Глава 7 - Друзья

      Время шло, и когда мне исполнилось пятнадцать лет, моя сила вновь возросла, и теперь я способен поднимать двадцать тонн веса при собственном весе в шестьдесят четыре килограмма. Телекинезом же я могу поднять до двух тысяч пятисот семидесяти семи тонн, если буду стоять ногами на земле и усиливать способность с помощью эффекта антигравитации внутри энергополя планеты. Тело теперь имеет прочность, достаточную, чтобы выдержать попадание пули калибра двадцати миллиметров — такими стреляет авиационная пушка «Вулкан», её ставят на различные военные самолёты и вертолёты.       При этом я могу выпускать молнии напряжением в шесть с половиной миллионов Вольт и мощностью в две тысячи шестьсот КилоВатт, или же два и шесть МегаВатт. Телепортироваться собственными силами я способен на триста девяносто километров. Летать же у меня теперь получается со скоростью в тысячу сто двадцать километров в час при вертикальном взлёте, а выносливости мне хватает на сто девяносто пять минут, то есть больше трёх часов. За это время мне удаётся подняться на высоту в три тысячи шестьсот километров и, с учётом инерции движения и планирования — получается пролететь четырнадцать с половиной тысяч километров.       Беря во внимание, что я живу в Чикаго, мне хватает выносливости, чтобы долететь практически до всех континентов своими силами. При этом, когда я поднимаюсь в космос, на моё тело перестаёт действовать гравитация Земли, отчего моя скорость полёта возрастает в разы, и там я в итоге способен разогнаться до миллиона двухсот километров в час, что с моей выносливостью позволяет пролететь около четырёх миллионов километров. От Земли до Луны около четырёхсот тысяч километров, туда я могу добраться, а вот до того же Марса расстояние минимум пятьдесят пять миллионов километров, а в некоторые моменты эта планета отдаляется от Земли на четыреста миллионов километров.       В космосе я набираю скорость постепенно, но за счёт манипуляции тахионов могу моментально ускориться до максимума, то есть я окутываю себя полем тахионной энергии, как при телепортации, но не вхожу в гиперпространство, а двигаюсь в обычном пространстве, из-за чего тахионы замедляются, превращаясь в фотоны, и при этом такой выброс энергии ускоряет меня. Подобный тахионный скачок я способен использовать и в бою, чтобы ускориться и нанести усиленный удар, но нужно контролировать скорость, дабы самому не пострадать от собственной атаки, всё же я не особо прочный, и если перестараюсь, то могу и сам пострадать.       В общем, возле орбиты Земли я уже свободно летаю, и мой костюм со шлемом как раз помогает мне не испытывать недостатка кислорода в вакууме. Любоваться Землёй из космоса я теперь могу без проблем.       Если у меня кончится выносливость в космосе, то мне ничего не мешает отдохнуть — без гравитации планеты я не буду падать вниз, напротив, я ещё какое-то время буду лететь по инерции благодаря набранной скорости.       Между планетами я способен перемещаться, но вообще, хоть я и создавал своё портальное устройство, чтобы телепортироваться в любую точку Земли, его предельная мощность позволяет переместиться на пятнадцать миллиардов километров, тогда как диаметр Солнечной системы — около четырнадцати с половиной миллиардов километров, если мерить его от крайней карликовой планеты Эриды, что расположена на краю системы. Поэтому портальные врата могут уже сейчас перемещать меня в пределах Солнечной системы при необходимости. Я даже думаю сделать базу на Луне — всё же она лучше подходит для Звёздного Дозора, нежели заброшенная станция метро или опора моста.       По моей просьбе Ева всё же начала налаживать дружеские отношения с Кейт, и когда я проводил тренировки с Дупли-Кейт, моя девушка присутствовала на них, дабы следить за тем, чтобы эта азиатка меня не увела… хотя я при этом, не стесняясь, заглядывался на Кейт — попка у неё очень аппетитная и более объёмная, по сравнению с ягодичками Саманты… правда, мне и задок Атомной Евы тоже нравится.       Благодаря тренировкам боевые навыки Дупли-Кейт возросли многократно, с новыми способностями она в одиночку, без ранений и смертей клонов, могла расправляться с вооружёнными бандами или даже суперпреступниками, но не со всеми. Того же Магманьяка, сколько ни бей, победить его можно лишь сильным разрядом молнии, которыми мог стрелять я или Робот.       Как и обещал, я попытался помочь отцу Кейт, что сейчас находился в психиатрической больнице, и девушка иногда приходила его навещать, то же делал и её брат, но намного реже. В день рождения близнецов они всегда встречались у отца, ибо это же и был день смерти их матери, что умерла при родах.       С Дупли-Кейт мы пришли к Цинь Ча в палату, а он был в неадекватном состоянии и просто смотрел в стену, пуская слюни…       — Мда уж… видимо, для него стало большим потрясением, что его дети внезапно начали клонировать себя. — произнёс я, осмотрев мужчину, — Ладно, посмотрим, что можно сделать. — подошёл я к мужчине, положил руки на его голову и, закрыв глаза, начал изучать его мозг.       — … — Кейт же пока стояла и не мешала мне.       — Так… я могу подтереть ему память, стерев все травмирующие воспоминания, и восстановить его психику до наиболее стабильного состояния. Он будет помнить вас с братом совсем маленькими, до того, как у вас проявились ваши силы, и до того, как он сошёл с ума. А чтобы объяснить, почему его дети выросли, скажем, что из-за несчастного случая он потерял память и забыл последний десяток лет. — произнёс я, исследовав мозг мужчины.       — Если это поможет отцу, можешь сделать это. — сказала Кейт.       — На всякий случай, чтобы не провоцировать рецидив, не показывайте отцу способности самоклонирования. — предупредил я и стал исправлять ментальное состояние Цинь Ча, для чего сначала ввёл его в состояние сна и начал работать над его разумом.       Когда я закончил выправлять психику мужчине, то стал приводить его в сознание, и он вскоре пробудился:       — Что такое… голова болит… — пожаловался Цинь Ча и прикоснулся ко лбу.       — Папа… — с тревогой посмотрела Кейт на отца.       — Что… кто ты? — перевёл он взгляд на дочь.       — Я — Кейт, твоя дочь…       — Ты Кейт? Не может быть… моей дочери пять лет… — с удивлением смотрел он на Кейт.       — Папа, кое-что произошло… несчастный случай, из-за него ты потерял память… я твоя дочь, я уже выросла, но ты это забыл… — сказала девушка.       — Я забыл? Ты Кейт? — произнёс Цинь Ча, — А это… Пол? — посмотрел он на меня, а я так-то был черноволосым азиатом.       — Нет, я — Марк, друг вашей дочери Кейт. Ваш сын Пол сейчас в Китае, он там работает, но, думаю, он скоро вас навестит. — поправил я, — Ну, мне пора, не буду мешать вам общаться. — сказал я и направился на выход, оставляя девушку наедине с отцом.       Кейт оставила с Цинь Ча своего клона, а сама через время пришла на базу.       — Марк, спасибо. — обняла меня девушка, — Отцу намного лучше, он ничего не помнит с момента, когда мне было пять лет, и у него болит голова, но в остальном с ним всё хорошо.       — Рад был помочь. — также обнимал я юную красивую азиатку.       — Ой… если нас заметит Ева, то опять начнёт ревновать. — прекратила объятия Кейт и улыбнулась.       — Так и будет. — подтвердил я и тоже улыбнулся, — Если ещё нужна какая-то помощь, обращайся… у тебя ведь есть ещё проблемный братец.       — Я уже пыталась убедить Пола бросить криминал, но он меня не слушает… ему не нравится соблюдать правила и законы, а герои должны им следовать. — поделилась Дупли-Кейт.       — Ну, если столкнёмся с Мульти-Полом, то я с ним потолкую по-мужски. — размял я кулаки.       — Я не против. — ответила девушка, давая согласие на избиение её брата… правда, он в основном работает в Азии, а мы пока что туда не лезем.       Наша команда супергероев помогала не только в борьбе с преступностью, но и спасала людей в разных опасных ситуациях, например, пожарах, а иногда после битв супергероев с какими-нибудь сильными монстрами или иномирными захватчиками были разрушены целые города, и спасателям приходилось доставать людей из-под завалов… а в некоторых случаях им приходилось доставать и трупы погибших супергероев. Я с помощью телекинеза мог удерживать довольно большой вес, моё энергетическое зрение позволяло мне видеть живых существ даже через препятствия, также я был способен использовать фазирование и телепортацию, чтобы пробираться в труднодоступные места и выбираться оттуда с людьми, поэтому я довольно часто работал спасателем и вытаскивал людей из-под обломков зданий.       Для более эффективного спасения людей я стал разрабатывать и создавать различных вспомогательных дронов, в чём мне ещё помогал Робот, а Ева же помогала с материалами — она может сделать нам любой металл, кристалл или синтезировать необходимое вещество.       Так, мы разработали дронов для тушения пожаров — это летающие жаростойкие роботы с множеством сенсоров. Они анализируют ситуацию и приступают к устранению огня с помощью специальной аэрозольной смеси, которая останавливает горение. Дроны также выискивают людей и стараются в первую очередь обезопасить зону возле них.       Для разбора завалов был разработан другой вид дронов-подъёмных кранов. В них внедрены чувствительные сенсоры, что помогают находить пострадавших, а мощные репульсоры позволяют поднимать, удерживать и перемещать до шестидесяти тонн груза, при том что сами они довольно небольшие, чтобы эти дроны были способны пробираться в труднодоступные места. Когда здание повреждено, то подобные устройства могут также предотвратить дальнейшее разрушение, отыскав критические места и поддерживая их, чтобы сохранить целостность конструкции. Десять дронов могут за полтора часа полностью разобрать такое здание, как Эмпайр-стейт-билдинг, а их можно сделать тысячи.       Атакующей силой являемся мы сами, поэтому боевых дронов я не делал, а вот защитных решил создать — это были летающие проекторы дефлекторных силовых энергощитов. Во время битвы они ограничивают зону боя, чтобы предотвратить излишние разрушения и жертвы. Когда же враги были побеждены, эти дроны создают вокруг них стазисное поле для удержания — чтобы из него высвободиться, нужно усилие в шестьдесят тонн, а такой мощью обладают лишь самые сильные суперзлодеи. В целом энергощит, создаваемый дроном, способен выдержать попадание любого ручного оружия — пробить его может лишь мелкокалиберная артиллерия. Но при этом этот защитный дрон довольно маленький и обычно работает в группе, и поэтому создаёт надёжный барьер, который позволяет нам сражаться и не беспокоиться о том, что пострадают гражданские и городская инфраструктура.       Чтобы массово производить различные виды дронов, мы также разработали «Автосборщики» — это были боксы приблизительно трёх метров длины, метр высоты и два с половиной метра ширины. Внутри они были оборудованы репульсорными гравитационными манипуляторами, лазерными эмитерами и плазменными излучателями. Работали эти автосборщики по принципу 3D-принтера, но более совершенного: материал в нём расплавлялся до состояния плазмы и попадал в гравитационное поле, где принимал нужную форму, при этом материал тут же застывал благодаря лазерному охлаждению, что использует эффект Доплера, дабы с помощью потока фотонов гасить движение атомов, что вызывает охлаждение до абсолютного нуля. В итоге автосборщик может создавать крайне сложные устройства, печатая их из любого материала. Единственное — эти устройства не могут создавать репульсоры и сингулярные реакторы, их мне приходится делать самому, а после уже внедрять в готовые дроны.       Автосборщики я установил на своей базе, и несколько — на базе Робота. Там они производят дронов, которых мы по необходимости используем.       Несмотря на изначальные отношения между Кейт и Евой, в итоге они действительно стали хорошими подругами и часто остаются ночевать вместе. Всё же, в отличие от той же Эмбер, с которой Ева не может быть откровенной, с Кейт она, напротив, может говорить свободно о чём угодно, ибо они обе супергероини и обладают суперспособностями, поэтому у них довольно много общего. Рекс пробовал подбивать клинья к Кейт, но девочка не проявляла взаимности — ей явно нравился я, поэтому Ева всё ещё ревновала меня к этой азиатке.       