Глава 14

      Джон смотрел на эту странную сцену перед собой. Казалось, ангелы впали в какой-то транс. Они сказали, что дьявол умирает. Но это ведь было хорошо, да? Он думал, было уже достаточно ужасно, что оба его ребенка были захвачены ангелами, и с ними ходили ещё двое, но потом тот, что пониже, ушёл и вернулся с ещё одним ангелом. Сначала новый ангел был согласен с Джоном. Потом они стали ему угрожать. Теперь они находились в каком-то любовном кругу или что-то в этом роде, и Джон был раздражён. Он был заперт в чёртовой клетке для хомяков, и ему хотелось кричать. Чёртовы Уолт и Рой бегали в колесе для хомяков. В колесе для хомяков размером с человека. С каким чёртовым ангелом они имели дело? Джон бросил взгляд на идиотов и услышал, как Бобби фыркнул и рассмеялся.       — Знаешь, иногда я забываю, что Гавриил долгое время скрывался в образе обманщика. А потом в один момент он выдаёт что-то вроде этого, — сказал Бобби непринуждённо, обращаясь к Эллен. Он говорил с такой лёгкостью, словно тусоваться с монстрами — это самое обычное дело. Эллен в ответ хихикнула. К ним подошла Джо.       — Там даже есть одна из этих маленьких штуковин для воды, — говорит она и затем ухмыляется. — На самом деле, если бы это не было сделано под предлогом клетки, это, вероятно, было бы чертовски весело.       — Что, чёрт возьми, случилось с вами, ребята, пока я был мёртв? — рычит он, когда Бобби снова переводит взгляд на ангельский круг медитации. Бобби качает головой.       — Когда Сэм умер, Дин сломался. Я был уверен, что потерял их обоих, но потом Дин вернул его, заключив сделку с демоном.       — Что?! — закричала Мэри рядом с ним, и это заполнило некоторые пробелы в истории, которую они слышали. Бобби ухмыльнулся.       — Видимо, это семейное. — Джон отвёл взгляд, как и Мэри. Никто из них не хотел об этом говорить. — А потом Дин умер, и Сэм сломался. Я действительно потерял их. Потом Дин вернулся, но Сэм… — Бобби грустно покачал головой. — За всю жизнь я видел только одного человека, который тоже так яростно хотел отомстить. — Бобби снова бросил на Джона многозначительный взгляд. — И Сэм это сделал. Он убил демона у которого был контракт Дина, но он был так поглощён местью, что не послушался своих инстинктов и позволил собой манипулировать. С одной стороны хорошо, что он это сделал, ведь если не это, он бы никогда не обрёл себя. Это сложно, и я думаю, что они смогут объяснить ситуацию лучше меня. — Бобби вздохнул. — Я уже столько раз терял их обоих, что когда Гейб принёс их ко мне домой после того, как Сэм открыл клетку, я знал, что не смогу отвернуться от них.       — Сэм открыл клетку? — спросил Джон в замешательстве, и Бобби снова вздохнул.       — Мальчики действительно должны сами тебе всё рассказать.       — Верно, мальчики. Михаил и Люцифер. — Джон нахмурился.       — Нет, твои сыновья. Сэм и Дин, — ответил Бобби не терпящим споров голосом. Резкий вдох вернул их внимание к ангелам. Мэг ходила рядом, но не вмешивалась. Он пока не был уверен, как она участвовала во всём этом. Внезапно вокруг ангелов начал кружиться свет, и Мэг быстро отступила назад.       — Закройте глаза! — крикнула она, направляясь в противоположную сторону комнаты и прячась за ящиками. Джон не мог отвести взгляда. Бобби, Эллен, Джо и Руфус повернулись спиной к ангелам и закрыли лица. Свет становился всё ярче и ярче, пока не стал болезненным. — Закрой глаза! — крикнула Мэг повторно, и на этот раз он послушался. Он крепко закрыл глаза и прижал Мэри к себе, чтобы закрыть её. Он не был уверен, что происходит, но было так ярко, что он почти мог видеть сквозь веки. Свет пульсировал один, два раза, а в третий раз это было похоже на взрыв. Свет погас так же быстро, как и появился. Он моргнул несколько раз, но вокруг мелькали только чёрные точки.       — Ты в порядке? — спросил он, и Мэри кивнула. — Что это была за фигня? — решил разузнать мужчина, осматривая комнату. Все, кроме людей, отлетели на несколько футов назад. Он сделал несколько ровных вдохов. Только когда он услышал, как Михали крикнул «Сэмми», он посмотрел на ангелов. Рафаил выглядел измотанным и покачивался на месте. У Гавриила было мрачное выражение лица, как и у Каса. Михаил выглядел обеспокоенным. Гавриил резко оглянулся, прежде чем щёлкнуть.

