Старые счеты

Он помнил запах квартиры – запах трупов, крови, гари и страха. Это было пять лет лет назад. — Ты уверен, что это он? — спросил его тогдашний напарник. — Абсолютно. Но доказательств нет. Он упустил «Цунами». Бессилие… Он слышал это даже в тишине. «Ты всегда на шаг позади, Санеми.» Казалось эти стены сейчас раздавят его. Что этот женский труп под ногами воскреснет и спросит его: «а на что ты способен, что даже одного убийцу поймать не можешь?». Кто виноват – убийца или тот, кто не смог его остановить?

***

В идеально чистом кабинете сидели несколько человек. Но один из них, в глаженом дорогом черном костюме, стоял прямо перед ними: стоял гордо и самоуверенно. Блеквуд говорил быстро, строго, с отточенной холодностью чиновника, который боится только одного – потери репутации. — Упустили его уже во второй раз, джентельмены. Неужели вы настолько ничтожны? — его голос пробирал до костей. Босс кинул на всех свой убийственный взгляд. — Это дело нужно передать в руки профессионалов. Слишком серьезное дело. Вы и так хорошенько подпортили репутацию местной полиции. — Сэр! — резко встал из-за стола Санеми. Он был обеспокоен. Прерывистое дыхание, будто он бежал целый километр без остановки, пот на лбу и почти дрожащие пальцы. — Передать дело? — Именно, Шинадзугава. Я передам дело. А теперь, будьте добры, сядьте на место, — Блеквуд смотрел на Санеми с презрением, будто тот только что его оскорбил, посчитав его решение неверным. — Снова никаких улик. Никаких зацепок. И снова ты – первый на месте, Шинадзугава. Думаешь, вы справитесь с этим делом? Белобрысый уже хотел согласиться, хотел переубедить начальника, опровдаться и заверить, что они справляться. Но он не смог. Блеквуд с силой ударил кулаком на стол, а потом, сдерживая эмоции, вздохнул и провел рукой по блестящим от геля волосам. Блеквуд продолжил, не понижая голоса: — Завтра утром приезжают федералы. Я передаю дело им. Ты и твоя команда – отстранены. В глазах Санеми заискрились страх, гнев, обида… и желание мести. Мир стал тише. Всё остальное растворилось – шаги коллег, шум дождя за окном, даже собственное дыхание. — Ты не в игре, Санеми, — прошипел Блеквуд. — Ты пешка, которой скоро не станет. Это не личное. Это протокол.

***

Прошло четыре дня. Никаких новостей. Никаких новых жертв. Никаких движений. Всё затихло так быстро, что стало страшнее, чем когда всё только начиналось. И вот в тот самый хмурый, как будто нарочно серый понедельник, в архиве, между двумя чашками кофе, в базе данных появилось обновление. "Дело №43–7/Э. Закрыто. Переведено в неактивный статус. Нарушений не обнаружено. Подозреваемые отпущены. Дополнительное расследование не требуется." Санеми замер. Потом перечитал. Ещё раз. Он не верил. Это не ошибка. Это похоронка. Он схватил куртку, вылетел из комнаты и шёл, как танк, не обращая внимания на других. Открыл дверь без стука. — Ты. Что. Сделал. Блеквуд даже не поднял головы от бумаг. — Ты не должен здесь быть, — спокойно сказал он. — Ты закрыл дело. Его. Закрыл. Просто так? После трех тел? После смерти трех невинных? Блеквуд отложил ручку. — Мы не смогли доказать связь. ФБР не подтвердили угрозу. Улики не подтверждаются. Все расследования исчерпаны. — Нет, но… Если дадите время, я… — Санеми будто начал задыхаться, ему перекрыли горло. — Что ты можешь, Шинадзугава? — впервые голос Блеквуда стал острым. — Опять уволиться? Опять угрожать? Мы прошли через это. Ты болен одержимостью. Я спасаю тебя. Белобрысый сделал шаг ближе, лицо горело от ярости. — Ты не спасаешь меня. Ты закрываешь глаза. На убийцу. На правду. Ты что… продался? Пауза. Очень долгая. — Вон. — тихо сказал Блеквуд. — Сейчас же. — Ты… — Шинадзугава. Ты уволен. Окончательно. Санеми ушёл, хлопнув дверью так, что в приёмной вздрогнула секретарша.