Рекс упомянул, что не ходил в школу, так что я заставил его пойти учиться в академию, а то необразованный супергерой с силой, способной взрывать всё вокруг — не особо хорошее сочетание. Он даже не знает, как функционирует его способность, а значит, не может её улучшить.       Сам Рекс был неплохим парнем — несмотря на его жизнь и детство, он стремился использовать обретённые суперсилы во благо. Вот только он был наделён суперсилой искусственно, и у него нет естественного потенциала развития, как у той же Дупли-Кейт. Способности Рекса можно развить лишь искусственно — улучшив импланты или улучшив самого парня какой-нибудь сывороткой. Я бы мог ему помочь, но Рекс сам должен стремиться к развитию… как минимум он сам должен попросить меня помочь ему стать сильнее. А в идеале ему необходимо стать достаточно умным, чтобы самому разработать способ своего усиления… у него сейчас нет недостатка в деньгах, и он может с их помощью получить лучшее образование — всё зависит от него. Вот только Рекс — подросток, и в голове у него сейчас явно не учёба.       Однажды утром, в воскресенье, когда я пришёл на базу в опоре моста, то увидел Робота, что что-то мастерил.       — Ты, как обычно, за работой. — сказал я.       — Я ведь робот, и мне не требуется отдых, в отличие от вас, органиков. — ответил автоматон.       — Ага-ага. — скептично посмотрел я на него.       — С твоими техническими навыками ты ведь уже понял, что я не простой робот? — перевёл он на меня взор своих зелёных глаз-камер.       — Ты дистанционно управляемый автоматон, твой хозяин контролирует тебя в реальном времени, вероятно, с помощью нейроинтерфейса. Я понял это в нашу первую встречу, но решил всё же поработать с тобой, раз уж ты смог собрать этого робота.       — В целях собственной безопасности я планировал выдавать себя за робота, управляемого искусственным интеллектом. Так мои потенциальные враги не стали бы меня искать, полагая, что я всего лишь машина. Когда я предлагал вам с Евой сотрудничество, я ещё не был осведомлён о твоих технических навыках, однако был приятно удивлён ими — благодаря их высокому уровню наша совместная работа оказалась значительно эффективнее, чем я предполагал. — рассказал Робот.       — Что ж, скрывать личность в нашем деле — естественно. — отметил я, хотя в команде все знают меня в лицо и по имени.       — Моё настоящее тело слабо и ограничено, и этот дрон — единственная возможность для меня познавать мир. Современная медицина не способна меня исцелить, однако, обладая высоким интеллектом, я надеюсь со временем найти способ обрести здоровое тело. Твой интеллект и твои способности могли бы помочь мне в поиске этого способа. Если это не станет для тебя обременительным, не мог бы ты оказать мне помощь? — спросил Робот.       — Как я и говорил ранее, помогать членам команды — это моя обязанность как лидера. Я достаточно неплохо разбираюсь в медицине, думаю, вдвоём нам быстрее удастся тебя исцелить… но мне нужно знать, чем именно ты болен, чтобы понимать, в каком направлении работать. — ответил я.       — Я покажу тебе своё настоящее тело, оно скрыто в убежище… но сохрани мою личность в секрете от команды. — сказал автоматон и активировал пространственные врата, — Пройди внутрь. — добавил Робот.       — Ладно. — прошёл я через портал и оказался в комнате с различным оборудованием.       Ко мне вышел паукоподобный дроид, что являлся ходячей платформой, на которой была размещена капсула, заполненная зеленоватым раствором, и внутри неё сидел какой-то уродливый лысый младенец, чья кожа была покрыта волдырями. К его телу и голове были подсоединены различные трубки и провода, которые обеспечивали его всем необходимым для жизни, а также позволяли ему контролировать свою ходячую платформу и автоматонов.       — Моё настоящее имя — Рудольф Коннорс, можешь называть меня Руди. — сказал создатель Робота.       — … хмм…       — Да, я и сам знаю, насколько уродлив, внешность была моим проклятием всю мою жизнь, но я не позволил этому помешать мне. Но мой вид не единственная моя проблема, я физически не могу покинуть эту капсулу, моя кожа получит ожоги от контакта с воздухом, а если я его вдохну, токсины в нём убьют меня за пару секунд. — рассказал Рудольф Коннорс, — Эта капсула позволяет мне жить, но она же является моей тюрьмой.       — Что ж, я видел людей и поуродливей. — прокомментировал я, — В день, когда мы с Евой познакомились, мы вместе победили Киллкэнона. Она уже какое-то время геройствовала сама и привлекла внимание правительства, которое изначально и наделило её суперсилой, желая создать супергероя на службе у военных. На Еву натравили мутантов, они были неудачными попытками воссоздать силы Евы по управлению материей. Эти мутанты могли менять своё тело, однако из-за этого их сила их убивала. Мы с Евой в итоге побывали в лаборатории, где сделали этих мутантов, там мы стёрли все данные проекта, но я их сохранил для себя. В теории, мы можем заполнить твою капсулу мутагеном и облучить твоё тело определённым спектром частиц, чтобы ты получил суперсилы, и, возможно, ты сможешь с их помощью исцелить своё тело. Те мутанты не могли надолго покидать свои капсулы из-за распада тела, так что, если у нас ничего не получится, тебе придётся всю оставшуюся жизнь провести в капсуле.       — То есть, если этот способ не сработает, для меня ничего не поменяется… но если сработает — я исцелюсь и получу сверхспособности. Думаю, я рискну. Честно говоря, я много раз задумывался о суициде, я испытываю постоянную боль и мечтаю положить конец этим страданиям. Так что я готов испробовать этот вариант. Если бы мне не удалось исцелиться, я, скорее всего, покончил бы с собой, поэтому мне нечего терять. — ответил Рудольф.       — Что ж, чтобы у нас всё точно получилось, нам стоит подготовиться и провести предварительные опыты. Я изучал суперспособности, чтобы лучше понять, как они работают, и как мне эффективней использовать свои, поэтому шанс успеха высок.       — Хуже, чем есть сейчас, всё равно не сделать. — сказал Руди, с которым мы начали работать над его исцелением.       Фактически, я использовал эту ситуацию, чтобы провести опыты на живом человеке с его же разрешения.       Руди изначально родился с патологиями, родители отказались от него, и за ним ухаживало государство. Его младенцем поместили в резервуар, где он мог жить. Доктора быстро заметили интеллект младенца и снабдили его компьютерным устройством, благодаря которому Рудольф быстро стал обучаться. В два года он разработал для себя улучшенный аппарат дыхания, а в три года разработал робота-кота, которого стали производить в Японии, и эта игрушка сделала его богатым. Руди через посредников стал вести бизнес, открывать компании, покупать акции и валюту, что сделало его ещё богаче. Когда были созданы автоматоны, они забрали Рудольфа из больницы, и он покинул её в пять лет. Своих роботов он улучшал и через них контактировал с миром. Его творения стали достаточно совершенны, чтобы он мог использовать их для боя с суперпреступниками, и поэтому он решил стать супергероем, для него это было что-то вроде видеоигры, где он издалека управляет Роботом, но в одной из битв, где его дроида уничтожил суперзлодей, Руди понял, что ему нужна команда, а мы с Евой как раз активно геройствовали, поэтому он решил объединиться с нами.       Сначала мы взяли кровь Рудольфа и стали проверять на ней действие различных сывороток, облучая их различным спектром излучения. Работа по исцелению Руди заняла почти год. У нас была уже обширная информация по проекту Брэндиворта и его продолжателя Роджерса, поэтому мы начинали не с нуля. Но чтобы полностью убедиться в безопасности метода лечения Рудольфа, нужно было время и множество опытов и испытаний.       В процессе работы я и сам улучшал свои способности и освоил «Биокинез» — то есть контроль живой материи. Если телекинез я использую с помощью контроля внешних квантовых полей, то биокинез — это тот же телекинез, но я контролирую внутренние квантовые поля собственного тела. А если предварительно настроиться на частоту биополя другого живого существа, то можно контролировать и чужое тело.       Та же телепатия основана на том, что я подстраиваю электромагнитную сигнатуру своего мозга на частоту работы мозга другого человека, чтобы прочитать его память или воспоминания, что также позволяет общаться телепатически при необходимости. Чтобы взять человека под контроль, нужно силой изменить сигнатуру работы мозга жертвы, чтобы она была синхронизирована с работой твоего мозга, и тогда можно отдавать команды человеку. Биокинез в целом работает по похожему принципу — тебе нужно настроиться на сигнатуру работы биополя человека и взять его под контроль, это позволяет изменять его тело, ну а изменять своё тело ещё проще.       Биокинез позволяет ускорять регенерацию, контролировать кровь и работу органов, поэтому если я получу ранение, то не истеку кровью и смогу быстро исцелиться. Я планирую создавать своих физических клонов, так что для этого мне нужно идеально контролировать квантовое поле собственного тела, что также в итоге позволяет его менять по моему желанию… но так как что-то кардинально изменять в себе опасно, на примере братьев и сестёр Евы, я особо ничего не трогал.       Есть три уровня биокинеза — клеточный, молекулярный и атомарный. Самый безопасный — клеточный: я просто стимулирую клетки энергией, и они начинают лучше работать, так меньше шанс как-то навредить. Молекулярный — это полная перестройка клеток на уровне ДНК. Чтобы вылечить Руди, нужно использовать этот уровень, ибо его организм изначально дефектный, и клетки его тела работают неправильно. Атомарный уровень — это изменение всех атомов тела, что-то подобное проворачивает тот же Магманьяк, который превращает своё тело в лаву. Ева без ограничений также может использовать атомарный уровень биокинеза.       Благодаря контролю своего квантового поля я также хотел усилить свою защиту. А имея физическую силу для поднятия двадцати тонн, я способен выдержать удар силой в двадцать тонн. При этом, выпуская молнию мощностью в два и шесть МегаВатта, я закономерно могу без какого-либо вреда выдержать попадание электроразряда такой же мощности. Поглощение чистой световой или электрической энергии мне даётся очень легко, но во время физического удара передаётся кинетическая энергия, и её поглотить сложнее, но всё же возможно. Так-то с помощью телекинеза я могу блокировать летящие в меня снаряды, но живые существа обладают сопротивляемостью к подобным манипуляциям, поэтому если противник подберётся ко мне вплотную и нанесёт по мне удар, то мне нужно как-то укрепить своё тело.       Атомы в молекулах тела связываются друг с другом с помощью обмена электронами, так что, используя доступную мне энергию, я могу ионизировать свои атомы и укрепить молекулярные связи тела, что повысит мою защиту и прочность. Так, два и шесть МегаВатта, направленные на эту Молекулярную Защиту, дадут мне возможность нейтрализовать удар силой в сто двадцать тонн — как бы неплохой результат, но можно и лучше.       Фазирование и телепортация позволяют мне избегать атак, но есть случаи, в которых то же фазирование не помогает — если враг окружён колеблющимся защитным полем или использует оружие из сверхплотных материалов, или же на основе энергетических колеблющихся полей, по типу того же светового меча из далёкой-далёкой галактики. Телепортацией я, конечно, могу сбежать от сильного врага, но, а что, если отступать некуда, и в случае моего побега противник начнёт убивать гражданских? Поэтому в некоторых случаях приходится сражаться в ближнем бою и полагаться на свою силу и защиту, которую я, собственно, и хочу усилить на подобный случай.       