~~~

      Михаил оглядел каждого из своих братьев. Гавриил и Кас были полны решимости в случае необходимости снова погрузиться в разум Сэма, но Рафаил выглядел так, будто он потратил все свои силы. Каждый из них пристально смотрел на крошечную искорку благодати, всё ещё остававшуюся внутри Самаэля. Никто из них не знал, сработало ли это, но благодать по-прежнему была там, слегка пульсируя. Михаил попытался разбудить Сэма, но архангел до сих их пор не реагировал. Он услышал движение и поднял глаза, чтобы увидеть, как Мэг мрачно смотрит на их группу.       — Может быть, вам следует отвезти его домой. Сила может помочь подпитать его благодать. — Михаил вздохнул. Это не сработает, но это была хорошая мысль для демона. Он покачал головой.       — Это не поможет. Архангелы не привязаны к Небесам, как другие ангелы. Наша сила исходит изнутри. Именно поэтому Гейб не пал, будучи вдали от дома так долго. — Мэг посмотрела на него, как на идиота.       — Не небеса, идиот. — Чёрт, он реально был идиотом. Сэм набрался сил, забрав трон Ада. Это могло сработать. Остальные, видимо, тоже поняли о чём идёт речь. Гавриил быстро перенёс людей в карманное измерение, чтобы они никуда не могли деться. Они могут подождать, сначала им нужно устроить семейную встречу.       — Мы все идём, — сказал Гавриил, а на его лице появилась решимость. Рафаил покачнулся, и Гавриил протянул руку, чтобы поддержать его.       — Я не думаю, что прямо сейчас я смогу летать, малыш. — Гавриил кивнул и взлетел, крепко держа своего старшего брата. Кас летел прямо за ним. Михаил аккуратно подхватил Сэма на руки и последовал за ним. Они все приземлились в комнате Сэма в Аду. Мэг уже была там, суетясь и следя за тем, чтобы всё было идеально. Михаил осторожно положил Сэма на кровать, прежде чем лечь рядом с ним. Он крепко прижал брата к груди. Гавриил уложился с другой стороны от Сэма, но затем резко выругался, и сделал кровать шире. Рафаил и Кастиэль немного поколебались, прежде чем присоединиться к их стае. Михаил вздохнул. Даже когда Сэм был на грани смерти, он чувствовал себя более целым, чем за последние столетия.

~~~

      Джон вскрикнул, грубо приземлившись на пол. Эллен, Джо, Бобби и Руфус сидели на диванах, в то время как остальные только что выпали из воздуха.       — Какого хрена? — проворчал он, осматривая место, куда их перенесли. Они были в месте чем-то похожем на дом, но в нём не хватало нескольких очень важных вещей: дверей, окон и оружия. — Где мы?       — Полагаю, это карманное измерение Гавриила, — сказал Бобби со вздохом, и Джон наблюдал, как мужчина встал и начал ходить по комнате. — У Гейба фетиш на них. Не пытайся выбраться, ты всё равно не сможешь. — Джон сердито посмотрел на него. Это было абсурдно. Как что-то столь могущественное не может считаться монстром? Тим и Реджи уже искали способ выбраться. Стив просто подтянул колени к груди и начал трястись. Слабак. Уолт и Рой, как ни странно, выглядели опечаленными потерей клетки для хомяка.       — О, знаешь что? Держу пари, Гейб заполнил кухню! — Джо ухмыльнулась, вскочив на ноги и помчавшись к месту, которое выглядело как современная кухня. Дом представлял собой студию открытой планировки. Он видел несколько дверей, похожих на спальни или ванные комнаты, но ничего похожего на «внешнюю». Мэри тряслась рядом с ним. Она была такая же сбитая с толку, как и он сам. Эллен и Руфус уже нашли бутылку скотча и спокойно потягивали её.       — Как вы все можете быть такими спокойными, когда монстр запер вас в клетке в другом грёбанном измерении? — прорычал Джон, но в ответ получил лишь фырканье от Эллен.       — Если ты думаешь, что это клетка, Джон, то я бы не хотела видеть тебя там, где ты посадил своего сына.       — Он не мой сын.       — Конечно, твой. — Эллен сказала это так, будто это было самой очевидной вещью, а Джон был идиотом, раз не видел этого. — Слушай, когда мы узнали обо всём, мы тоже были насторожены. Даже напуганы. — Она покачала головой с мягкой улыбкой. — Но чем больше мы были рядом с ними, тем очевиднее становилось, что они всё ещё были просто Сэмом и Дином. — Мэри смотрела на неё недоверчиво. Как будто она просто не могла понять это. Джон и сам боролся с этим. Руфус хмыкнул в знак согласия. Тим вбежал обратно в комнату, от него волнами исходило разочарование.       — Во что ты нас втянул, Винчестер?       — Не смей так со мной разговаривать. Я тебя не заставлял!       — Ты сказал, что мы спасаем мир от дьявола! — крикнул Тим в ответ. — Я не подписывался на какую-то психопатическую ангельскую чушь. — Джон сердито посмотрел на него. — Всё, что мы от него получили, это какой-то грёбанный урок истории, который, вероятно, даже не был правдой!       — Что он тебе сказал? — спросил Бобби, возвращаясь в гостиную с бутылкой виски в руке. Джон хмыкнул и быстро пересказал то, что сказал им Люцифер. Бобби кивнул. — Насколько я могу судить, это всё правда. Михаил и Гавриил подтвердили это. На самом деле, они были теми, кто мне всё это рассказал.       — Как это произошло, Бобби? Как я родила дьявола? — спросила Мэри, еле сдерживая рыдания.       — Мы пытались сказать тебе, что ты этого не делала. У тебя были Сэм и Дин, которые, как оказалось, являются падшими ангелами Самаэлем и Михаилом. Самаэль никогда не был злым. — Мэри, казалось, немного успокоилась, но Джон не желал этого слышать.

~~~

      Ангелы уже несколько дней присматривали за своим братом. Ну, дней по меркам ада. Сэм всё ещё не шевелился, но его благодать неуклонно росла, благодаря чему Михаил чувствовал сильное облегчение. Они были так близки к потере Сэма… Как только Рафаил восстановил часть своей энергии, он начал исцелять Сэма небольшими порциями. Михаил знал, что им нужно поговорить, но для этого нужны были все они. Они будут ждать, пока проснётся Сэм. После первого дня Гавриил превратил кровать в нечто вроде гнезда. Теперь это была округлая кровать, достаточно большая, чтобы уместить их всех и ещё кучу одеял и подушек. Это напомнило Михаилу их гнездо стаи на Небесах. Один из них всё время оставался в физическом контакте с Сэмом. Обычно это были все они, но как минимум хотя бы один. Благодать Сэма теперь почти полностью исцелилась. В любую минуту он мог проснуться, и они снова станут семьёй.       По мере того как проходили адские дни, Михаил начал беспокоиться, что, может быть, что-то было не так. Наверху прошло уже две недели. Он знал, что в конце концов им придётся что-то делать с людьми, но Гейб заверил их, что карманное измерение хорошо снабжено. Михаил откинул волосы с лица Сэма. Несмотря на то, что Рафаил пытался успокоить его, беспокойство съедало его изнутри. Рафаил пытался убедить его, что просто нужно больше времени, чтобы разум и благодать Сэма исцелились. Но Михаил начал сомневаться в этом.