***

Дома Санеми начал дела сначала. Только в этот раз один. Он не был уверен, но всё внутри подсказывало: Кто-то наверху не просто закрыл глаза. Кто-то получил за это плату. Хорошая спина. Это называли так: у кого-то «за спиной» есть кто-то настолько важный, что тот может стирать улику движением пальца. Санеми закрыл папку. Он ещё не знал, что будет делать. Но он точно знал: Если «Цунами» отпустили — он обязательно вернётся. На плече будто снова начала гореть старая рана. Парень кинул на нее взгляд. Рана от пули. От пули этого убийцы… Шрам, который останется с ним на всю жизнь и будет напоминать ему все эти гребанные дни…

***

Прошёл год. Убийств больше не было. По крайней мере, официально. Полиция успокоилась, отчёты забылись, дело 43–7/Э погасло в архиве. Журналисты переключились на новое — выборы, кризис, преступления попроще. Общество расслабилось. Но Санеми – нет. Он больше не числился в полиции. Не носил жетон. Он жил как тень: появлялся то в одном городе, то в другом, то под своим именем, то под вымышленным. Он не искал – он наблюдал. За всем: за именами, за смертью, за новостями, которые случайно исчезали. Улик не было. Следов – ноль. Никто не умер. Но никто и не вернулся. А потом случилось нечто, чего никто не ожидал: Блеквуд — арестован. Коррупция. Незадекларированные доходы. Вмешательство в федеральные дела. Заявление пришло анонимно, но расследование оказалось убийственно точным. День за днём, деталь за деталью система обрушивалась. Санеми не участвовал. Он даже не радовался. Он просто ждал.

***

Офис департамента. День был серый, как будто весь город навсегда остался в ноябре. В дверь постучали. — Войдите, — сказал Морель. На пороге стоял мужчина в чёрной куртке, с небритым лицом и холодным, ясным взглядом. — Санеми Шинадзугава? — уточнил командир. — Садитесь. Он не сел. — Знаю, вы ушли. Знаю, никто не ждал. Но времена меняются. И нам нужен кто-то, кто не боится верить в то, что не докажешь бумагой. Нам нужен человек, который… умеет видеть между строк. Шинадзугава смотрел молча на Мореля, исполняющего обязанности командира. — Вы хотите сказать, — тихо произнёс он, — что снова впускаете волка в овчарню? Командир усмехнулся. — Скорее, мы впускаем охотника. И закрываем ворота снаружи. Он положил на стол жетон. Тот самый. Протёртый, старый, с вмятиной на краю. Санеми посмотрел на него. Не взял. — Я вернусь. Но не ради вас, а ради себя. Если это вас устраивает — мы договорились. Морель кивнул. — Устраивает.