С точки зрения квантовой физики, физический удар является передачей кинетической энергии между двумя плотными квантовыми полями, в зависимости от их плотности и объёма переданной энергии результатом такого взаимодействия может стать деформация или разрушение более слабого квантового поля. То бишь, приняв сильный удар от более сильного противника, я либо получу травму, либо моё тело будет пробито насквозь.       Если укрепить своё квантовое поле и придать ему определённые свойства, то вместо деформации и разрушения оно будет поглощать и накапливать кинетическую энергию. Вот только у моего квантового поля нет изначально таких свойств, которые могли бы помочь в поглощении кинетической энергии. Их можно придать, изменив атомы моего тела с помощью биокинеза, но это сместит баланс силы и защиты — я, может, и стану защищённей, но моя сила уменьшится. В общем, такие кардинальные изменения я не хотел вносить, чтобы не сделать хуже, поэтому пытался найти вариант, чтобы усилить свою защиту и при этом никак не затрагивать атомы тела. Этого можно было добиться, создав искусственные энергетические субатомные аномалии в квантовом поле, что укрепят его и будут поглощать кинетическую энергию. Такой вариант был сложнее и требовал высокого контроля своего биополя, зато не имел каких-то особых минусов.       Для этого метода в своём биополе я формировал субатомные сингулярности, концентрируя в них квантовую энергию до состояния вырожденного газа, где частицы энергии имеют предельную плотность. Такие сингулярности становились аномальными точками концентрации, в которых обычные законы физики переставали действовать, они укрепляли общее квантовое поле и поглощали из него избыток энергии, в том числе позволяли поглотить кинетическую энергию, которая могла бы его деформировать, но вместо этого она шла на уплотнение энергии внутри сингулярностей.       Подобный навык я назвал «Квантовая Защита». Для создания одной субатомной сингулярности требуется всего около половины Ватта, так что, используя всю доступную мне энергию, я могу повысить свою прочность где-то в четырнадцать раз — на дополнительные двести шестьдесят пять тонн. Причём, когда я поглощу максимум кинетической энергии, она будет создавать эффект реактивной брони, то есть при попадании следующего удара в месте этого удара будет высвобождаться ранее поглощённая кинетическая энергия, которая будет гасить импульс атаки. Так что, в итоге, это фактически удваивает эффективность Квантовой Защиты, и в сумме она может поглотить и нейтрализовать удар силой в пятьсот тридцать тонн, что, вместе с моей природной прочностью вилтрумита, даст возможность выдержать удар в пятьсот пятьдесят тонн.       Поддерживать такую Квантовую Защиту сложно, но энергия из сингулярностей никуда не девается, так что я могу повышать свою прочность при необходимости, потому как, пока я её использую на максимум, это блокирует другие мои способности — полёт, стрельбу молниями и остальные. Правда, я могу использовать для укрепления тела лишь часть энергии, что просто ослабит другие способности… хотя летать можно и с помощью высвобождения кинетической энергии в определённом направлении — не так быстро, как с помощью манипуляции гравитонов, но в битве этого должно хватать.       Более простой защитный навык — Молекулярная Защита, где я просто укрепляю молекулярные связи тела своей энергией — в четыре с половиной раза менее эффективен, чем Квантовая Защита. Да и энергия при таком способе истощается для нейтрализации импульса атаки, она у меня, конечно, восстанавливается, но не мгновенно, тогда как в Квантовой Защите она восполняется фактически мгновенно за счёт поглощения энергии вражеских атак, поэтому истощить такую защиту невозможно.       Собственно, главное преимущество Квантовой Защиты в том, что она позволяет поглощать кинетическую энергию, а значит, если враг меня ударит, я могу использовать энергию его же атаки для усиления ответного удара по нему. Если накопить достаточно кинетической энергии, то можно усилить удар на дополнительные двести шестьдесят пять тонн. Усреднённый расчёт приблизительно такой — десять Ватт увеличивают защиту на один килограмм, а один МегаВатт — на сто тонн, так что, чем больше энергии сможет генерировать и накапливать моё тело, тем больше я могу повысить свою защиту. Пока что я не особо-то силён, из-за чего навык хоть и значительно увеличивает мою прочность, но не даёт неуязвимости, поэтому у меня всё ещё есть предел прочности, но теперь, если я сосредоточусь, то могу его повысить.       Технически, этот принцип можно использовать не для укрепления защиты, а непосредственно для усиления ударов, но так как моё физическое тело всё же подчиняется физическим законам, а сила действия равна силе противодействия, то в итоге я хоть и могу усилить свою атаку в десятки раз, но рука после этого сильно пострадает — поломаются кости, порвутся мышцы и кожа. Не обладая достаточной прочностью, я буду вредить сам себе своими же атаками. К тому же, если при Квантовой Защите я не трачу свою энергию, то вот при атаке как раз трачу — мне выгоднее всё же повысить свою прочность, а после уже усилить атаку кинетической энергией, поглощённой от ударов врага.       В общем, помимо того, что я становился сильнее за счёт своего вилтрумитского наследия, я также развивал свои собственные способности, и что-то у меня получалось.       Для исцеления Руди мы создали сыворотку на основе его ДНК, которую мы исправили, и протестировали её на различных клетках его тела, чтобы убедиться в том, что эта сыворотка точно сможет исцелить его дефектное тело, которое застряло на уровне развития младенца. Собственно, когда сыворотка изменит ДНК Рудольфа на молекулярном уровне, нужно будет простимулировать рост его клеток, дабы тело выросло в здорового парня, а не оставалось младенцем. На стволовых клетках Руди мы как раз протестировали и способ стимуляции роста, подобрав подходящее излучение и раствор, содержащий все необходимые для роста вещества.       