Дракон и Волк глава 18

Глава 18: Сказка о водах и снегах Артур Старк недавно зарекомендовал себя как трудолюбивый человек: служанки неоднократно находили его спящим за столом, с чернилами, размазанными по лицу. Суд благосклонно воспринял эти рассказы, а политические соперники Отто Хайтауэра не упустили возможности высмеять предполагаемую леность Просторца, сравнив его с северным преемником. Но истина была далека от романтики. Да, Артур действительно запирался в кабинете, с головой уходя в дела, да, он был полностью предан своей задаче и старался укрепить правление своего короля. Однако истинной причиной его рвения было желание избежать встречи с Рейнирой. Прошла неделя с тех пор, как она его поцеловала, и этот момент не давал ему покоя. Ему снились кошмары: Раша иногда смеялась над его слабостью, иногда обвиняла в её смерти, проклиная за попытки забыть её. Ему снилась Рейнира — её губы, её кожа. Он видел сны, в которых они совокуплялись то в шатре за Стеной, то в постели лорда Винтерфелла, то на самом Железном троне. Её слова — будь живым со мной — звучали у него в голове снова и снова. Артур не мог забыть, потому что эти слова затронули его. Почти пять лет он не был с женщиной и не имел интереса к кому-либо после Раши. Но Рейнира пробудила в нём что-то, что чуть не привело его в один из столичных борделей. Однако он знал: если поддастся этим чувствам, всё разрушится. Он должен был терпеть. Но эта чертова валирийская девчонка не облегчала ему задачу. Хотя Артур всегда находил её красивой, он никогда раньше не фантазировал о её теле. С того дня он не разговаривал с принцессой, но думал о ней слишком часто и в совершенно недостойном ключе. Это злило его больше всего на свете. Рейнира старалась привлечь его внимание, возможно, она даже действительно любила его. Но задумывалась ли она о его чувствах? О том, что он рискует? Понимала ли, чего он хочет? Она решила, что их связь — любовь. Для неё это, возможно, было так, но не для него. Рейнира привлекала его, но в глубине души он знал: он её не любит. Если бы это было любовью, он повторил бы ту же ошибку, что и с Рашей — потерял бы себя. Воспоминания о погибшей любви пронзили его словно кинжал, он стиснул зубы и встал из-за стола. Тень, его верный пёс, лениво поднял голову с подушки, которую для него купила Рейнира, и проводил взглядом друга. Артур подошёл к окну, чтобы взглянуть на город, которым он правил как Десница короля. Мысли о Рейнире не покидали его. Она заняла слишком много места в его разуме. Он вздохнул, массируя виски. Недавно она обсуждала свои ухаживания с отцом, предложив провести турнир, как будто это была её идея. Визерис был в восторге: он обожал турниры, пиры и балы. Но Артур не разделял его энтузиазма. Тот факт, что Рейнира сама предложила турнир, вызывал у него тревогу. «Что бы она ни замышляла, я не позволю ей втянуть меня в это» — решил он. — «Как только турнир закончится, Рейнира выберет себе мужа, и это буду не я. Это положит конец её фантазиям». Но мысль о том, что принцесса выйдет замуж за другого, заставляла его волчью кровь закипать. Он усмехнулся. «Нужно сохранять спокойствие. Всё скоро закончится. Она выйдет замуж, а я вернусь на Север, чтобы провести там остаток своих дней. Так должно быть». Он знал, что должен оставаться верен своему долгу, несмотря на всё. «Возможно, я слишком строг с ней» — подумал он. — «Я скучаю по ней. По её смеху, разговорам. Может, нам стоит провести это время вместе… но я не могу позволить ей взять верх». Идея осенила его, и он усмехнулся. — Я не должен этого делать… Но я хочу видеть её улыбку. Создам воспоминания, которые сделают моё время на Юге стоящим. — Ты дурак, Артур Старк, — сказал он себе, глядя на город. (-) (-) (-) Ночь наступила задолго до того, как Рейнира вернулась в свои покои после изнурительного и беспросветного дня. Заседание Малого совета выдалось скучным, чаепитие с Алисентой в Садах ничем не улучшило настроение, разве что в моменты, когда её мачеха бросалась мешать Эйгону съесть жука или когда Хелена, ползая на четвереньках, оказалась рядом с Тенью — лютоволком, который дремал, измазанный кроличьей кровью. Алисента побледнела как привидение, заметив, что её дочь уснула, прижавшись к зверю. Рейнира же рассмеялась и велела волку вернуть девочку матери. Тень поднял голову, удивленно посмотрел на спящую принцессу, которая уютно устроилась на его шерсти. Затем, повинуясь приказу Рейниры, осторожно взял Хелену