Молитва

      Бегу куда глаза глядят. Ничего не разбираю. Не обращаю внимания на людей и их оклики в мою сторону. Я должна спрятаться. Господь, он преследует меня! Не отпускает который день. Пришел по мою грешную душу, хочет забрать. Дьявол! Самый настоящий дьявол!       Ночная темнота заполнила Москву. Живя возле церкви, не раздумывая, несусь к ней. Там мое спасение.       Потные ладони держат ключи. Страшно, что выпадут. Страшно потерять единственную надежду!       Тонкие струйки слез уже стекают по щекам. Нет времени плакать. Лишь вытираю нос, перед тем как отворить двери родимого дома. Громко ступаю по полу, не оборачиваясь. Уже слышу его шепот.       — Светочка...       Не русский. Говорит с явным акцентом, да ещё и смеется. Так искренне и так ярко. Радуется моей натуре. Нравится соблазнять бедных простушек. Наверняка, я не одна такая. Скольких сестер он мне подобных погубил, нечисть проклятая?       Падаю на колени перед иконами. Руки сами собой складываются на груди, и я начинаю молиться. Сухие губы тихо произносят слова. Быстро-быстро, торопясь, дабы не забрал меня.        Я вся дрожу. Пот растекается по спине фонтаном. Веки сразу же сомкнулись, не дай Боже увидеть его.       Шагает позади меня. Идёт медленно, постукивая тростью. Продолжает шептать.       — Светочка... что же ты убегаешь от меня?       — Сгинь, нечисть проклятая! Сгинь!       Боженька не слышит. Не слышит Господь моих молитв!       Заливаюсь слезами, не переставая надеяться. Меня качает то вперёд, то назад. Рот открыт читая мольбу.       Чёрт уже тут. За спиной.       — Вот я и поймал тебя...       Не говорю ни слова. Застываю, как статуя, что лишь дрянные руки дрожат. Глаза распахнула. Страх съедает изнутри.       Дьявол пришел по мою грешную душу...       Резким движением хватает за волосы. Поднимает наверх, смотря мне в лицо. Вижу его нахальную рожу. Ухмылку, маленькие глазёнки и широчайший лоб.       Сердце намеревается выпрыгнуть из грудной клетки. Головушка болит от грубых рук его Дьявольских.       — Ну что, Светочка? Не услышал тебя Боженька?       Молчу, как рыба. Не скажу ни слова! Не достоин слышать голоса моего!       — Чего ж ты молчишь, Светочка?       Пальцы толстые перебирают кудри мои больно-больно. Глотаю вязкую слюну, что мешала дышать. Смотрю в глаза Дьявольские, продолжая молиться про себя.       Вдруг, отпускает меня чёрт. Валяюсь обратно, ударяясь коленями. Ползу к свечам, да не успеваю — притягивает обратно. Сминает мои уста своими бренными губами. Долго, не отпускает от себя. Держит так крепко, что и дёрнуться не могу. Тело не моё. Его у меня отобрали.       — Будешь моей любимой, Светочка?       Полными яростью глазами буравлю его лоб.       — Ни за что. Я верна Богу!       Тихо смеётся.       — Что ж...       Ставит на ноги, как куклу. Елозит в ладонях тростью с головой пуделя. А я дрожу, как осиновый лист. Как бы не верила в Боженьку милого, все равно боюсь. До ужаса боюсь.       — Придется тебя заставить, Светочка.       Руки его сильные подхватывают меня. Пол под ногами уходит. Бегаю глазами туда-сюда. Хочу кричать. Не хочу быть в Дьявольской воле!       Губами целуют мой лобик. Ухмыляется, нечисть. Вижу ключики оброненные.       — Спи, Светочка, спи.              Ещё недавно запуганная расслабляюсь. Плечи откидывают меня назад. Ножки виснут, ручки тоже. Глаза сами собой закрываются, а все равно успеваю сказать:       — Не захватить тебе меня, Дьявол, не захватить...