У меня имелись знания из далёкой-далёкой галактики, где вполне было распространено создание клонов, поэтому я уже имел знания в области искусственного выращивания органического тела в капсулах.       — Итак, ты готов? — спросил я у Руди, — Жидкость в твоей капсуле заменится на сыворотку, и начнётся процесс мутации, возможно, он будет неприятным.       — Начинай. — подтвердил Рудольф, и я активировал впрыск мутагена и откачку физраствора, в котором он жил.       — Так, процесс пошёл. Теперь включаю излучатели частиц на минимум и постепенно буду увеличивать их интенсивность. — стал я следить за ходом изменений в теле мистера Коннорса, а оно стало меняться. Сыворотка должна была исправить патологию в геноме Руди, а излучение быстрораспадающимися частицами ускоряло процесс.       — Процесс изменения тела… терпимый… я ощущаю сильный жар, — прокомментировал Рудольф.       — У тебя повышена температура, клетки активно меняются и выделяют тепло, свет и другие частицы. — осматривал я светящееся тело в капсуле, и постепенно уродливый младенец превращался в обычного, вполне здорового младенца.       Когда этап исцеления был закончен, мы провели определённые тесты, чтобы убедиться в полном выздоровлении тела Рудольфа, и уже после начался второй этап ускоренного роста. Весь процесс занял немало времени, но в определённый момент изменения прекратились, и состояние Руди стало стабильным, а чтобы его тело не распадалось, как тела мутантов, созданных Роджерсом, я облучил его другими частицами — глюонами, чтобы закрепить результат.       — Кажется, получилось… по крайней мере выглядишь ты теперь нормально. — констатировал я, смотря на молодого черноволосого парня внутри колбы.       — Будет точно ясно, когда я выйду из капсулы. — открыл Руди свою капсулу, предварительно слив оттуда жидкость, и вышел из неё.       — Как себя чувствуешь? — спросил я у парня.       — Великолепно… я так долго мечтал об этом моменте. Благодаря тебе он наконец-то наступил. — осматривал он свои гладкие руки без ожогов и волдырей.       — Надо подождать и проверить стабильность изменений, а также провести измерения твоих физических параметров. — произнёс я и использовал на Руди сканер. Физически он был здоровым молодым парнем, и тесты показали, что Руди имеет предельную для обычного человека силу и может поднимать пятьсот килограмм веса. Зато вот прочность его тела была сверхъестественной — мы вообще ничем не смогли нанести ему рану, ни мощным лазером, ни алмазным буром.       После всех опытов я подвёл итог:       — Итак, нам удалось тебя исцелить, и ты даже получил суперспособность — неуязвимость, но ты не суперсильный, не супербыстрый и летать не умеешь, зато тебя теперь ничем не ранить. — произнёс я… а именно такого результата я и добивался, я хотел сделать обычного человека неуязвимым, чтобы потом этим методом обезопасить свою мать… хотя нужно подождать, дабы точно убедиться в постоянстве эффекта, может, через месяц Рудольф станет уязвимым и вообще начнёт разваливаться на части, как те мутанты.       — Этого достаточно, если я создам себе экзоскелет, то с его помощью увеличу силу, скорость и обрету способность летать. Даже если бы я просто исцелился и не получил никаких сил, для меня это был бы успех. — ответил на это парень.       — Ладно, давай как раз займёмся твоим экзоскелетом, а потом я познакомлю тебя с командой лично. — сказал я и решил помочь Рудольфу с созданием брони. Он и сам отличный инженер, но я могу дать ему компактный сингулярный реактор в качестве источника питания и репульсоры для полёта, тогда как сам Руди для своего робота использует компактный реактор холодного термоядерного синтеза и реактивные двигатели для полёта, они всё же менее эффективные, хоть его автоматон был достаточно развит даже для далёкой-далёкой галактики.       Когда доспех был готов и протестирован, я дал сигнал другим членам Звёздного Дозора собраться на базе команды. Последним на базу прибыл Рекс и тут же спросил:       — Что там случилось? О, а это кто такой? — увидел он нового человека рядом со мной.       — Познакомьтесь, это Рудольф Коннорс, можете называть его просто Руди, он создатель Робота, всё это время Рудольф управлял им издалека. У Руди были проблемы со здоровьем, поэтому он действовал через Робота. Я помог ему разработать метод лечения, и мы недавно провели процедуру, что полностью его исцелила.       — Приветствую. — сказал Руди, что был молодым черноволосым парнем, — Благодаря помощи Марка я могу лично с вами встретиться, хотя я уже не единожды с вами общался с помощью моего автоматона.       — Так это ты Робот? — нахмурился Рекс.       — Я — Руди, а Робот — мой дистанционно управляемый автоматон, которого я сконструировал и контролировал. — посмотрел он на оранжевого дроида рядом с собой.       — Процедура, что исцелила Руди, наделила его суперспособностью, он теперь очень прочный, так что Рудольф продолжит работу в нашей команде теперь лично.       — Вместе с Марком мы создали для меня броню, с виду она похожа на моего автоматона, но внутри неё буду находиться я. — сказал Руди, и Робот рядом с ним раскрылся, показывая, что внутри него есть место для человека, и туда забрался Рудольф, после чего экзоскелет вновь закрылся.       — Так, похоже, жестянкой тебя теперь не назовёшь… теперь ты скорее консерва. — прокомментировал Рекс, — Поняли, да? — посмотрел он на нас.       — Твоё остроумие не знает границ, Рекс. — ответил Руди.       — У меня для вас есть ещё одна новость, я всё же смог освоить навык клонирования, хоть он не совсем такой, как у Кейт. — решил я также сообщить и разделился на два двойника, из-за чего с небольшой вспышкой рядом со мной появился мой клон.       — О… — удивилась Дупли-Кейт.       — Ну нет… — явно расстроился от этой новости Рекс.       — И кто из вас настоящий? — уточнила Ева, с подозрением смотря на два меня.       — Мой навык клонирования основан на принципе искажения пространства-времени с помощью гравитонов и тахионов. Я не призываю своего двойника из параллельной реальности, а искажаю саму реальность и время, создавая две версии себя, что находятся в квантовой суперпозиции и могут действовать независимо друг от друга в разных местах пространства в одно время. Мой клон — это я сам в ином пространственно-временном состоянии, он мой полноценный физический двойник, но его поддержание требует большого количества энергии, и с каждым новым клоном её нужно ещё больше, поэтому сейчас я могу создавать лишь одного. Пожалуй, главным отличием моего способа клонирования является то, что моя сила разделяется между клонами, и каждый из них слабее меня неразделённого, однако, из-за эффекта квантового бессмертия, пока хотя бы один клон жив, остальные тоже не могут умереть и будут быстро восстанавливаться. Способ Кейт я не могу повторить, и поэтому разработал этот. У него есть преимущества и недостатки, но в целом, учитывая мою силу, они несущественные. — рассказал я.       Дупли-Кейт призывает свои копии с помощью синхронизации своих версий из параллельных реальностей, что она проворачивает с помощью калибровочных бозонов, но эта группа частиц, куда входят фотон, глюон, W-бозон — где «W» значит «weak» — [слабый], то есть слабый бозон, и ещё Z-бозон, у которого «Z» значит «zero» — [ноль], то есть нулевой бозон, а также бозон Хиггса, что создаёт поле Хиггса, оно даёт массу материи, и оно же фактически позволяет накапливать статистическую энергию, которая идёт на материализацию клона, и её можно использовать для усиления ударов и защиты.       Гравитон тоже входит в группу бозонов, отличается он тем, что не имеет массы, но может её менять у других частиц. С помощью гравитонов и тахионов я формирую в теле множество субатомных пространственно-временных искривлений — субатомных чёрных дыр, соединённых с субатомными червоточинами. Через них со сверхсветовой скоростью проходят кванты моего тела — туда и обратно, как бы вибрируя и мерцая в пространстве и времени. Это искусственно создаёт для меня две параллельные реальности внутри обычной реальности, ограничены они квантовым полем моего тела. В итоге получаются две полностью идентичные мои физические копии, находящиеся в состоянии квантовой суперпозиции. Если упростить — я просто очень-очень быстро телепортируюсь между двумя точками.       Общие квантовые характеристики частиц моего тела не меняются от разделения, то есть если я разделюсь на два двойника, фактически каждый из них будет стареть в два раза медленнее, так что если я проживу целый день, разделившись на двое тел, то в сумме всё равно состарюсь на один день.       Механизм работы этого клонирования немного похож на путешествие во времени: если вернуться в своё прошлое, то в какой-то момент в реальности будет существовать две версии меня. Я же формирую субатомные пространственно-временные петли, по которым со сверхсветовой скоростью двигаются частицы моего тела, чтобы в одно время существовать в разных местах. Именно тахионная энергия ответственна за хронодинамику частиц, то есть она влияет на ход времени на квантовом уровне, и, так как она задействована в создании клонов, то, собственно, чем больше клонов, тем медленнее для каждого из них на квантовом уровне движется время, из-за чего они медленнее стареют.       Вот только такой фокус с разделением энергозатратен, поэтому энергетический потенциал каждого двойника в четыре раза меньше, чем у обычного неразделённого меня. То есть клоны выпускают в четыре раза более слабые молнии, а ещё они в четыре раза медленнее летают, и физически я также стану в четыре раза слабее, ибо любое физическое взаимодействие — это процесс передачи кинетической энергии от одного объекта другому, поэтому мои удары тоже ослабнут. При разделении на два тела энергия моего квантового поля делится на два двойника, плюс внутри каждого из двух тел нужно поддерживать пространственно-временные аномалии, из-за чего энергия квантового поля сокращается ещё в два раза. В итоге энергетические затраты растут в квадратной зависимости по параболе: когда я смогу разделяться на три своих двойника, каждый из них будет в девять раз слабее неразделённого меня, четыре двойника будут обладать в шестнадцать раз меньшей силой, нежели единый я, и так далее.       Чем больше я буду создавать клонов, тем они будут слабее физически, они будут медленнее летать и слабее стрелять молниями, а в какой-то момент им, в принципе, не будет хватать сил для полёта. Учитывая мою общую сверхчеловеческую силу, даже разделив её в десяток раз, каждый клон всё равно будет обладать впечатляющими характеристиками. В общем, чем больше клонов, тем меньше их атакующий потенциал, и, если нужно победить одного сильного противника — лучше сражаться с ним неразделённым, а если необходимо сражаться с множеством более слабых врагов в разных местах — можно разделиться на клонов.       Так как мои клоны как бы живут в пространственно-временных петлях, и квантовые частицы их тел перемещаются между двумя точками реальности со сверхсветовой скоростью с крайне малой задержкой во времени, то мои двойники из-за этого имеют Квантовое Бессмертие: если клон получит рану, то он использует второго здорового двойника в качестве шаблона для восстановления и быстро регенерирует любое повреждение, даже смертельное. В итоге использование двойников повышает мою выживаемость, но при этом из-за уменьшения силы клонов их, напротив, легче ранить. Фактически, если одному клону, допустим, пробьют грудь и уничтожат сердце, по факту все частицы тела на месте раны просто переместятся в другого здорового клона, и раны как таковой не будет. Но вот если клону голову оторвут, то тут-то как раз второй клон станет образцом для восстановления целостности первого.       Клоны поддерживаются благодаря пространственно-временным аномалиям, поэтому на них напрямую влияет расстояние в пространстве, что создаёт ещё одно ограничение — двойники не могут отдаляться друг от друга слишком далеко.       