переведи пожалуйста этого ученика в освобождённую комнату, а этот дом надо осмотреть и починить, хотя-бы доски на стелить, чтобы с пола не дуло.       — Тут нельзя, крыша протекает, пол гниёт.       — Тем более переселяй ученика. Вот стоят люди покажи где крыша течёт, пусть чинят.       — А в других местах они тоже починить могут, учитель? - спросил Мин Фан.       — Да, у нас есть примерно две недели чтобы у вас всё починить. Я тебе выделю четырёх человек покажешь им все места, которые надо починить и привести в порядок общежития. В учебных павильонах поменяют бумагу на дверных панелях, если аккуратно её снимут, то можно будет у вас подлатать, потому что я не уверен, что хватит новой бумаги на все общежития.       — Благодарю, учитель! Мы не забудем вашей заботы!       И что это было? Подумаю об этом завтра.       (^_-)