за одежду и отнес к Алисенте, не потревожив её сна. Руки и ноги Алисенты тряслись от ужаса, когда она прижала дочь к себе, боясь взглянуть на зверя. А Рейнира тем временем со смехом почесала Тень за ухом. — Видишь? Что я говорила? Он всего лишь большой щенок… Лютоволк вдруг лизнул её в щёку, оставив кровавый след. Рейнира застыла, а затем вскрикнула: — Тень! Нет! Плохой лютоволк! Почему?! Она бы продолжила ругать его, если бы не услышала смех дам и виноватое поскуливание волка. Вздохнув, принцесса вытерла щёку шелковым платком, снова почесала Тень за ухом, давая понять, что не сердится, и позволила себе расслабиться. Лютоволк мгновенно заснул, а Алисента крепче прижала Хелену к груди. Рейнира, вернувшись в покои, рухнула на кровать и задумалась об Артуре. В памяти всплывал их поцелуй, слова, что она ему сказала, и ощущение, что он всё ближе. Она была так близка к тому, чтобы сломать его оборону… но этот упрямый северянин всё ещё сопротивлялся. И всё же он не оттолкнул её. Это был прогресс. Артур будет её. Лед и Пламя. Как в старой песне Эйгона. Щелчок вырвал её из мыслей. Она вскочила, сердце замерло от страха. Тайная дверь, ведущая в лабиринт Мейегора, приоткрылась. Ей на миг показалось, что из темноты выйдет Деймон. Но свет свечей осветил ухмыляющееся лицо Артура Старка. Рейнира облегчённо вздохнула и улыбнулась: — Ожидала кого-то другого? — спросил он, скрестив руки и прислонившись к холодной стене. Принцесса подошла ближе, ухмыльнувшись. — Не говори так громко, — прошептала она. — Сир Кристон всё ещё стережёт мою дверь. Ты ведь не хочешь ещё одного скандала, верно? Она потянулась к его губам, но он остановил её жестом. — Рейнира, ты не выиграешь эту игру, — сказал он твёрдо. — Даже если бы я был влюблён в тебя, я бы не поддался. И я знаю, что ты меня не послушаешь, так что не буду тратить слова. Принцесса скрыла разочарование под маской веселья. — Зачем ты пришёл в такой час? — спросила она. — Это не так уж поздно. — Он показал холщовую сумку. — Считаю, мы заслужили немного отдыха после всего, что пережили. Рейнира приподняла бровь. — Какого Рода? — Ночная прогулка по Королевской Гавани, — ответил Артур. — С более убедительной маскировкой, чем в прошлый раз… и, разумеется, без борделя. Её лицо озарилось радостью. Губы тронула восторженная улыбка, предвкушение веселья пробудило в ней азарт. — Не знала, что ты такой смелый, — заметила она с улыбкой. — Представь, что будет, если кто-то узнает, что Десница короля и кронпринцесса разгуливают по улицам. Только подумай, какой разразился бы скандал. Артур взглянул на потолок, будто собираясь с мыслями. — Позволь мне прояснить одну вещь, Рейнира: если ты попробуешь воспользоваться этой ситуацией, чтобы заставить меня жениться на тебе, я уеду на Север до восхода солнца. Мы договорились? Принцесса нахмурилась. Она никогда бы не пошла на такие меры. Ей нужно, чтобы Артур сам попросил её руки. Она не собиралась его принуждать. Искушение не было принуждением. — Я не какая-нибудь девка из таверны, — заявила она, скрестив руки на груди. — Я принцесса, кровь Дракона. Если мы когда-нибудь поженимся, это произойдёт только по твоей инициативе. С этими словами она улыбнулась, заметив удивлённое выражение лица северянина. — Но это не мешает мне ставить всё на свою сторону, мой прекрасный волк. Артур тяжело вздохнул, а Рейнира почти сразу последовала его примеру. — Разве так уж плохо, что я желаю нашего союза? — спросила она. — Это не плохо, Рейнира, — ответил он, почти укоряя её. — Это безрассудно и опасно. У нас не будет союзников, только враги: Хайтауэры, Веларионы, Деймон… Не забывай о Дорнийцах и завистливых лордах, чьё число только вырастет. А ещё Триархия, Ланнистеры — они все будут поддерживать Хайтауэров. Учитывая всё это, ты честно веришь, что у нас есть шанс? Что у наших детей есть шанс? Нет, Рейнира, если мы поженимся, это разрушит наше будущее. Ты действительно этого хочешь? Построить что-то, что в итоге будет уничтожено долгой и мучительной борьбой? Рейнира застыла, не в силах ответить. В её голове всплыли образы детей, рождённых от Артура, которых постигнет страшная участь. Она сжала кулаки, стиснула зубы. Об этом она не думала. Она больше не боялась Алисенты и её детей, но забыла о Деймоне, Морском Змее и тех, кого они могли привлечь на свою сторону, чтобы свергнуть её. Тем не менее, она поймала себя на том, что предпочитает слышать от Артура политические аргументы, а не