2. И что это было..?

      Прошла неделя с того дня. Всё нормализовалось. Дни шли как обычно, спокойно, или не спокойно, у кого как. Ямели работала над игрушками, пока Сильвия хозяйничала в её доме, или правильнее будет сказать в ранее их доме. После упомянутого в прошлой главе инцидента, темноволосая забрала Канту (фамилия Яме) у её родителей, поскольку те просто заперли дочь в комнате. Конечно сама девушка этого не хотела, её толкнула бабуля Итцли. У Ситлали хватало забот с Оророном, поэтому за Ямели отправили присматривать ученицу. Сильвия на десять лет старше рыжеволосой, поэтому, когда Канта была помладше, называла девушку тётей, что очень не нравилось старшей. Со временем Ямели перестала так её называть, а Сильва привязалась к девочке и подружилась с ней, но основную свою задачу конечно же до сих пор выполняет.       Жили они раньше вместе на окраине клана Цветочного Пера. Старшей пришлось на время покинуть своё племя. Почему она просто не забрала Яме к себе домой? Непонятно. Но как только зеленоглазке исполнилось 16, Сильвия со спокойной душой вернулась к Повелителям Ночного Ветра. Та часто навещает Канту и не перестаёт присматривать за ней, даже если теперь Ямели сама в силах справиться с тем, что внутри неё... Или не всегда в силах? В прочем, живёт она одна уже полтора года и всё нормально. С родителями особо не связывается, только когда приходит навестить брата, и то редко, ведь с братом она чаще видется на стадионе или в племени. С ним у неё очень хорошие и доверительные отношения. Элиас – мальчик милый и приятный, в прибавок к этому стал очень известным тем, что в своём юном возрасте вместе с древним именем «Лаборис» и Глазом Бога он не раз участвовал в Войнах Ночных Дозорных и не раз выигрывал. Самая любимая и самая частая фраза Ямели в сторону брата бывает: «Моя гордость». Канта и в правду очень гордится своим братом и рада за него, ведь ему досталась и родительская любовь, и хорошее воспитание, и древнее имя вместе с целями, которые он преследует, от чего становится сильнее. Что же до целей самой Ямели? Не потерять над собой контроль и оберегать других – главные её цели на всю оставшуюся жизнь.       Элиас любит сестру не меньше, чем она его. Именно она стала для него опорой. Он всегда смотрел на неё, брал с неё пример и начал участвовать в турнирах чтобы стать сильнее, да и чтобы Бездна не втыкала. Родители были против его участия, но он сделал всё по своему и добился успеха. Младший Канта не раз уговаривал сестру вернуться домой, но та лишь говорила ему, что не может, а на его вопросы отвечать не собиралась, точнее собиралась, но как-нибудь потом... Элиас мог и обидеться на то, что у Ямели есть какие-то свои секреты от него, но обижался он не долго, быстро забывал.       Вернёмся к тому, с чего начали. Яме и Сильва сидели в доме. Всё бы хорошо, только минут через пять раздался грохот. Рыжеволосая с паникой забежала на кухню. Перед чёрной плитой стояла чёрная Сильвия... Глаз Ямели дёрнулся. Она глубоко вздохнула и попыталась отреагировать на ситуацию спокойно.       – Сильва... Ты вроде как сказала, что научилась готовить...       – Я... научилась... Честно! Подумаешь чуток с огоньком перебрала...       – Сильвия, у тебя крио Глаз Бога! Пиро, на минуточку, у меня. Как так?       – Это на готовку не влияет!       – О Шбаланке... – Канта закрыла лицо руками. – Убери здесь всё, пожалуйста, мне надо закончить заказ в срочном порядке...       – И без тебя собиралась! – Сильвия сделала обиженный вид.       Ямели ушла в свою комнату, а темноволосая принялась за уборку. Прошло часа два, после этого. Старшая всё-таки справилась с обедом. Что удивительно, так это зеленоглазка не отравилась впервые после стольких блюд своей "тётушки". Да уж, готовка была явно не для Сильвы, но она начала учиться после того, как на неё спихнули Ямели, так как сама она ещё свои творения вытерпит, но маленькую девочку травить нельзя... Хотя именно это и случалось из раза в раз, поэтому Канта сама взялась за готовку.       