Глава 7. Дай мне шанс.

— Получается, это ты убила Соён, — на секунду замерев, дрожащим голосом произнёс Феликс. Обстановка накалялась. Всё, что говорила Юци на этот счёт казалось лишь пустыми оправданиями. — Я слышала её крик. Постепенно до меня доходило, что я натворила. Чтобы подставить отца, мне ничего делать не пришлось. На ноже были отпечатки всей нашей семьи, а в этот день дома обнаружили только пьяного отца, — твёрдо проговорила Юци, теребя край кофты в руках. "Ты убийца", — повторялось в голове Сон вновь и вновь. Её сердце замирало, а боль в глазах смешивалась с  ненавистью к собственным действиям. Тишина давила, и в это время текла река их душевных пыток, словно нерушимый ураган, готовый унести всё на своём пути. Феликс, сжимая кулаки, не мог найти слов. Он боролся с тем, что слышал, его разум отказывался принимать правду. Каждый удар сердца отзывался эхом в тишине комнаты, создавая напряжение, которое можно было бы резать ножом. Он взглянул на Юци, её застывшее лицо, полное страха и боли, показывало, что она сожалеет. — А ты? — наконец выдавила из себя девушка. — Почему ты ушёл от меня тогда? — Родители были против нашего общения. Тогда я был в упор не согласен с ними, а сейчас.. — холодно ответил Ли. — Я больше не хочу иметь ничего общего с тобой. Ты поступила очень эгоистично, как минимум по отношению к твоему отцу. А я ведь хотел верить, что ты изменилась, но нет.. Знаешь, решай свои проблемы сама. Взяв нужную книгу под руку, Феликс вышел из комнаты, оставив Юци в одиночестве с её терзаниями. Тишина снова окутала комнату, как зловещая тень. Сон поняла, что не сможет бежать от себя, от своей страшной правды. Она опустилась на пол, желая избавиться от мысли о том, что сделала. Её мир рушился под напор слов Феликса. Все воспоминания о счастливых моментах с ними казались далекими и бессмысленными. Юци чувствовала, как сердце сжавшееся от боли, больше не в состоянии выносить этот груз вины. Каждый его шаг Ли, отдаляющийся от неё, будто отрывал кусок души. Она хотела закричать, объяснить, что всё это не так, но голос предал её. Последующие дни пролетали незаметно. Ребята всё так же продолжали учиться, но для Юци это было не так красочно, как она себе представляла. Очередная пара. В этот день на улице шёл легкий осенний дождь, но студенты решились выйти рисовать наружу. Стоя под навесом, ребята весело общались между собой. Юци тихо водила карандашом по листку бумаги, создавая новый пейзаж. Ничего не предвещало беды. Вчера было двенадцатое сентября, ровно неделя прошла с того момента, как девушка увидела ту кровавую надпись в лесу. За это ничего толком интересного не случилось, и Соён не появлялась. Затишье перед бурей? Мысли обо всём этим пугают Юци с каждым днём только сильнее. С Феликсом Сон ещё ни разу не общалась, но это его выбор, девушка не будет ему противоречить. Сейчас она более менее общается с Миён, но не считает её человеком, которому можно доверять. В прочем, в этом мире лучше вообще никому не доверять. Взгляд Юци обошёл одногруппников, стоящих рядом, но немного дольше остановился на парне впереди, Джисоне. Девушка думала о своём отношении к нему, как вдруг тот резко повернулся. — У тебя есть ластик? — непринужденно спросил Хан. Его на секунду испугал пристальный взгляд девушки, но Джисон не придал этому значения. — Что? Нет, — от неожиданности дёрнулась Юци, вернувшись к своей зарисовке. "Надеюсь, он увидел, как я на него пялилась.. Я не то, чтобы пялилась, просто думала, как мне к нему относиться", — решила Сон. С одной стороны Хан мог раздражать Юци лишь одним своим присутствием, не говоря о его шутках, которые кажутся девушке нелепыми. Но с другой.. Это, казалось, единственный человек, который хоть как-то поддерживает и доверяет Сон по-настоящему. Всё слишком запутанно. Миён и Джисон болтали о чём-то своём. — Короче, вот так вот, — подвела к заключению свою фразу Чо. — Да-да, всё очень сложно, — пробормотал Хан. — Но, знаешь, я хочу есть. Чоми нахмурилась. Девушка Джисону тут душу изливает, а он есть хочет. — Кхм, святая троица, почему у вас на листах только пару линий проведенно? — подойдя к ребятам, поинтересовался преподаватель, осматривая работу каждого. В своё оправдание Хан начал мямлить всякий бред, как он обычно делал в подобных ситуациях. Юци и Миён тут же поддержали парня, поддакивая каждому его слову. Смирившись, педагог оставил "троицу" в покое, поручив каждому сделать по докладу к следующей паре, несмотря на то, что сейчас у студентов практика. День проходил, как вчерашний, а вчерашний, как позавчерашний и так далее. Чуть позже в коридоре университета разговаривали Хёнджин, Суджин и Миён. Речь шла о домашних работах и тому подобное, но Чо чувствовала себя весьма странно после того, как узнала правду об отношениях этих двоих. Историк при каждом столкновении с Джисоном напоминал ему о докладе, но парень постоянно убегал от преподавателя. Он решил спрятаться от педагога в библиотеке, где встретил сидящего за книгой Феликса. Библиотека — место, где не бывает много людей; место, где царит тишина и покой; место, которое стало любимым помещением Юци. Девушка проходила по комнате к небольшому, но уютному дивану, игнорируя парней. — Юци, привет, — обращая на девушку внимание, вскликнул Хан. — Мы, вроде как, виделись сегодня, — сделав задумчивое лицо, отметила Сон. — Всё так же бегаешь от историка? — Как узнала? — Ты по другому поводу бы сюда не пришёл, — стебалась девушка. Они разговорились, но их беседу быстро прервал Ли, ценивший дисциплину. Парень пытался угомонить их, на что Юци огрызалась. Недолго погодя, и Ли вышел из библиотеки в своём направлении, а за ним и Сон, оставив Джисона в окружении полной тишины.