личные. Это означало, что она ещё могла завоевать его сердце. Для этого ей нужно лишь найти способ обезопасить своё правление и их будущее. Но отвлечение было как нельзя кстати. Она найдет способ обеспечить их будущее — это она себе пообещала. — Я обдумаю твои слова, — сказала Рейнира рассудительно, переводя взгляд на сумку, которую держал Артур. — Какова твоя маскировка? Северянин, если и сомневался в ее искренности, предпочел не высказываться. Вместо этого он просто протянул руку за шестом, который принцесса поставила рядом с ним. — Садись за туалетный столик, — велел он, — а я обо всем позабочусь. Заинтригованная Рейнира молча подчинилась. Артур тем временем принес стул, уселся рядом и начал распаковывать свою сумку. Принцесса с любопытством наблюдала за его действиями, подняв брови, когда из мешка появился рыжий парик. — Ты уверен, что знаешь, что делаешь? — с едва сдерживаемым смехом поинтересовалась она. — Ты мне доверяешь? — с вызовом улыбнулся Артур. — Всегда, — прошептала она, позволив ему приступить к работе. Превращение заняло гораздо больше времени, чем ожидалось. Артуру пришлось тщательно укладывать её длинные волосы так, чтобы они могли уместиться под париком. Затем он добавил фальшивый шрам на щеке, который сделал её внешность более грубой и незапоминающейся. Он даже изменил цвет её кожи, придав ей лёгкий загар. Единственное, что вызвало у Рейниры протест, были стеклянные синие линзы, которые Артур предложил надеть. Она тут же оттолкнула их. — Ты хоть представляешь, сколько бастардов родили в этом городе мой дядя и предки? — с неодобрением произнесла она. — Молодая девушка с фиолетовыми глазами здесь редкость, но уж точно не исключение. Артур вздохнул, сдался и убрал линзы. — Хорошо, — сказал он с улыбкой, делая шаг назад, чтобы взглянуть на ее новый образ. — Рейнира Таргариен, позвольте представить вам Найру Уотерс. Рейнира с восторгом рассматривала своё отражение. Её собственное лицо казалось ей чужим. — А ты? — спросила она, наконец оторвав взгляд от зеркала. — Кем будешь ты? Твоё лицо слишком известно при дворе. Артур молча усмехнулся, затем взъерошил волосы, чтобы жирные пряди упали ему на лоб. С помощью кинжала и мыла он подправил бороду, превратив её в козлиную, отчего Рейнира едва сдержала смех. Затем он вернул себе прежний бледный цвет лица, используя немного краски. Когда он был готов, то повернулся к «Найре» и заговорил с таким сильным северным акцентом, что она с трудом удержалась от смеха. — Я Джон Сноу, бастард из Барроутауна. Я ищу девушку и работу в столице. Кажется, девушку я уже нашёл. Рейнира прикусила губу, подавляя улыбку. Боги, как же ей нравилась эта игра. Боги, как она любила этого мужчину. — Ты прав, мой дорогой Джон Сноу, — сказала она, стараясь сохранить серьёзность, чтобы её не услышал сир Кристон. — Отлично, — ответил Артур, доставая из сумки простое, плохо сшитое тёмно-фиолетовое платье. — Надень это, пока я переоденусь у себя. Встретимся у двери, когда будешь готова. (-) (-) (-) Боги, как Рейнира скучала по улицам Королевской Гавани. Жонглеры, ряженые, акробаты, маги, птицы, похоть, радость, аттракционы, люди! Она снова ощущала жизнь и свободу, но на этот раз под руку со своим северянином. Артур выглядел так, будто наслаждался праздником не меньше, чем она. Он переплатил за кувшин крепкого вина из Эссоса серебряным оленем и поделился с Рейнирой ровно настолько, чтобы пробудить их обоих. Принцесса, замаскированная под рыжеволосую девушку, поняла, что цель их прогулки — просто бродить по улицам, следуя за порывом, туда, куда захочется. В час Волка Рейнира услышала музыку, доносившуюся с площади, и потащила Артура к источнику звуков. Там они увидели пары из каждого из семи королевств, танцующие под ритмы рапсодов и менестрелей. Ей не нужно было просить — Артур сам взял ее за руку и повел в центр танцпола, закружив не только ее тело, но и сердце. Рейнира полностью потерялась в этом долгом танце, который разделила с Артуром. Даже в своей маскировке и под покровом ночи она ясно ощущала тепло и привязанность, исходившие от его серых глаз. Она отвечала ему искренней, захватывающей дух улыбкой. Никогда раньше она не считала себя хорошей танцовщицей, но в этот вечер ей казалось, что весь секрет в подходящем партнере. Она понимала, что никогда больше не будет танцевать так, как с Артуром, и это касалось не только танцев. «Будь моей», — хотелось ей выкрикнуть, когда музыка становилась громче. «Я