Заказ забрали, вещью были довольны и нашей эльфийке неплохо так заплатили. Девушка вернулась в дом, где Сильвия уже убрала стол и лежала на небольшом диванчике, читая какой-то свиток. Яме решила не отвлекать её, поскольку свитки Повелителей Ночного Ветра она начала различать благодаря Сильвии, и как раз сейчас лучше вообще не обращаться к темноволосой, так как похоже, что содержание свитка очень важное. Это можно понять по виду свитка. Они все в общем отличались друг от друга, но заметить сразу это бывает трудно.       Рыжеволосая зашла к себе в комнату и по быстрому навела там идеальный порядок, ведь после работы осталось много мусора и лишних вещей. «Может начать делать тренировочное оружие?» – подумала девушка, взяв в руки один из оставшихся кусков дерева. Та призвала своё копьё и осмотрела его со всех сторон, а после пошла во двор, так как работа будет большая, в сравнении с игрушками. Девушка достала большое бревно и начала его обрабатывать. Спустя часа три, та уже придавала форму копья. Канте казалось, что с большим форматом будет работать труднее, но тут по крайней мере не надо прорабатывать мелкие детали, просто придать форму. Закончила она к вечеру и, что не удивительно, зайдя в дом, не обнаружила Сильвии. Почему не удивительно? Старшая постоянно так делает. Уходит незаметно и не предупреждает, потому что думает, что Ямели видит. Ну, зеленоглазка уже привыкла.       Девушка ставит готовую работу у стены и заходит в свою комнату, а после плюхается на кровать. Всё-таки вымоталась она знатно. Потянувшись, Ямели свернулась в комочек, сняла ободок и прикрыла глаза. Именно в этот момент в дверь постучали... Рыжеволосая раздражённо открывает глаза и нехотя встаёт. Медленным шагом идёт к двери. «Да чтоб вас-...» – не успевает девушка договорить у себя в голове фразу, как открывает дверь и видит знакомые жёлто-зелёные глаза. «Ой... Тьфу! Беру мысли обратно!!!» – подумала та.       – Кинич! – Ямели улыбнулась, хотя по ней было видно, что она уставшая и уголки губ немного дёргались. – Тебе что-то надо?       – По заказу тут, сказали срочно доставить это, – парень протянул две средние коробки. – А.. И записка от Муалани.       – Оу... Спасибо, – Канта взяла вещи как-то нехотя? Ясное дело, её отдых прервали. – Ты сейчас занят?       – Нет, это был последний заказ на сегодня.       – Не против отдохнуть немного под деревом или на крыше? – спросила зеленоглазка, открывая записку от девушки из Народа Родников и читая её, а потом спокойно убирая на полку вместе с коробками. Беловолосая назначила встречу на следующий день.       – А что на счёт тебя? Ты по сути должна быть занята этими коробками..? – Малипо скрестил руки на груди.       – Они подождут. Всё равно я собиралась сейчас отдохнуть. Так что? – Ямели чуть наклонила голову вбок, ожидая ответа Кинича.       – Ладно, я так-то не против... Просто, не слишком ли безответственно подходишь к этому? Коробки ведь просили доставить в срочном порядке.       – Я работаю быстро, но в случае чего пару бессонных ночей не повредят. Пойдём уже.       Ямели вышла из дома и закрыла дверь, направляясь в сторону её любимого утёса, где росло всего несколько деревьев, но они были очень большие, явно растут тут не одно десятилетие. Кинич молча последовал за ней, честно говоря, он и сам устал, ему хотелось отдохнуть в спокойном месте. Ахав был заперт ещё двадцать минут назад, когда парень собирался к девушке из клана Цветочного Пера. Друзья дошли до места и уселись под деревом. Впереди простиралось ещё небольшое поле, после которого шёл обрыв.       Вечерело. Небо залил краской алый закат. Малипо откинулся назад, облокотившись на дерево, Канта же обняла колени и положила на них голову. В полной тишине, которая была для обоих комфортна, они наблюдали за тем, как постепенно румяное солнышко скрывается за высокими скалами Натлана. Ветер уже не был слабеньким и приятным, как днём. Он беспощадно проносил мороз по всему телу.       Девушка сжалась сильнее от вечернего холодка. Кинич заметил это, но ничего не сказал и ничего не сделал. В принципе, ожидаемо. У него проскользнула мысль о том, что надо как-то её согреть... Как? Он постарался забыть об этом, но...       – Тебе холодно? – еле слышно спросил парень. Ямели удивлённо посмотрела на него.       – Хех, есть такое, – рыжеволосая слабо улыбнулась.       – Тогда давай лучше зайдём в дом? – после вопроса Кинича поступила небольшая пауза, и только потом девушка засмеялась.       