~~~

      Сэм медленно моргнул, открывая глаза. Его голова ощущалась как каша, но в остальном он чувствовал себя лучше, чем когда-либо до метки. Он мог чувствовать благодать своей стаи рядом в его… гнезде? У Сэма не было гнезда с тех пор, как он пал. Он знал, что крошечное тело, свернувшееся рядом с ним, было Гавриилом, и он попытался прижаться к нему поближе, но его сосуд пока не двигался как надо. Его благодать, искавшая свою паству, похоже, насторожила их, потому что Михаил внезапно оказался рядом, обхватив руками его и Гавриила.       — Сэмми? — спросил он, и Сэм кивнул.       — О, чёрт, наконец-то, — сказал Дин, крепче сжимая Сэма. — Я думал, что мы тебя потеряли.       — Что случилось? — Последнее, что Сэм ясно помнил, это то, как он находился в той камере в подвале отца, а потом были только обрывки воспоминаний клетки и мольбы о смерти.       — Ну, наш тупой папа решил запереть тебя, и ты застрял в своих воспоминаниях о клетке. Твоя благодать разрывала себя на части. — Оу. Сэм даже не знал, что это возможно. — Но мы нашли тебя, и Раф смог тебя исцелить. — Подожди, что? Рафаэль исцелил его? Он посмотрел на своего брата, который неловко поёжился, сидя немного подальше от остальных. Раф слегка улыбнулся ему.       — Я скучал по тебе, Рафи. — Его младший брат улыбнулся в ответ, и Сэм попытался приподняться, чтобы сесть. Его сосуд наконец начал подчиняться ему, но голова всё ещё была полна ваты.       — Я тоже скучал по тебе, Сэмми. — Сэм протянул руки и обнял младшего.       — Мне так жаль, Раф. За всё.       — Тебе не за что извиняться. Это я должен… — Сэм крепче обнял брата. — Я так запутался, — пробормотал он в рубашку Сэма.       — Всё хорошо. Теперь всё в порядке. — Сэм пытался успокоить его, но не был уверен, что это сработало.       — Нет, не хорошо. — Сэм потёр спину Рафаила, предлагая молчаливую поддержку.       — Нам нужно поговорить. Всем нам, — сказал Михаил, и Сэм почувствовал, как Раф вздрогнул. Сэм кивнул и убрал брата с колен. Остальные ангелы уселись в круг. Они не делали этого уже много лет. Таким образом они вели сложные дискуссии, когда их только создали. Сидя в квадрате, соприкасаясь коленями. На равных. Когда Кас вошёл в их стаю, квадрат превратилась в круг. Сэм улыбнулся. Он мысленно вернулся к разговору, который они вели в его голове, когда его благодать умирала. Михаил был прав. Они все были равны. Все были частью одного механизма. — Сначала самое главное, Раф, нам нужно узнать, откуда взялся этот апокалипсис. — Рафаил немного сжался, но кивнул.       — Когда ты упал, а Гавриил ушёл, я был в отчаянии. Я был слишком зол, чтобы слушать, и не помнил, что ты сказал. Я пошел к Джошуа, надеясь, что он узнает больше, но ты сам знаешь, какой он. — Сэм кивнул. Он знал, что ангел, который ухаживал за садом, был… странным. Иногда его было трудно понять. — Он сказал, что Отец сообщил ему, что всё идёт так, как должно. — Ладно, это подтверждает, что Отец знал об их планах. Если честно, Сэм не знал, как к этому относиться, но тот факт, что Отец на самом деле не хотел его смерти, немного успокоил его. — Но я не помнил плана! — выплеснул Рафаил эмоционально.       — Дыши, Раф. — Сэм знал, что его брату на самом деле не нужен воздух, но он надеялся, что это действие замедлит его. Рафаил сделал несколько медленных вдохов и благодарно улыбнулся Сэму, прежде чем снова заговорить.       — Я терял контроль, а ангелы паниковали.       — Почему ты не пошёл к Касу? — спросил Михаил, и Рафаил скривился от стыда.       — Он так старался утешить меня, но я был слишком сломлен. Каждый раз, когда я видел его, это напоминало мне о том, что я потерял. — Рафаил бросил на Каса извиняющийся взгляд. — Я никогда не прощу себя за то, что я сделал с тобой, малыш. — Кас выглядел так словно разрывался между гневом, замешательством и горем. Сэм положил руку на колено ангела, надеясь оказать ему поддержку, но он задавался вопросом, что случилось. Что Кас скрыл от них.       — Что ты сделал, Раф? — спросил Сэм, и даже он мог услышать гнев в его голосе. Целитель поморщился.       — Наоми пришла ко мне. В тот момент я, должно быть, уже в тысячный раз накричал на Кастиэля, чтобы он оставил меня в покое, и переместил его обратно в казармы гарнизона. Должно быть, она специально выбрала именно этот момент, чтобы прийти ко мне. Она сказала, что может помочь. Сделать так, чтобы Кастиэль больше никогда не ослушался меня. Я согласился на что угодно. Я до сих пор не знаю, что она сделала, чтобы держать ангелов в узде, но я заметил изменения. Все гарнизоны стали более жёсткими и формальными. Они перестали ухаживать друг за другом, перестали иметь гнезда и стаи. Я должен был прекратить это, но мне было просто всё равно. — Сэм почувствовал, как растет его гнев, и знал, что его глаза светятся ярко-красным. Температура упала, и он почувствовал, как демоны в аду начали съеживаться.       — Перевоспитание, — прошептал Кас, и если бы они не были ангелами, Сэм был уверен, что они вообще его не услышали бы. Сэм резко повернул голову в сторону, чтобы посмотреть на самого младшего в их стае.       — Что, Кас? — спросил Михаил, и Сэм понял, что он едва сдерживает свой гнев.       — Она называла это перевоспитанием. Всякий раз, когда кто-то думал о неповиновении, нас отправляли на перевоспитание. Я не помню многого из того, как это было, но я помню как это было больно.       — Ты хочешь сказать мне, что Кас был первым ангелом, с которым это сделали? — Ярость Сэма росла с каждой секундой. — Ты позволил им насильно изменить память члену нашей стаи, потому что ты не хотел иметь с ним дело?! — закричал Сэм, его крылья развевались за его спиной. Рафаил снова отпрянул под тяжестью ярости Сэма.       — Я горевал! — попытался защититься Рафаил, но Сэм не слушал.       — Он был нашей ответственностью! Ты должен был быть рядом с ним! Он всё ещё был на связи с Гейбом и рассказал бы тебе всё, если бы ты просто послушал!       — Сэмми. — Крик Каса был единственным, что пробралось через его ярость. Он посмотрел на своего птенца и увидел в его глазах только печаль. — Ссориться из-за этого теперь не имеет смысла. Теперь всё кончено, и ангелы всё исправили. Мы только что вернули нашу паству, пожалуйста, не рушь всё из-за меня. — Сэм тяжело дышал и только сейчас понял, что его клинок находился в его руке. Он был готов атаковать. Он действительно собирался убить своего младшего брата? Неужели у него ещё были силы злиться на него после всего, что он сделал? Он знал, что горе может подтолкнуть на ужасные поступки. Знал, как оно может заставить тебя сделать то, что ты никогда не считал возможным. Он бросил клинок на пол и снова присел, закрывая лицо руками.       — Мне жаль, Раф. — Рафаил кивнул и выглядел таким же подавленным, как Сэм.       — Не надо. Я этого заслуживаю.       — Нет, не надо. — Сэм фыркнул. — Не то чтобы у меня было право говорить что-то подобное. — Гавриил и Михаил недовольно смотрели на них, но оба, похоже, решили пока отпустить момент самоунижения.       — Теперь мы знаем о перевоспитаниях, но откуда взялось пророчество? — спросил Михаил, направляя их разговор обратно в продуктивное русло.       — Джошуа не помог, Каса я уже отослал, и единственный оставшийся человек, который, как я думал, мог иметь представление о затее отца, был тем, кто напрямую общался с Отцом. — Конечно. Почему они не подумали о нём раньше? Маленький придурок, который всегда считал себя более важным, чем он был на самом деле.       — Метатрон? — спросил Гавриил, наклонив голову набок.       — Этот придурок? — повторил Михаил хором, и Сэм почувствовав, как гнев всех ангелов снова начал подниматься.       — Метатрон, — подтвердил Рафаил. Эта чёртова блоха. Сэм сразу понял, кого имела в виду Смерть. — Я пошёл к нему и спросил, знает ли он что-то о плане Отца. Он сказал, что знает, но ему придётся всё записать для меня. Когда я вернулся, он рассказал мне эту фантастическую историю о двух братьях, которые любили друг друга, но были обречены на битву. Он рассказал мне все шаги, чтобы освободить Люцифера из клетки. Всё, что нужно сделать, и то, что когда всё закончится, Отец обещал рай. — Сэм зарычал. Метатрон был коварным маленьким засранцем, который всегда ненавидел Самаэля. Но он так и не смог понять почему. — Я поверил ему. Его слова звучали достаточно близко к тому, что я помнил из рассказа Михаила. Зачем мне идти против того, что приказал Отец? Только теперь я понимаю, что история Метатрона никогда не пришла от Отца, — закончил свой рассказ Рафаил со всхлипом, и Сэм почувствовал каждую частичку скорби своего младшего брата. Его сожаление. — Я стольким причинил вред.       — Это не твоя вина, Раф. Ты не мог знать, что Метатрон даст тебе ложное пророчество.       — Почему ты не искал меня? — спросил Гавриил, нарушив молчание, в которое они погрузились.       — Я искал. И нашёл. — Рафаил фыркнул, и на его лице появилась кривая улыбка. — Ты был… занят. — Сэм в замешательстве посмотрел на своих братьев. — Там вроде был какой-то светловолосый человек. — Оу. Сэм рассмеялся, когда Гавриил покраснел. — Я думал, что ты понял, что я там, поэтому я ушёл, думая, что ты найдёшь меня, когда… закончишь.       — Я не знал, Раф. Мне так жаль. — Они снова погрузились в молчание, но на этот раз оно было более комфортным.       — Что нам делать с мамой и папой? — спросил Сэм, понимая, что им придётся с этим разобраться.       — Мы всё им расскажем. Хорошее, плохое, странное. Всё. — Сэм фыркнул.       — Ага, я уже попробовал. Они мне не поверили.       — Значит мы расскажем им снова. Если они не захотят быть частью нашей жизни, то это их выбор. — Сэм кивнул, неловко соглашаясь с решением брата. Он извинился и отошёл, чтобы проверить Мэг и Кроули. Убедившись, что всё по-прежнему идёт хорошо, он вернулся в свои покои и махнул рукой, чтобы надеть новую одежду. Михаил и Гавриил сделали то же самое. Когда они были готовы, они взлетели и приземлились в карманном измерении. Большинство людей вздрогнули, но Бобби бросился вперёд и крепко обнял Сэма. Сэм растворился в теплоте отцовских объятий.       — Я в порядке, Бобби. Всё хорошо, — успокоил он своего приёмного отца и отстранился. Следующей крепко его обняла Эллен. Она отстранилась, и Сэм улыбнулся, заметив, что она вытирает лицо, стоя к нему спиной. Он повернулся к остальным в комнате. Михаил сделал шаг вперёд и обратился к дополнительным охотникам.       — Нам нужно провести семейное собрание. Гавриил отправит вас обратно, но знайте: если вы когда-нибудь снова подумаете напасть на одного из моих братьев и сестёр, остальные из нас не будут сидеть сложа руки. — Охотники съёжились, но быстро кивнули, соглашаясь с условиями. Сэм ухмыльнулся, Дин теперь был в полном режиме старшего брата. Гавриил щёлкнул и вернул их обратно в реальный мир. Джо, Эллен и Руфус согласились пойти с ними, чтобы убедиться, что они мирно покинут поместье. Джон и Мэри всё ещё стояли в оборонительной позе, готовые к атаке. Сэм наблюдал, как Дин вздохнул и плюхнулся на диван. Бобби подтянул стул, пока Гавриил щёлкнул и материализовал ещё один диван для себя, Каса и Рафа. Сэму пришлось сидеть с Дином, а третий диван для Джона и Мэри стоял напротив них. Но никто из них, похоже, не хотел садиться.       — Ребята, это длинная и эмоциональная история. Будет проще, если вы сядете, — сказал Дин, махнув рукой в ​​сторону пустого дивана.       — Что ты нам расскажешь? Ещё одну слезливую историю о том, что это не вина дьявола? — Сэм поморщился, но остался смирно сидеть.       — Нет, я думаю, нам стоит начать с середины. Мы начнём с того, что произошло после твоей смерти, — сказал Сэм, глядя Джону в глаза. Старший охотник фыркнул, но сел, подтягивая за собой Мэри. Сэм задавался вопросом почему его мать так покладиста во всем, что делает Джон. Истории, которые Дин рассказывал ему о том, что он помнил о ней, не были… этим. Может, она сломалась, узнав, что она породила Сатану?       — Ладно. Начинай говорить. — Сэм посмотрел на Дина, зная, что Джон с большей вероятностью поверит в историю, если её расскажет именно он.       — Итак, э-э… после твоей смерти мы продолжили охоту. Искали Азазеля, но в середине этого он похитил Сэма и всех других особенных детей. Устроил им своего рода королевскую битву на выживание. — Дин тяжело сглотнул. — Сэмми умер. Я как бы… потерялся. В итоге я заключил собственную сделку с демоном, чтобы вернуть его, но мне дали только год. Мы начали охоту на демона, у которого были все контракты, чтобы попытаться разорвать сделку, но это не сработало, и я попал в ад. — Сэм знал, что ему придётся продолжить рассказ, но он действительно не хотел этого делать. Он ёрзал на своем месте и держал голову опущенной. Сейчас он не мог смотреть на своих родителей.       — Когда Дин умер, я пытался заключить собственную сделку. Но никто не соглашался. Я э-э… я пытался… — Сэм облизнул губы, думая, как сказать то, что нужно было сказать. — Был один демон по имени Руби. — Он услышал, как Мэри испуганно вдохнула, а Джон выругался. — Когда мы убили Азазеля, он уже открыл врата ада. Руби, должно быть, выбралась оттуда. Она сказала, что хочет нам помочь, и она это сделала. Несколько раз спасла наши жизни. По какой-то грёбанной причине я доверял ей. Я был экстрасенсом. Предсказателем, телекинетиком, возможно, чем-то ещё. Когда в младенчестве Азазель пролил на нас свою кровь, это изменило нас.       — Вот что он сделал? — прорычал Джон, и Сэм сильнее сжался. Он кивнул и подождал, пока Джон перестанет ругаться.       — Другие дети, с которыми он это сделал, могли бы развить все эти силы, которые были у других, если бы они поддались этому. Я никогда этого не делал. Я был единственным, кто остался в живых после того, как мы убили Азазеля. — Он глубоко вздохнул, зная, что он прыгает с места на место в этой истории и ему нужно успокоиться. — В любом случае, когда Дин умер, Руби сказала мне, что я могу использовать эти силы, чтобы спасти его из ада. Так что я начал учиться их использовать. Я мог изгонять демонов силой разума. Когда Дин вернулся из ада, я остановился, но не мог отпустить эту потребность убить Лилит. — Сэм грустно покачал головой. — Они сказали нам, что это был апокалипсис. И ангелы, и демоны. — Сэм увидел, как Рафаил слегка поник, а Гавриил положил руку на спину брата, успокаивая его. — Сказали, что Лилит пыталась сломать последнюю печать, которая открыла бы клетку Люцифера. Я думал, что поступаю правильно. Что остановлю этот беспорядок, но в итоге, убив Лилит, я открыл клетку. На самом деле там должен был быть я, но это была просто моя благодать. Тогда я и восстановил связь со своей благодатью. Дин не понимал, что случилось, пока не появился Гавриил и не объяснил всё. Им потребовалось много времени, чтобы снова доверять мне. — Сэм слегка улыбнулся воспоминаниям.       — Как только Гейб объяснил, что произошло, мы отправились на поиски моей благодати. — Дин легко пожал плечами, словно это была мелочь. — Вообще, всё началось давным-давно, Отец сказал мне «делать свою работу». Моя работа всегда заключалась в том, чтобы заботиться о моих братьях. Когда Самаэль терял себя из-за метки, мы знали, что нужно что-то делать. Гавриил и я придумали план, как исцелить Самаэля. Мы забрали его благодать, и он упал на землю и переродился как человек. Я упал вскоре после этого, и мы перерождались, пока не стали Сэмом и Дином. Как ни странно, мы родились в наших истинных сосудах.       — Что это значит? — спросила Мэри осторожно. Все братья переглянулись, прежде чем снова обратить внимание на сбитых с толку людей.       — Когда Отец впервые создал людей, он сказал, что однажды родится человек, который будет идеальным вместилищем для каждого архангела. — Сэм нервно вздохнул, теребя край рубашки.       — Ангелы не могут ходить по земле в своей истинной форме. Мы сделаны из разных материалов. Ангелы — это смесь света и длины волн. Простой взгляд на нас может выжечь глаза человеку. Но Отец хотел, чтобы мы могли наслаждаться землёй, поэтому он сказал, что создаст нам людей, которые будут любить и принимать нас. Мы будем жить в мире и гармонии с человеком. Думайте об этом как о наличии ангельской родственной души. Сэм и Дин Винчестер всегда были бы сосудами Самаэля и Михаила. Это родословная, которая может выдержать нашу силу.       — Значит, ангелы вселяются в каких-то бедолаг? — Джон бросил сердитый взгляд на других ангелов. Кас нервно пошевелился.       — Мой сосуд Джимми был очень набожным человеком, который осознанно на это согласился. Когда Отец воскресил меня, внутри сосуда был только я. Джимми обрёл покой на небесах. — Рафаил грустно улыбнулся.       — Мой был неизлечимо болен и принадлежал к правильной родственной линии. Он умолял об отдыхе и возможности снова увидеть свою вторую половинку. Я отправил его душу на небеса, как только получил согласие. Мой истинный сосуд ещё очень молод. — Джон всё ещё выглядел так, будто не был доволен ответом, но всё равно кивнул. Следующие несколько часов они провели, изучая истории, объясняя, как всё привело их к этому моменту. Это было долго и эмоционально, но они справились. Сэм чувствовал себя истощённым после этого и знал, что его брат, должно быть, чувствовал себя так же.       — Я знаю, что у вас ещё много вопросов, и мы на них ответим. Но мой вопрос в том, можете ли вы принять нас такими, какие мы есть на самом деле? Даже если мы не люди? — Вопрос Дина долго висел в воздухе. Они никогда не сомневались в Бобби, поэтому вопрос даже не был адресован ему. Сэм наблюдал, как Джон и Мэри обменялись взглядами, прежде чем заговорил его человеческий отец.       — Думаю, нам понадобится время.