---

Время подходило к четырём вечера, когда Суджин, находясь дома, изящно играла на фортепьяно, проводя своими тонкими пальцами по белоснежным клавишам, словно танцуя. Дверь в комнату приоткрылась, и в помещение тихо зашёл отец Со. — Очень красиво. Надо было не в Художественный, а в Музыкальный поступать, — прервар её игру он, его лицо казалось расслабленным. — Извини, не заметила, как ты вошёл. Подожди, ты так намекнул, что я рисовать не умею? — прищурилась Суджин, отвлекаясь от инструмента. Отец улыбнулся, покачав головой. — Ты, кстати, не надумала переехать обратно к нам? У меня дом с тремя этажами, места хватает, могу тебе целый этаж выделить. Немного задумавшись, Суджин ответила, что переехала в общежитие, чтобы учиться самостоятельности. Она совсем не жалеет о своём решении. Со знала, как отец относится к её жизни, поэтому про поиск работы даже заикаться не стала. По его словам — во время учёбы надо учиться. Отец считал, что характер дочери слишком мягкий для этой жизни. Со своим отцом девушка была собой. Шутила смеялась, не грубила.. в отличие её поведения в университете. Суджин злилась на Юци из-за её лицемерия, а сама поступает также, аргументируя тем, что такой у неё статус. Иронично.