уничтожу любого, кто встанет у нас на пути. Я завоюю семь королевств ради нас. Ты — все для меня, я ничего не могу без тебя…» Когда музыка стихла, но ее сердце продолжало бешено биться, Рейнира встала на цыпочки и захватила губы Артура в поцелуе. На этот раз он не оттолкнул ее. Напротив, он ответил ей, нежно обняв. Рейнира почти заснула в его объятиях, почувствовав, как слеза радости скатилась по ее щеке. Она обняла его за шею, чувствуя безграничное счастье от того, что их чувства взаимны. Когда они расстались, их окружили аплодисменты толпы. Рейнира не знала, что именно вызвало восторг людей, но скромно поблагодарила их, изящно поклонившись. Артур, схватив ее за руку, потащил через толпу, чтобы скрыться. — Лучше не привлекать слишком много внимания, — тихо прошептал он ей на ухо. Она понимала его намерения, но ее раздражало, что этот прекрасный момент был так внезапно прерван. Тем не менее, она позволила ему вести себя. Спустя минуту они оказались перед торговцем — массивным мужчиной с густой бородой и волосатой грудью. Тот приветствовал Артура кивком и поднял небольшой бочонок. — Два рога лучшего эля, — потребовал Артур, кладя серебряного оленя на прилавок. Торговец громко рассмеялся. — Давно я не слышал, чтобы кто-то говорил на северном наречии, — сказал он, наливая напиток в два грубо вырезанных рога и бросив взгляд на Рейниру. — Устал от наших женщин, парень? — Научился ценить изысканное, — с легкой усмешкой ответил Артур, вызвав новый взрыв хохота. — Хороший мальчик! Рейнира с легким возмущением приняла свой рог и сделала осторожный глоток. Северный эль оказался гуще южного и значительно крепче вин Дорна или Пентоса. Она изо всех сил старалась не показать своей неуверенности, пока мужчины наблюдали за ней. — Еще! — выдавила она, с трудом сдерживая рвотный рефлекс. Торговец рассмеялся громче прежнего. — Какая девчонка! Ты сделал правильный выбор, парень! — Не сказал бы, что выбирал, — усмехнулся Артур, наблюдая, как Рейнира с трудом справляется с выпитым. — Скажи, северянин, — заговорила Рейнира, пытаясь успокоить желудок и взять под контроль свой плывущий разум. — Что говорят об Артуре Старке на Севере? Услышав её вопрос, торговец, выдававший себя за Джона Сноу, на мгновение замер, затем почесал бороду. — Племянник лорда Рикона? Ах! О нём много говорили, когда я покидал Белую Гавань. Мы называем его Северным Железным Кулаком — он потряс Юг без помощи ни одного солдата и стал Десницей Короля. Не буду лгать, среди наших людей немало тех, кто хочет видеть его следующим Хранителем Севера. Лорд Рикон теряет популярность — он никогда не покидает свои земли, в отличие от брата, лорда Беннарда, который повсюду трубит, что его сын — гений, а маленький Криган — простак. — Что?! — Артур взревел от гнева, услышав эти слова. Рейнира вздрогнула от неожиданности и едва не выронила рог. Торговец покачал головой. — Я так не думаю. По мне, Артуру Старку лучше оставаться на Юге — там он принесёт нам больше пользы. Маленький Криган ещё ребёнок, и никто не знает, каким лордом он станет. Есть и те, кто считает, что Беннард был бы лучшим правителем, но ни один северянин, достойный этого имени, не предаст лорда Рикона. Будем надеяться, что Артур Старк не воспользуется своим положением, чтобы лишить наследства Крегана, иначе нас ждёт война. Некоторые опасаются, что Юг может развратить Железного Кулака. — Этого никогда не случится, — твёрдо сказал Артур, покачав головой. — Я тоже так думаю, — вмешалась Рейнира. — Лорд Артур считается человеком чести даже среди нас, южан. Он не предаст свою кровь. Торговец пожал плечами. — Кто знает? Говорят, принцесса хочет выйти за него замуж. Если он станет лордом Винтерфелла, всё возможно. — Какой же он лорд Винтерфелла, если правит с Юга?! — Артур чуть не выплюнул от злости. Торговец кивнул. — Возможно, ты прав. Но трудно не представить Старка, столь молодого и добившегося столь многого менее чем за год, не будучи лордом Винтерфелла. Лорд Мандерли даже объявил, что новый Стеклянный сад назовут Садом Артура. Северяне помнят такие вещи. Рейнира едва сдержала смех, прикрыв рот рукой, а Артур лишь приподнял бровь, скрывая раздражение. Исправленный текст: --- — Я уверен, что он оценит эту честь, — сказал он монотонно. — Конечно, он это оценит, а теперь идите, дети. У меня есть и другие клиенты. Пока они шли, Рейнира обняла Артура за плечи и, хихикая, прошептала ему: — Ты позволишь мне попробовать твою репу, о