I. Спасибо, Эна [R]

Они все смотрят на меня. Неудивительно. Я ведь мерзкий. Жалкий. Я снова убегаю под прицелом их взоров. Ощущение, что они прожигают во мне дыры. Я бегу. Бегу. Спотыкаюсь. Падаю. Больно. Я не хочу бежать, но боюсь остаться. Ты смотришь на меня. Ты смеёшься вместе с ними, так? Я ведь и в правду так жалок. Мерзок. Никчёмен. Слаб. Почему ты подходишь? А, ты тоже хочешь меня ударить? Поиздеваться? Без проблем. Я привык. Я заслужил. …Стой, почему ты обнимаешь меня? Почему ты… плачешь? Почему вытираешь мои слёзы, грязь и кровь с моих разбитых от падения ладоней? Почему прижимаешь к своей груди? Почему целуешь щёки? Гладишь по спине…? — Не смей убегать, Мизуки…! Твой голос такой отчаянный. Я никогда не слышал его таким. Ну вот, я снова виноват. Я снова сделал тебе больно. — Прости. Оставь меня. Мой голос так смешно дрожит. Не слушай его. Он противен, как и весь я. Оставь меня прямо здесь, на мокром асфальте. Сегодня ночью я проплачусь. А завтра буду снова улыбаться. Смеяться. Тебе тоже улыбнусь, даже если тебе станет тошнотворна моя улыбка. Я не смогу стянуть её с себя. Прости. Водостойкая тушь скроет, если я всё же поддамся слабости и поплачу в туалете во время обеда. Не обращай внимания. Забудь меня, отпусти меня… Тебе станет легче. — Пойдём домой, Мизуки… Почему ты пытаешься поднять моё безобразное, размякшее тело? Зачем я тебе нужен? — Не надо. Эна… Я слабо сопротивляюсь, но ты не оставляешь меня. С трудом поднимаешь, и я висну на тебе. Опомнившись, отхожу, глядя в пол. Мне стыдно на тебя смотреть. Ты берёшь моё лицо. — Отпус… ти… Ты что-то говоришь, но я не слышу. Чувствую, как твои слёзы падают на мою руку, которой я без энтузиазма пытаюсь тебя отодвинуть. Я сам не уверен в своих словах. Ты много шепчешь. Что-то говоришь в мои волосы, плачешь в мою мятую жёлтую футболку. Я чувствую, как твоё тёплое тело греет моё ледяное, словно безжизненное. Я лгу себе. Я не хочу, чтобы ты уходила, но на губах вертится только «прости. уйди. оставь. пусти». — Эна… Вокруг уже почти полностью стемнело. Ты пытаешься укутать меня в свой короткий пиджак. Я робко обнимаю тебя в ответ, ты мелко дрожишь. — Останься… со мной. Я не верю, что сказал это, но ты прямо просияла. Крепко взяла меня за руку. Повела куда-то: вероятно, к себе. Я всё ещё не верю. На этот раз в то, что ты осталась. На твоих рукавах уродливые коричневые пятна от моей запёкшейся крови. Однако тебе, кажется, всё равно. Ты… приняла меня? Уродливого, фальшивого, слабого, лжеца… — Спасибо, Эна… Ты жмёшь мою ладонь почти до боли. Я пытаюсь сжать в ответ. — Никогда больше не убегай, Мизуки. Я всегда буду рядом. Я прижимаюсь к тебе и дрожу. В душе знаю: больше никогда не сбегу.