---

Тем временем в общежитии всё было по-старому. Феликс что-то без остановки печатал в ноутбуке, пока Джисон захватывал кровать. Внезапно раздался звонок телефона, Ли звонила мама. Подняв трубку, сквозь слёзы мать пыталась сказать хоть одно разборчивое слово и объяснить ситуацию. Феликс был напуган, когда наконец понял причину слёз. Он попросил скинуть ему адрес, параллельно надевая кофту. — Что произошло? — удивлённо спросил Хан, привстав с кровати. — Сестра в больнице. Я сейчас туда поеду. Не знаю, когда приеду, — торопясь, произнёс Ли, выбегая из комнаты. — Делай доклад, Джи. Хан фыркнул в след Феликсу, развалившись на кровати в позе звезды. В этот момент юноша был готов умереть от скуки. Все друзья на выходные уехали кто куда, кроме.. Юци, которая безмолвно сидела в своей комнате в наушниках, погрузившись в собственные раздумья. — Ну.. можно попробовать предпринять попытку номер пятнадцать, что ли, начать дружить, — вздохнул Джисон, поднимаясь с постели. Джисон тихо, будто тень, подошёл к девушке. Звуки окружающего мира растворились в мелодиях, доносящихся до ушей Сон, а её задумчивый взгляд скользил по экрану, не замечая ничего вокруг. Хан остановился на мгновение, наблюдая за ней, как будто пытался уловить суть её сосредоточенности, наклоняясь ближе. Тихо позвав девушку, юноша слегка тронул её за плечо. Испугавшись неожиданного прикосновения, Юци резко повернулась к парню, удивлённо бросив взгляд на спокойные глаза Джисона. Их лица находились в сантиметре друг от друга. Не прошло и минуты, как Сон отстранилась от парня. — Придурок, зачем меня так пугаешь? — выдохнула девушка. — У меня чуть сердце не отказало. Хан усмехнулся, глядя на растерянное выражение лица Сон. Она показалась ему милой. — Пойдём гулять? Погода вроде хорошая, да и делать особо нечего, — наконец предложил он, наклонив голову вбок. Убрав наушники, Юци замялась. — Я же знаю, что ты тоже не очень любишь проводить время за учебниками, — тон Джисона стал мягче. — Я пойду пока собираться. Жду тебя. С этими слова парень вышел из комнаты. Сон, смотря ему в след, видимо упустила момент, когда согласилась на его предложение. Но всё-таки она была не против подышать свежим воздухом и пройтись по территории университета.

---

Войдя в больницу, Феликс быстрым шагом направился к палате, указанной в сообщении. Из-за угла он заметил маму и медсестру, которые о чём-то разговаривали. — Как же так?! Я не понимаю.. — на глазах матери постепенно наворачивались слёзы. — Я не знаю, с виду обычная здоровая девочка. К тому же, если вы говорите, что раннее у неё не было никаких признаков болезни, это загоняет врачей в тупик, — объяснила медсестра. — Более точную информацию объявит её лечащий врач. Он скоро подойдёт. Феликс приблизился к ним как можно быстрее. — Мам, не волнуйся, — произнёс Ли, обращая внимание на ощутимую тревогу матери. — Что с Оливией? — Она лежит под капельницей, у неё температура под сорок. Мы не можем поставить точный диагноз. Могу сказать одно, столь высокая температура может привести к летальному исходу, особенно у четырёхлетнего ребёнка, — с сожалением ответила медсестра. Глаза матери становились стеклянными. Ярость на врачей брала верх, она была не в себе. Феликс попросил принести для мамы успокоительное.

---

Джисон и Юци неторопливо топали по асфальту, наслаждаясь природой. — Слушай, возможно, это не моё дело, но что у вас с Феликсом? — решился спросить Хан, коротко взглянув на девушку. — Просто.. вы очень странно ведёте себя друг с другом. Делаете вид, что не видите, не знакомы между собой. А если уж и общаетесь, то от вас можно услышать лишь оскорбления. — Джи, ты был прав, когда сказал, что это не твоё дело, — проговорила Сон в ответ. — Прости, что задел больную тему. — Ничего. Она вовсе не больная, — спокойным тоном говорила девушка. — Мне плевать. Такой голос Юци каким-то образом как бы успокаивал Хана. Он чувствовал себя комфортно рядом с Сон. — А, что насчёт меня? — Джисон подобрался к девушке поближе, с интересом глядя на неё. Смутившись от внезапного вопроса, Юци перебирала в голове мысли, как лучше съехать с темы. — Как ты мог меня сюда позвать, сказав, что погода хорошая? — нервно мямлила она. Хан скривил брови от её фразы. — Холодно мне.. вот, — Сон направилась обратно к общежитию. "А додуматься одеться потеплее, видимо, слишком сложно", — закатив глаза, с лёгким раздражением подумал юноша. Догнав Юци, Джисон снял с себя толстовку и бережно накинул её на хрупкие плечи девушки. — Так лучше? — поинтересовался о состоянии Сон он. Юци развернулась, почувствовав тепло толстовки, которая защищала её от пронизывающего холода. Она мягко улыбнулась, но быстро отвела взгляд, чтобы не выдать своих эмоций.