Садовник Севера? — Уморительно, — ответил он, закатив глаза. — Продолжайте, и картофельный отдел будет назван в вашу честь. Все северяне научатся наслаждаться картофелем Рейниры. Она хлопнула его по плечу, но громко рассмеялась, сделав глоток эля, а затем поморщилась. — Как северяне могут оценить такой напиток? — У нас крепкий желудок и крепкий язык, — Артур улыбнулся, осушая свой эль одним глотком во второй раз. — Это гораздо более утешительно, чем все ваши вина, полные специй, происхождение которых вы не знаете. Наш эль — это частичка дома. И прошло десять лун с тех пор, как я в последний раз пил что-то приличное. Фальшивая Рыжая кивнула, хотя и не очень убежденно, и последовала за своим северянином по улицам Королевской Гавани. Они остановились на соревновании по метанию топора, в котором принимал участие Артур, и которое он выиграл после двадцати двух бросков против огромного западного человека. В качестве награды он получил большой мешок сладостей из Ланниспорта, который предложил Рейнире. Она поспешила сожрать свои сладости, чтобы избавиться от привкуса эля, который вторгся в её нёбо. Однако их прогулка была прервана большой толпой около площади торговцев рыбой. Принцесса тогда вспомнила, что именно на этой самой площади она видела актёров, воплощающих историю королевской семьи и её так называемое соперничество с Эйегоном. На этот раз именно она протащила Артура через толпу, чтобы найти приличное место, откуда можно было бы видеть сцену. — Отто, мой дорогой Десница и самый верный друг! — провозгласил лицемер, изображавший короля Визериса, восседая на том, что должно было быть Железным троном. — Ты разоблачил извращённость северянина, этого мерзкого зверя, который лишил мою дочь девственности! Я убью его, чтобы преподать ей урок! Боги сурово накажут за такое прегрешение! Артур презрительно нахмурился, когда понял, что пухлый, голый актёр, одетый в простую, грязную чёрную шубу, играет его роль. Даже Рейнира не нашла это смешным. — Хватит! — раздался громкий голос, и на сцену было брошено безвредное взрывное устройство. Вошла актриса, вероятно, игравшая Рейниру, а за ней — семь актёров, странно одетых в разные наряды. — Мы — Семеро, которые едины! И этот фарс суда ошеломил нас! Десница короля — лжец, волк не заслуживает вашего гнева! Принцесса чиста, эту правду мы гарантируем! «Визерис» в панике схватился за голову. — Как же так! Мне солгали! Отто, стыдно тебе! Я думал, что моя дочь переспала с собакой, потому что ты, предатель, завёл меня в туман! Я должен просить прощения, я должен искупить свою вину! Он поднялся со своего места и вырвал штифт из груди «Отто». — Отто, ты больше не моя Десница! Поскольку этот зверь доказал свою преданность, то он достоин служить королевской семье! «Визерис» прижал Руку к меху «Артура» и ушёл, за ним последовали «Семь» и умоляющий «Отто». На сцене остались только «Рейнира» и «Артур». — О! Артур! Мой верный друг! Ты можешь быть уродливым, но теперь ты Десница! Ты должен помогать мне, служить мне, радовать меня! Ибо Корона моя, и ты тоже будешь моим! Мне нужен верный зверь, который сожрёт моих врагов на следующем пиру! Ты начнёшь с Эйегона и его жалкого петуха! Если ты мне понравишься, я возьму тебя на прогулку! — Гав! — рявкнул «Артур», заслужив сердитый взгляд настоящего Артура. Под аплодисменты зрителей оба актёра исчезли со сцены. Северянин покачал головой, чтобы рассеять свой гнев. Ему было всё равно, как к нему относятся южане, но ему надоело, что его называют собакой. Он был так сосредоточен на том, чтобы успокоиться, что только сейчас заметил, как Рейнира отошла от него и помчалась прямиком в трейлер актёров. — О нет! — прошептал Артур, побежав за ней. — О, чёрт, нет! Слишком поздно. Рейнира уже ворвалась в трейлер, напугав дюжину актёров, которые готовились к следующей сцене. — Какого хрена ты тут делаешь?! — застонал мужчина, одетый, по всей видимости, как Воин, и попытался схватить её за запястье. — Убирайся, пока я…! Артур схватил его за руку прежде, чем тот успел коснуться пальцем его принцессы, и вырубил одним ударом. Остальные актёры вскрикнули от страха, увидев сломанный нос своего партнёра. — Достаточно! — прогремела в ответ Рейнира, срывая с себя парик и позволяя волосам упасть. — Я — настоящая принцесса Рейнира из дома Таргариенов, а это… — она указала на своего спутника, — это настоящая Десница Короля, Артур из дома Старков. Теперь… Тень! Массивная голова чёрного лютоволка