***

— И тебя наняли обратно. За невероятную храбрость и героизм. Ведь ты – золотой кадр, — Гию поднял брови, притворно, саркастически восхищённо. Он усмехнулся, его уголки губ поднялись. Будто ему сказали что-то до абсурдного смешное. Или до смешного абсурдное… — Ну разумеется. Снова на коне. Доблестный детектив, вернувшийся из изгнания. Наверняка всё было как в кино. Пыль, пауза, затем – драматичный жест начальства: «Мы нуждаемся в тебе, Шинадзугава». И ты, конечно… согласился. За такую откровенную насмешку Томиока получил сильный удар в лоб. Тот скривился, но попытался не подавать виду. А вот Шинобу было не до веселья. Она упорно пыталась вырваться от полицейского, который сажал ее в машину, в то время как Томиока уже был внутри и слушал сопливую историю копа, который жил как параноик с единственной целью – поймать «Цунами». И у него это вроде вышло. — Ты мне льстишь. Не думал, что все эти годы ты гнался за мной, искал, будто зависимый. И только тебе удалось. И то случайность. Я даже не в деле. — Ну не плачь. Посмотрим как ты запоешь, когда я посажу тебя в клетку, — Шинадзугава скрипнул зубами. Со стороны еще и его болбесы-коллеги не могут усадить одну девчонку… — Да-да, — продолжал Гию, прищурившись. — И вот ты добился своего. Снова герой. Почти как в тех моментах, где добро побеждает зло, правосудие восторжествовало, а музыка на фоне играет какую-то сопливую скрипку… Санеми нахмурился сильнее. Он резко встал с места, подошел к парням и, грубо схватив девушку, не думая больно ли ей, запихал ее в машину, рядом со своим злейшим врагом. — Аккуратнее с дамой, придурок. За эти несколько лет ничему не научился, — недовольно рявкнул Томиока. Санеми без лишних слов снова пошел к своему сиденью, а с обоих сторон к киллерам подсели полицейские. За руль сел слегка худощавый парень, который не мог усадить Шинобу. А рядом с ним сел Шинадзугава. — Есть план, долго с этими придурками я сидеть не собираюсь, — зашипела Шинобу ему в ухо. — Тише-тише, все нормально. — Чтож, «Цунами», может представишь мне свою дамочку? — с довольной улыбкой спросил Шинадзугава. Он уже чувствовал как посадит этого наглеца… ну и его подружку тоже, за решетку, и тогда уже посмотрим… Хоть и руки Кочо и были в наручниках за спиной, но Томиоке показалось, что она сжала кулаки. — Она… — Гию сам не знал кто она, но все равно ответил так, что сама Шинобу удивилась. — Эта девка вообще не со мной. Подобрал ее откуда-то. Шинобу посмотрела на него с широко открытыми глазами. — Правда? Не думал, что сейчас каждая вторая девушка стреляет из пистолета, как столетний профессионал. Томиока стиснул зубы и тихо зашипел. Этот Санеми и так гнался за ним пару лет назад и, мягко говоря, доставил неудобства. Но даже после стольких неудач еще считал своим долгом поймать убийцу, который сломал ему репутацию. А теперь снова мешается под ногами. В глубине души синеглазому до ужаса захотелось посыпать соль на раны полицейского. — А ты так и не научился обращаться с дамами. Разве не из за этого твоя жена бросила тебя? — Заткнись… — почти прошептал белобрысый. — О нет, извини, она же вроде бросила тебя после того как тебя уволили. И все из за меня, как иронично, — сказал Гию с ухмылкой. — Так вот почему у тебя есть зуб на меня, а? Я тебе жизнь слегка подпортил? Шинадзугава сжал губы. Откуда этот сопляк знает о жене? — Так у него с тобой личные счеты? — тихо спросила Шинобу, на что получила легкий кивок. — Этого не хватало… Санеми казалось, что он сейчас достанет пистолет и выстрелит в бошку парниши… но терпение. Нужно было ждать. Они скоро приедут. И всей этой истории конец. Наконец он отомстит. За все. Внезапно взорвалась бомба. Не настоящая, конечно. Дымовая шашка, которую пронесла с собой Шинобу в руке, которую не поднимала из за раны. Отвлекающий маневр. Два полицейских сзади начинают паниковать, но не успевают ничего сделать, как двери открываются, их толкают, и те летят прямо на асфальт. — Хорошого палета, — буркнула сильно злая Шинобу. Все ее планы были пошли прахом, она сама не понимала какой у нее сейчас план и ситуация, и ей с Гию было много чего обсудить. Шинадзугава быстро сообразил, как только взорвалась граната. Он достал пистолет, но не знал куда целиться. Цветная завеса не давала ничего разглядеть. Вдруг он попадает в напарников или впустую потратит патроны. Сильный удар в водительское сиденье. Такое сильное, что водитель ударился о руль и сработала подушка безопасности. Та мешала смотреть на дорогу и свободно водить, так что машина начала ехать хаотично. Внезапный удар о дорожный знак. Все замерли. Парень за рулем не пострадал, лишь не мог выбраться. Санеми сразу же вышел наружу, чтоб поймать двух преступников…