Сейчас я самостоятельно могу телепортироваться на расстояние в четыре тысячи триста тридцать три километра на Земле под действием гравитации планеты, и это как раз то расстояние, на которое в данный момент могут отдаляться мои двойники друг от друга. В этом радиусе я могу создавать своего двойника и мгновенно объединяться с ним, чтобы вернуть себе всю силу.       Причём, пока клон один, расстояние его поддержания максимальное и совпадает с радиусом телепортации, так как частицам моего тела нужно перемещаться между двумя точками фактически по прямой. Но вот если я создам второго клона, тогда у меня будет сразу три тела, и квантовым частицам нужно будет перемещаться между тремя точками, как бы по треугольнику, из-за этого расстояние между тремя отдельными телами не может в сумме превышать четыре тысячи триста тридцать три километра. То бишь, если клоны максимально разойдутся друг от друга, то получится равносторонний треугольник, и каждый двойник будет находиться на расстоянии в тысячу четыреста сорок четыре километра друг от друга. Если разделиться на четыре тела, то есть создать три дополнительных квантовых клона, то будет четыре точки, и тогда, если двойники максимально разойдутся, то получится квадрат, и расстояние между ними будет в тысячу восемьдесят три километра… в общем, чем больше двойников, тем ближе им нужно будет находиться друг к другу.       В итоге у меня сейчас не получится отправлять двойников далеко друг от друга, например, в космос, чтобы исследовать другие планеты, но пока я использую клонов на Земле — особых проблем нет, тем более моя сила постоянно растёт, и это влияет на расстояние телепортации, что увеличивает радиус для использования двойников. Ко всему прочему, на расстояние телепортации и на радиус поддержания клонов влияет гравитация планеты: в космосе я могу телепортироваться намного дальше и, соответственно, способен на большем расстоянии поддерживать двойников, однако, учитывая космические масштабы, в ближайшем будущем клоны смогут отдаляться друг от друга где-то на несколько световых лет. Но всё равно, хоть и с определёнными нюансами, способность создавать своих физических бессмертных двойников — невероятно полезна.       Из-за того, что моя душа прошла через сверхмассивную чёрную дыру в центре галактики, я получил идеальный контроль над квантовой энергией, в особенности над гравитонами и тахионами, ими я управляю на высшем уровне, и это мне позволяет создавать таких физических квантовых клонов.       Освоение Квантовой Защиты помогло в итоге освоить Квантовых Клонов. Начальный принцип у них похож, только в субатомных сингулярностях я накапливаю лишь два вида энергии — гравитоны и тахионы, что превращает их в субатомные чёрные дыры и червоточины, через которые двигаются частицы моего квантового поля. По этой причине, пока я использую клонов, я не могу использовать Квантовую Защиту, поэтому без разделения я в итоге ещё и намного прочнее.       Мне уже почти шестнадцать лет, день рождения будет на днях. Сейчас я имею силу, достаточную, чтобы физической силой поднять пятьдесят четыре тонны при собственном весе в семьдесят восемь килограмм. Телекинезом же я поднимаю восемь тысяч восемьсот восемьдесят тонн за счёт эффекта антигравитации, работающего в пределах энергополя планеты. А тело может выдержать попадание снаряда из тяжёлой многоствольной пушки тридцатого калибра СандерБолт — их тоже ставят на авиацию и на морские корабли. При этом сам я могу генерировать молнии напряжением в почти восемнадцать миллионов Вольт и мощностью в двадцать с половиной МегаВатт. При использовании их для Квантовой Защиты моё тело становится прочнее, и это позволяет поглотить удар приблизительно в две тысячи пятьдесят тонн, а за счёт эффекта реактивной брони результат удваивается, и я могу нейтрализовать атаку в четыре тысячи сто тонн.       Летаю я со скоростью в две с половиной тысячи километров в час, что в два раза превышает скорость звука. Выносливости мне хватает почти на девять часов беспрерывного полёта, что позволяет подняться на высоту в двадцать две тысячи километров и, с учётом инерции движения и планирования, даёт возможность пролететь восемьдесят восемь тысяч километров, тогда как длина экватора Земли — около сорока тысяч километров, то бишь сейчас я два раза могу облететь планету по кругу, прежде чем устану. В космосе, без влияния гравитации Земли, моя скорость может достичь шести миллионов двухсот тысяч километров в час, а значит, прежде чем я устану, смогу пролететь около пятидесяти пяти миллионов километров — то бишь до Марса я могу долететь своими силами, когда он пролетает рядом с Землёй.       В целом, сейчас по силам я приблизительно равен лидеру Стражей Планеты — Бессмертному, и даже если я разделюсь на два клона, всё равно буду достаточно силён, чтобы поднимать тринадцать с половиной тонн, смогу летать со скоростью в шестьсот сорок километров в час и выпускать молнии напряжением в четыре с половиной миллиона Вольт и мощностью в пять МегаВатт. Но когда я неразделённый — то всё же сильнее.       — Как и в случае с Кейт, клоны Марка полностью идентичные физические копии друг друга. — просканировал меня Руди в броне Робота.       — Итак, команда, мы отправляемся сражаться и спасать людей, но с вами пойдёт один мой клон, а второй отправится домой.       — Теперь-то он точно тебе изменит, Ева, а ты об этом и не узнаешь. — позлорадствовал Рекс.       — Рекс, ты давно ходил к стоматологу? — раздражённо спросила у него Ева.       — Так-так, давайте опять не начинайте конфликты. — вмешался я, — Между прочим, у меня для клонов полно работы, и пока они будут её делать, я как раз смогу проводить время с Евой.       — Рекс, ещё раз поднимешь тему с изменой, одним выбитым зубом не отделаешься. — пригрозила ему Ева.       — Тебя бы эта тема так не злила, если бы ты сама об этом не думала. — отметил мистер Слоан, но, увидев, как у Евы розовым сиянием загорелись кулаки, он тут же спохватился, — Ладно-ладно, всё-всё, молчу-молчу.       — Ну всё, хватит болтать, у нас есть работа. — сказал я и открыл портальные врата, через которые прошла команда, а мой клон направился домой.