высунулась из-за занавесок трейлера, его жёлтые глаза сверкнули любопытством. Артур ударил себя по лбу рукой — он не мог поверить в происходящее. Актёры с испуганными лицами отступили вглубь трейлера, а Артур поспешно уронил на парикмахерский стол кошель, полный золотых драконов. — В обмен на вашу осмотрительность, — сказал он. — Если вы кому-нибудь расскажете, что мы здесь, мне придётся убить вас всех, запечатать ваши уста немедленно… или запечатать их навсегда. Мы… — Он имеет это в виду, — Отрада Королевства улыбнулась. — А теперь… к делу. Мне действительно не понравилось, как вы изобразили моего дорогого друга Артура. Она презрительно нахмурилась, глядя на голого актёра, который едва сдерживал желание обмочиться. Затем её взгляд остановился на актрисе, игравшей её саму. — Так что… ты отдашь мне своё платье и займёшься моим макияжем. Ты! Отдай Артуру то, что носишь. А после того, как мы закончим ваше шоу, позаботься о том, чтобы больше никогда не изображать Артура дикарем или собакой. — Могу ли я высказаться по этому поводу? — перебил её северянин, явно недовольный. — Мне всё равно, как они меня изображают. Их работа — развлекать людей, а не пересказывать историю. Мы уходим. — Я не уйду. Если хочешь, чтобы я ушла, тебе придётся вырубить меня, — валирийская девушка ответила твёрдым тоном. — А теперь, мужчины, вон! Это касается и тебя, Артур. Тень останется охранять меня. Один за другим актёры поспешно подчинились принцессе. Старк выглядел так, будто хотел что-то сказать, но понимал, что главное — убедиться, что никто из них не побежит к ближайшему Золотому Плащу. Поэтому он последовал за остальными, ещё раз извинился за поведение Рейниры и предупредил, что если кто-то из них осмелится выдать их местоположение, Тень сожрёт каждого. Тем временем Рейнира облачилась в собственный костюм — отвратительное чёрно-красное платье — и теперь сидела перед зеркалом, пока две трясущиеся молодые актрисы раскрашивали её лицо, делая его белее призрака. Она глубоко вздохнула. В глубине души почувствовала укол сожаления. Она действовала не думая — её темперамент и северный эль взяли над ней верх. Она не хотела по-настоящему пугать этих бедных актёров и актрис, у которых, она была уверена, и без того была тяжёлая жизнь. Но теперь было слишком поздно отступать. Как сказал Деймон, желания простого народа имели огромное значение, если она рассчитывала однажды править. Пришло время им узнать, из чего сделаны их будущая Королева и её Десница. Но больше того, она желала любить его на виду. Она хотела, чтобы как можно больше людей увидели их вместе. Этот вечер был идеальным до сих пор: он не оттолкнул её, он танцевал с ней, целовал её, а теперь она хотела, чтобы он действительно любил её. Она хотела, чтобы они выразили свои чувства на открытом воздухе. — Ты влюблена в него, — заявила черноволосая актриса лет сорока, открывая кошелёк, чтобы пересчитать золотые драконы, оставленные Артуром. — Неужели это так очевидно? — спросила Рейнира с улыбкой. — Конечно, принцесса, — актриса понимающе улыбнулась. — Пойти на такой риск, чтобы стереть обиду, которая ему безразлична, только влюблённая женщина могла бы совершить такую глупость. Плечи Рейниры опустились от смущения. Она открыла рот, чтобы извиниться за своё поведение, но актриса её перебила. — Даже не думай извиняться сейчас, принцесса, дело сделано, и в этом кошельке больше денег, чем я видела за всю свою жизнь. Теперь я могу только надеяться, что ты такая же хорошая актриса, как и принцесса. — Я выросла в Красном Замке, — напомнила она. — Там наверху все играют. — Тогда я с нетерпением жду твоего шоу. (-) (-) (-) Артур был в ярости. Он злился на Рейниру за её глупый поступок — открыться перед незнакомцами, за риск нового скандала и за то, что она заставила его пожалеть об идее провести этот вечер с ней. Он не мог смягчить её поступки. Рейнира всегда поступала по-своему, и это вызывало у него сомнения относительно будущего, которое он хотел построить под её правлением. Почему она продолжала так себя вести? После всего, через что они прошли, идти на такой риск было более чем глупо. Артур устал. Ему казалось, что Рейнире было всё равно, что он чувствовал или чем он жертвовал ради неё. Он почувствовал, как его гнев нарастает, и сжал кулаки. Его глаза пожелтели, и он зарычал, как зверь. Это была последняя капля. Он увидел, как Рейнира вышла на сцену. Несмотря на то, что её было трудно узнать, он не мог