"Девушка с серебрянной шпилькой" (часть 2 )

*** Праздник "День Луны" был в самом разгаре. В одном из уютных уголков дворца, украшенном изящными фарфоровыми вазами и шелковыми подушками, за низким столиком сидели Мао Мао и Дзугейцу (Джинси). Они пили чай, но их внимание было рассеяно. Мао задумчиво крутила в руках фарфоровую чашку, изредка отпивая мелкими глотками. Джинси же, казалось, больше наблюдал за происходящим в зале, чем за содержимым своей чашки.Они были в разных сторонах комнаты по скольку их статус был не на равных,но тем не менее Джинси удавалось находить и следить за Мао.В воздухе витал лёгкий аромат жасмина и едва уловимое напряжение. Несколько раз Джинси ловил себя на том, что его взгляд возвращается к Мао Мао. Её необычная красота, сочетание грациозности и скрытой силы, завораживала. Её зеленые волосы, переливающиеся в свете свечей, её спокойное, почти безэмоциональное лицо – всё это привлекало принца гораздо больше, чем напыщенные речи придворных дам, которые пытались привлечь его внимание. Министр Ли, чья дочь, Цзяньлинь, была одной из самых завидных невест империи, с тревогой наблюдал за происходящим. Он уже неоднократно пытался представить свою дочь принцу, но каждый раз Джинси отводил глаза или уклонялся от разговора, погружаясь в свои мысли. Сегодня же он решил применить более радикальный подход. Министр Ли подошел к Джинси, делая вид, что случайно оказался рядом. Он указал на Цзяньлинь, которая грациозно беседовала с несколькими высокопоставленными вельможами, стараясь привлечь внимание принца. — Ваше Высочество, — начал он, — разве не заслуживает внимания такая прекрасная девушка, как Цзяньлинь? Она не только обладает редкой красотой, но и блестящим умом. Джинси вежливо кивнул, но его взгляд уже скользнул к Мао Мао, которая, казалось, совсем не обращала внимания на окружающих. Она склонилась над чем-то, что лежала перед ней на столе, видимо, изучая какой-то цветок. В этот самый момент к Мао Мао подошел один из придворных. Его слова были почти неуловимы, но Джинси различил их: "...на этот танец..." Не заметив, что его лицо помрачнело, министр Ли продолжил: — Союз с её семьёй принес бы огромную пользу империи. Джинси стиснул зубы, его лицо стало напряженным. Ревность, словно внезапный удар, пронзила его. Он не понимал, что чувствует к Мао Мао – это было что-то новое, неизвестное, но несомненно сильное. Он знал, что эта девушка – простая служанка, без имени, без рода, без власти. И именно это, возможно, и привлекало его так сильно. Министр Ли, заметив изменение в настроении принца, замолчал, ожидая ответа. Но ответа не последовало. Вместо этого Джинси резко поднялся, оставив недопитый чай, и направился к Мао Мао. В этот момент он не обращал внимание ни на министра, ни на его дочь, ни на весь двор. Его взгляд был прикован к единственной девушке, которая смогла вызвать в нём такие сильные чувства. Музыка стихла, и представление сестёр Мао Мао завершилось шквалом аплодисментов. Трио склонилось в изящном реверансе, прежде чем удалиться за кулисы. Однако, для Мао Мао праздник только начинался, и не в самом приятном смысле. К ней тут же начали подходить мужчины, один за другим, приглашая на танец. Каждый комплимент казался ей напыщенным и фальшивым, каждое прикосновение – назойливым. Чтобы избавиться от назойливой толпы, Мао неосознанно начала продвигаться к центру зала, где было немного свободнее. Тем временем, Дзугейцу убегаю от Ли с его дочерью, также столкнулся с натиском настойчивых дам. С лёгкой улыбкой и изящными извинениями он отклонял все приглашения, стараясь сохранить при этом вежливое и дружелюбное отношение. Однако, его попытки ускользнуть от навязчивых поклонниц привели к неожиданной встрече. Внезапно, он столкнулся с Мао Мао, которая, как и он, пыталась пробиться сквозь толпу. На мгновение они замерли, их взгляды встретились. Мао Мао, застигнутая врасплох, почувствовала неловкость. Она успела заметить высокую, почти царственную осанку незнакомца, элегантность его движений, а также фиолетовые волосы, которые струились по плечам, как струи дыма. Ей показалось, что она где-то уже видела этого человека, но воспоминания оставались размытыми, как миражи в пустыне. Прежде чем Мао Мао успела что-либо сказать, Джинси, учтиво склонив голову, произнёс: – Простите, но позвольте пригласить вас на танец. Надеюсь, это поможет нам обеим избежать дальнейших… навязчивых ухаживаний. Мао Мао, хоть и удивилась дерзкой прямоте незнакомца, согласилась. В конце концов, его предложение было лучшим выходом из сложившейся ситуации. Под звуки музыки они начали танцевать. Но чем дольше они танцевали, тем сильнее становилось ощущение дежавю у Мао Мао. Она старалась сконцентрироваться на музыке, но всё же не могла отделаться от чувства, что этот человек… знаком ей. Внезапно, Мао Мао осознала, кто перед ней. Её глаза расширились от удивления. Ей показалось, что она узнала не только его внешность, но и его ауру, тонкую, благородную, но одновременно таящую в себе скрытую силу. Её мысли вернулись к её детству, к давнему случайному событию в лесу, где она повстречала такого же человека, только не юношу, а мальчика, что был принцем, а значит, что перед ней сейчас Лунный Принц! Извинившись, борясь с внезапно нахлынувшим чувством смущения, Мао Мао быстро выскользнула из объятий Джинси и растворилась в толпе. Джинси, ошеломлённый её внезапным бегством, хотел было броситься за девушкой с серебрянной шпилькой, но его она пропала с его глаз,а потом его окликнул министр.