Зеленоглазка подсела ближе к Малипо и чуть подождала. Убедившись, что тот не против, она положила голову на его плечо и обняла руку.       – Так теплее, – Канта улыбнулась и прикрыла глаза.       – Глупость... – Малипо отвернулся, стараясь не попадаться на зрительный контакт с подругой.       – Кому как, хе-хе. Ты-то совсем не против так посидеть, верно же? – Ямели с хитрой улыбкой посмотрела на Кинича. Тот так же смотрел куда-то в сторону.       Девушка, спустя минуту молчания, хихикнула и снова закрыла глаза, облокотившись на плечо друга. Повсюду слышны различные звуки природы. Где-то крик кукузавров, совсем глухие голоса людей, шелест листьев и травы, недалеко текла река. Данная мелодия успокаивала и создавала особую атмосферу. Уже совсем стемнело, не было ни алого солнышка, ни огненных разводов на небе. Виднелись первые звёздочки и луна... Такая большая, полная и ласковая, как материнский голос, но в моментах загадочная и жуткая, словно души мёртвых выбрались из Царства Ночи и взывают к людям с неба.       Такая тишина длилась прилично долгое время, от чего обоим было спокойно и приятно на душе. Они просто наслаждались отдыхом, природой и... временем, проведённым вместе, здесь и сейчас. Тишину, что не удивительно, прервала девушка. Она любит тишину, но поболтать любит не меньше.       – Что с твоей рукой? – хрипло спросила Ямели, заметив бинты ещё при приходе Кинича к ней в гости, но поинтересовавшись только сейчас.       – Да так, заказ один был непростым, – парень всё же повернулся обратно и увидел как Ямели рассматривает его руку. Зачем? Не понятно.       – Ясно... – рыжеволосая взяла ладонь парня, начав её рассматривать и время от времени поглаживать. Киничу казалось это весьма странным. – Слушай, а можно будет в следующий раз пойти с тобой? Немного устала от дома, хочу развеяться. Всё-таки каждый день работать над игрушками наскучивает, я ведь тоже воин Натлана.       – Я так-то не против, даже с радостью бы тебя взял, так как у меня на завтра большой заказ. Как раз думал над тем, что стоит взять кого-то с собой, – парень посмотрел на свою руку, а после в глаза девушки. Такие светлые, изумрудные. Только вот не сияют как всегда. Парень свалил всё на то, что сейчас темно, а потому и блеска нет...       Ямели подняла взгляд.       – Вот и славно...       Её глаза смотрели прямо в глаза Кинича. На лице снова эта уставшая улыбка.       – Значит, до завтра?       Малипо не слышал её слов...       – Уже стемнело, а тебе далеко до своего племени.       Её слова пролетают мимо ушей. Он завис, засмотрелся на её глаза, узоры на лице, её губы...       – Аууу, ты меня слышишь?       Парня привёл к себя лёгкий щелбан со стороны девушки. Ему не было больно, но он почему-то дотронулся до лба и непонимающе посмотрел на Ямели. Как ребёнок, которого отругали, но он не понимает за что.       – Ты настолько устал, что уже зависаешь! Серьёзно, иди лучше домой и отдохни. Если хочешь, я могу тебя проводить... – у Канты было обеспокоенное выражение лица.       – Всё не так, я... Забей, – брюнет отвернулся. – И не надо меня провожать, я в состоянии дойти до дома.       – По тебе не видно! Ты-...       – Я просто подумал, – как резко перебил Кинич Ямели, так резко и замолчал, понимая что не может сказать следующие слова.       – Что ты подумал? – девушка подсела ближе.       – Ничего, забудь...       – О-о-о, даже так? – на лице появилась хитрая ухмылка. – Ну же, говори, раз начал!       – П-подумал... – Кинич прикрыл рот рукой, смотря куда-то в сторону. Ямели всё так же давила на него взглядом. – Что хочу побыть тут ещё немного, вот и всё...       – Божечки, какой ты милый, когда стесняешься! – девушка чуть ли не пропищала это. Малипо решил промолчать. – Кинич, – девушка резко успокоилась, – посмотри на меня. Пожалуйста.       Парень неспеша поворачивается и убирает руку от лица. Не успевает он до конца развернуться, как Ямели обнимает его за шею, а после притягивает парня к себе, сама в то время падая назад. Они свалились на землю. Зеленоглазка рассмеялась. Брюнет непонимающе смотрел куда-то в сторону. На лице красовался небольшой румянец, так как девушка до сих пор обнимала его и...       – Слишком близко. – Кинич привстал, только тогда до него дошло, что он упал прямо на Ямели и находился сверху. Девушку же данное положение ничуть не смущало, да и в принципе она сама же его и устроила.       Рыжеволосая не прекращала улыбаться. Её руки переместились с шеи парня на его щёки. Большой палец нежно прошёлся по лицу Малипо. Он хотел сейчас же прекратить этот абсурд, но что-то его останавливало. Только тогда он почувствовал насколько грубые у девушки руки. Через перчатки этого не ощутить. Где-то царапины, на пальцах в нескольких местах слезла огрубевшая и шершавая кожа от заноз. Работа с деревом не щадит, но в то же время было понятно, что девушка до изнеможения упражняется с копьём, хоть и так идеально им владеет. Зачем это ей? Раздумья Кинича прервал игривый, но в то же время нежный голос:       – Можешь оставаться тут столько, сколько захочешь, я всегда буду тебе рада, – эти слова эхом пронеслись в голове Малипо.       Парень удивлённо смотрел на девушку, что не переставала улыбаться. Она немного привстала, а после они вернулись в сидячее положение. Ямели молча обняла Кинича за талию, уткнувшись носом ему в ключицу. Ей было достаточно того, что брюнет не отталкивает её. Малипо же не знал что делать в такой ситуации, он просто молча сидел...       – Пахнешь мятой... – пробубнела зеленоглазка.       – Что?... – Кинич подумал, что он ослышался.       – Я говорю: ты пахнешь мятой, – и даже не постеснялась повторить.       – ... – Он снова не знает что говорить.       Его руки неспеша поднимаются и ложатся на спину Ямели. Парень прижимается к ней ближе, ему нравится обнимать её. Ему нравится практически всё, связанное с ней. Её улыбка, голос, глаза, узоры на теле, её истории, её объятия. Ему нравится, но он не понимает что это. У него не было такого опыта раньше. Он чувствует себя ребёнком, который не знает что делать и бездействует, либо же поступает глупо.       Кинич чувствует дыхание Ямели, он чувствует её тепло, её руки на его талии. Девушка же умиляется с его осторожности и неопытности, улыбается, хоть и у самой опыта как такового нет. Она не спешит его отпускать. Не хочется. Она хочет побыть врединой и жадиной, которой всё мало. Хоть раз в жизни, позвольте ей насладиться тем, что ей нравится. А ей нравится. Кинич. И она сама не знает почему полюбила его, но она просто любит и не хочет отпускать, хоть и понимает, что держать его рядом опасно. Она не стесняется показывать свой интерес к нему, даже если он на это никак не реагирует, ей всё равно. Ей хочется сейчас отдаться чувствам и рассказать ему всё-всё. Абсолютно всё, что она чувствует. Но из уст вырывается лишь еле слышное, с игривой ноткой:       – Ты мне нравишься, ты знал?       Кинич чуть дёрнулся после этого. Это шутка такая? Или она это в другом смысле сказала? Вопросов у него было много. Он не ожидал... Не ожидал услышать эти слова в столь нежном, но подобающем Ямели, весёлом тоне. Девушка никогда не стеснялась проявлять интерес и сейчас не исключение, но Малипо чувствовал лёгкую дрожь от её тела. Она не знала, что признаваться настолько трудно, не знала, что сердце будет бешено биться, что захочется спрятаться и не показываться никому. Щёки горели от стыда и смущения, серце не успокаивалось, дыхание сбивалось, но Канта пыталась его выровнять. Ямели спрятала лицо у шеи друга, ждала его слов, нервничала из-за того, что она сказала слишком тихо и он не услышал. В какой-то момент ей хотелось, чтобы он всё-таки не услышал и вообще ничего не понял. Девушка пыталась переварить кучу мыслей, но в то же время старалась казаться спокойной. Не чувствуй парень её дрожь, он бы и не подумал о том, что её слова были сказаны на полном серьёзе.       Кинич же в это время нервничал не меньше. Он не знал что делать. Ответить ей? Или сделать вид, что не слышал? А что отвечать? Он не знал что и как сказать. Не знал даже то, что чувствует к ней. Что-то смешанное?... Нет, не то, тогда что? Он запутался, он не понимал о чём думает. Имя Малипо - означает пламя поворота, Кинич никогда в себе не сомневался, оценивать - его обязанность, но почему же в данный момент ему так трудно оценить ситуацию. Спустя несколько мучительно долгих минут он всё же сказал что-то, что очень на него похоже:       – Я не могу принять твои чувства... Это... – не успел он договорить, как девушка, уже зная о том, что он скажет, перебила его.       – Я же говорила тебе, что моя забота не имеет цены. Разве это даже сейчас не понятно? Мне от тебя, кроме того, чтобы ты был рядом, ничего не надо. Кинич, не у всего на этом свете есть цена. Очень многие вещи люди делают из доброты или чувств, не за всё надо платить, пойми уже!       Канта выпускает Кинича из своих объятий и смотрит прямо ему в глаза. Ей стало немного спокойнее от того, что он хоть что-то сказал. Она слабо улыбается ему.       – Но я не заставляю тебя принимать меня. Я понимаю, если ты не испытываешь ко мне того же, мне просто хотелось, чтобы ты знал. Я тебя люблю и не оставлю никогда, сколько бы времени не прошло я буду заботиться о тебе... Я посчитала должным сказать тебе о своих чувствах, вот и всё. Просто знай, хорошо? – рыжеволосая склонила голову вбок.       – Я... – Малипо опустил взгляд, он не знал что сказать, да и не слышно его было. Парень не понимал что с ним происходит, почему он не контролирует свои мысли, почему ему сейчас так трудно принять решение.       – Ладно, уже довольно поздно, я говорила, что тебе бы пора домой идти. Всё таки от клана Цветочного Пера до Потомков Крон довольно далеко, может мне тебя всё-таки проводить?       «Как?» - думал парень. Он смотрел на девушку, которая только что призналась ему в чувствах, а потом резко сменила тему. «Как ты можешь так спокойно говорить?» – он не понимал. Что-то странное с ним происходило рядом с ней.       Ямели встала на ноги и оттряхнула юбку от прилипших травинок, а после потянулась. Кинич встал вслед за ней и посмотрел в ту сторону, где они наблюдали за закатом. Сейчас там мерцали изящные звёздочки, словно тысячу маленьких стёклышек. Зеленоглазка посмотрела туда же, она чувствовала облегчение от того, что наконец сказала обо всём, что хотела. А что до брюнета... всё так же был запутан. Он до сих пор размышлял над своим ответом, хоть и считал, что отвечать поздно.       А может ли он подпускать её к себе близко?       Такая мысль на мгновение появилась в голове Малипо. Он задумался. Может ли он вообще кому-то настолько доверять? Он расслабился, дал волю эмоциям. А что если бы в этот момент Ямели могла ударить ножом в спину? Кинич осознавал, что он себя накручивает и Канта бы так ни за что не сделала, но он не может отбросить эти мысли. Слишком опасно. Опасно доверять кому-то и держать рядом. Пострадает либо этот человек, либо сам парень. Но... смотря на Канту, ему почему-то становится спокойно.       – Ямели...       – Слушаю, Солнце, – неожиданно для себя и для Кинича сказала рыжеволосая. – А... Ой, прости! Я как-то случайно...       – Сделаю вид, что не слышал. Я... Я дам тебе ответ позже, может завтра, а может пройдёт больше времени... Сейчас я не могу мыслить трезво, мне надо с этим разобраться, не хочу зря разочаровывать или давать ложные надежды.       – Всё хорошо, я подожду. И спасибо за то, что вот так прямо сказал мне об этом, – девушка улыбнулась.       – Спокойной ночи...       – Сладких снов!       Кинич, используя дендро крюк, отправился домой. Зеленоглазка помахала рукой ему вслед и ушла к себе. Уже там она наткнулась на коробки с запиской. «Ох, точно!» – подумала та и взяла коробки в руки.       Ямели направилась в свою комнату, где и открыла одну из коробок. Там лежали материалы. Разного вида куски дерева и мешочек моры. Во второй коробке девушка обнаружила сломанную куклу и записку от постоянного покупателя:       «Ямели, дорогая, прости, что тревожу. Эту куклу мы заказали ещё месяц назад, ехала она к нам из Инадзумы, но во время перевозки на доставщиков напали хиличурлы, потому товар пострадал. Кукла мне нужна целая до завтра, это подарок дочери. Она очень её хотела. Прошу тебя, помоги! Я знаю, ты можешь, в другой коробке всё необходимое и плата за услугу».       Канта вздохнула и вспомнила слова Кинича: «Не слишком ли безответственно подходишь к этому? Коробки ведь просили доставить в срочном порядке». Она отругала себя за то, что не послушала его, а после села за работу. Похоже сегодня кто-то не выспится, а завтра встреча с Муалани и заказ с Киничем...