проглотить свой гнев. Если это было шоу, которое она хотела, он собирался закончить его раз и навсегда. — Я знаю, что ты здесь, — громко сказала Рейнира. — Выйди на свет и не будь слишком строгим. Артур покачал головой и вздохнул. Он надел мех, который снял с актёра, вышел на сцену и бросил его в толпу, не отрывая взгляда от Рейниры. К счастью, он стоял к ней спиной. — Суровым я, наверное, не смогу быть. Нет слов, чтобы описать твою глупость. Рейнира глубоко вздохнула и выдохнула. — Моя глупость — любить тебя. Ты же знаешь, что мои чувства искренни. — Любишь меня? Рейнира, я устал от этого лицедейства. Луны я служил тебе, давал тебе советы, сражался за тебя, убивал за тебя. Мы говорили об этом бесчисленное количество раз, и ты, казалось, так и не поняла. Теперь мы говорим рифмами, а между нами пустота. Я не могу любить тебя, не буду, не хочу. Но ты играешь с моим сердцем. Всё, я покончил с этим. На лице Рейниры отразился ужас, когда она повернулась к нему. Увидев его желтые глаза, она сделала шаг назад, а он подошёл и схватил её за плечи. — Я никогда не хотел причинить тебе боль. — Мне всё равно, что ты имел в виду, — прорычал он. — Ты пыталась захватить моё сердце, но только заставила его истекать кровью. Я говорил тебе множество раз, что этого не может быть. Чтобы предотвратить войну, ты должна выйти замуж. Но я не могу быть твоим мужем. Я скажу тебе в последний раз, и ты выслушаешь. Ты знаешь, что я прав. Лорды Вестероса скорее подожгут королевство, чем позволят женщине сесть на Железный Трон. Чтобы выбраться из этого лабиринта, тебе нужны союзники. Север с тобой, но я тебе не нужен, потому что моя рука — служить, а не жениться. Брак — твой долг, а не удовольствие. Не совершай ту же ошибку, что и твой отец. Ты окружена врагами, которые хотят, чтобы ты ушла. Исполняй свой долг, не будь пешкой. Любовь — это смерть долга. Долг — это смерть любви. Я выбрал долг… поэтому ты не можешь выбрать любовь. Слёзы рекой лились по щекам принцессы, разрушая её макияж и разрывая её сердце. Внезапно они услышали рыдания и крики зрителей, но не поняли ни слова. Всё, что они могли извлечь из этого шума, было ощущение печали от того, что они оба были в ловушке. Артур вздохнул. Он сказал достаточно. Хотя это было лишь повторение того, что он говорил уже много раз, он знал, что разрушить сказку, которую Рейнира пыталась воплотить на сцене, было лучшим, что он мог сделать в этот момент. Они подвергали себя опасности достаточно долго, пора было положить конец этому лицемерию. Артур развернулся на каблуках и уже хотел уйти, когда она подбежала к нему и обняла его сзади. — Отпусти меня. — Я не хочу. — Я знаю, но ты должен. — Я… я не могу. Он снова тяжело вздохнул. — Рейнира, этого достаточно. — Я люблю тебя! — воскликнула она от всего сердца. — Я люблю тебя… Ты мне нужен… Я не могу быть королевой без тебя. Моя валирийская кровь — это все, чего желают мужчины, ты же не Лжец. Ты поддерживала меня, помогала мне, советовала, учила и доверяла судьбу твоей родины. Поверь или нет, ты — мой единственный друг. В Красном замке я окружена интриганами, и моя единственная радость — это тепло, которое ты даришь мне. Я люблю тебя, Артур Старк, и мне жаль, что я причинила тебе боль. Я вся в огне, мне нужен твой лед, чтобы его усмирить. Королева, которой ты хочешь, чтобы я была, и королева, которую ты создал, — это не одно и то же. Ты забываешь, что я женщина. Мне нужна любовь, чтобы продолжать двигаться. Ты говоришь: «любовь — это смерть долга», поэтому ты отказываешь мне как своей невесте. Ты говоришь: «долг — это смерть любви», но мне нужно, чтобы ты был рядом. Если ты уйдешь, я проиграю врагу, если ты уйдешь, ты убьешь свой долг. Я молю тебя о прощении, потому что я подвела тебя. Я не богиня, я знаю только, что люблю тебя. Наша песня грустна, это Песнь Льда и Огня, но она не так уж плоха, потому что ты исполняешь моё желание. Она спрятала лицо в его рубашке и дала волю слезам. Всё её тело сотрясалось от печали и отчаяния. Она боялась, что он исчезнет, и чувствовала, как её сердце истекает кровью. Она была в ужасе от того, что сделала с ним. Но она не могла не любить его. Не было никого другого. Только Артур Старк, её любимый волк. — Не заставляй её так страдать, ты, сука! — взревел мужчина в зале. — Она нуждается в тебе! — добавила женщина, со слезами на глазах. — Почему ты не любишь её?! — Люби её! — закричал ребёнок. Все на площади Торговцев Рыбой начали скандировать хором: — Люби её! Люби её! Люби её! Люби её! Рейнира грустно усмехнулась в рубашке Артура, она почувствовала, как он вздохнул, и услышала, как он пробормотал: — Они что, не могут заниматься своими делами? Она не ответила, только спрятала улыбку за слезами, пряча их у него на рубашке. Наконец, Артур обернулся, и она увидела, как по его щеке скатилась слеза. — Рейнира… Мое сердце отняла женщина, которая умерла ужасным образом. Я не могу предложить тебе то, что потерял, потому что оно стало прахом. Я не завершил траур и не знаю, закончу ли когда-нибудь. Как ты можешь рисковать всем ради человека, который пуст? Она улыбнулась горькой, но любящей улыбкой и вытерла его слезу большим пальцем. — Потому что я люблю тебя, северный дурак. И без тебя моя жизнь слишком жестока. Возможно, ты никогда меня не полюбишь, возможно, мы оба останемся пустыми. Но я бы лучше пожертвовала Железным троном, чем была бы одна. При этих словах глаза Артура расширились так широко, что сетчатка чуть не лопнула. В то время как все мужчины, женщины и дети в зале ахнули от шока. Он попытался заговорить, но ни одно слово не вырвалось из его горла. Он не мог придумать, что сказать. Рейнира приложила палец к его губам и встала на цыпочки. Он не оттолкнул её, когда их губы встретились. Этот поцелуй был грустным, полным сожаления и слез, страха и тоски, вины и надежды. Ни одна из этих эмоций не прошла мимо зрителей, потому что все они вытирали слезы, аплодируя тому, что не было представлением, за исключением рифм. Они прервали свой печальный поцелуй, и их лбы соприкоснулись, пока они оставались с закрытыми глазами. Рейнира молча молилась, надеясь, что какой-либо Бог услышит её и откроет сердце Артура, в то время как он, в свою очередь, недоумевал, почему она продолжает его пытать. Первым пришел в себя Старк. Он поклонился зрителям, как будто все произошедшее было просто частью спектакля, и повел свою принцессу обратно в трейлер. Там он проигнорировал актеров и актрис, которые были сбиты с толку их сценой, и начал смывать с лица Рейниры ужасный макияж. Затем он оставил её с Тенью, чтобы она могла переодеться. После этого он снова надел ей парик и потащил её обратно в Красный Замок, не услышав никаких протестов с её стороны. Черноволосая актриса дождалась, пока они не уедут достаточно далеко, чтобы спокойно перечитать свои записи, сделанные во время их выступления. Это может пригодиться для их следующего представления. Она улыбнулась, тайно надеясь, что Дракон и Волк найдут способ воссоединиться, и пообещала себе позаботиться о труппе и остаться в Эссосе, если когда-нибудь эти двое поженятся. (-) (-) (-) Рейнира молчала, пока Артур вел её по коридорам крепости Мейегора. Она изо всех сил пыталась вернуть себе самообладание, но у неё не хватало сил, ведь она была слишком измотана. Когда они наконец добрались до её двери, она не смогла сдержаться — бросилась в его объятия, прежде чем он успел открыть дверь, и снова заплакала в его рубашку. — Мне жаль, — прошептала она. — За всё. За боль, которую я тебе причинила, за то, что была бесчувственной к твоей боли, за то, что не понимала, что я с тобой делаю… Мне так жаль. Артур вздохнул, у него не было сил отвергнуть её, да и не было желания. Он обнял её в ответ, его слова были тихими и искренними. — Мне тоже жаль, — произнес он. — За то, что так давил на тебя, за то, что пытался игнорировать твои чувства, за то, что использовал тебя в своих целях, за то, что использовал твои чувства ко мне против тебя. Я не должен был этого делать. Рейнира вздохнула с облегчением и прижалась лицом к его груди, наслаждаясь каждым мгновением, которое могла испытать, пока оно длилось. Когда она наконец отстранилась, она почувствовала себя немного легче, чем на сцене. — Я люблю тебя, — сказала она снова. Но теперь она отчаянно надеялась, что он ответит ей теми же словами. Но сегодня этого не случилось. — Не жертвуй своим будущим ради меня, Рейнира. Я этого не стою. — И скажи мне, дорогой волк, какое будущее стоит того, чтобы принести тебя в жертву? Будущее несчастной королевы, обреченной на то, чтобы просыпаться с мужчиной, которого она не выбирала, и сталкиваться с врагами, которые хотят её смерти ради Железного трона? Это ли то будущее, о котором ты говоришь, Артур? Старк не мог найти слов, чтобы ответить ей, особенно после всего, что произошло этой ночью. Она поцеловала его в щеку. — Спокойной ночи, Артур. — Спокойной ночи, Рейнира.