~~~

      Самаэль готовился впервые после своего второго суда прибыть на Небеса. Он чувствовал себя как комок нервов и был не совсем уверен, как всё пройдёт. Прошло шесть месяцев с момента разговора с Джоном и Мэри, после которого они немедленно приступили к охоте на Метатрона. Им не потребовалось много времени, чтобы отыскать Метатрона в каком-то индейском племени. Трудно было спрятаться от четырёх разозлённых архангелов. Дела в их пастве стали намного лучше. Рафаил сделал публичное заявление всем ангелам, что берёт на себя ответственность за свои действия. Он также объявил, что уходит от руководящей должности, которую он имел как архангел, чтобы дать себе время на исцеление. Сэм знал, что Гавриил был рад рассказать и показать их брату всё о земле и людях. После объявления Сэм снова восстановил связь с войском. Реакция была неоднозначная. Многие ангелы по-прежнему нервничали из-за его присутствия, но не осмелились пойти против командира.       Сегодня был день суда Метатрона.       Сэм взлетел и приземлился посреди личных покоев архангелов. Гейб, Михаил и Рафаил уже ждали его. Он обнял свою паству, пока они готовились к значимому суду. Они впервые будут выносить приговор без участия Отца. Он уже закончил свою часть приготовлений, но всё ещё был взволнован. Кас вошёл мгновением позже, быстро обнял Сэма, и объявил, что все ангелы готовы. Они вышли из своей личной комнаты и направились в Большой зал. Это было неловко. Многие ангелы беспокойно заёрзали, увидев Самаэля. Он старался не дать этому задеть его. Когда Михаил подошёл к трибуне и начал говорить, Сэм старался сосредоточиться на своём брате, а не на своих нервах.       — Небесное воинство, вас здесь собрали, чтобы вы стали свидетелями вынесения приговора предателю. Без Отца, который будет выносить приговор, всё будет происходить немного иначе. Ангел, обвиняемый в преступлениях против воинства, будет тщательно исследован и оценён каждым архангелом и тремя серафимами. Они предстанут перед войском, и каждый следователь вынесет свой собственный вердикт. Ангел будет изгнан или наказан соответственно. Это гарантирует, что все получат справедливое наказание. — Все ангелы кивнули, и среди них послышался шёпот. Сэм чувствовал их восторг от изменений. Что у них будет представительство и ангелов не смогут ложно обвинить.       — Метатрона обвиняют в выдаче ложного пророчества за Слово Божье. — Среди ангелов раздались ахи, когда они услышали обвинения. — Он сознательно сфальсифицировал пророчество об апокалипсисе и передал его архангелу Рафаилу в виде приказа Отца. Он планировал спровоцировать драку между мной и Самаэлем, но не знал об истинном плане, который свёл на нет его попытки. — Сэм слегка фыркнул и покачал головой. Никогда в жизни он не представлял, что Дин может так дипломатично разговаривать. Он знал, что Дин не был глуп, но он всегда был склонен намеренно преуменьшать свой интеллект. Услышав, как он использует слово «сфальсифицировал», он почти рассмеялся. Гавриил, наверное, с ним согласился, если локоть, который он получил в бок, был каким-то знаком. Михаил обернулся, чтобы посмотреть на них, но его взгляд быстро превратился в ухмылку. — Приведите обвиняемого. — Метатрона привели в зал. Его тощий маленький сосуд шаркал в наручниках.       — Метатрон, ты знаешь, в чём тебя обвиняют?       — Откуда ты знаешь, что я не прав? Я же писец, в конце концов! — Высокомерие Метатрона не знало границ. — Кроме того, это был бы гораздо лучший финал, если бы ты просто сыграл свою роль и убрал раздражающую занозу в заднице, которую ты называешь братом. — Ангелам становилось не по себе, слыша, как кто-то разговаривает с архангелами таким образом. Никто не проявлял к ним неуважения, даже с Самаэлем так не разговаривали.       — Осторожнее, Метатрон, — предупредил его Михаил. Его тон звучал угрожающе.       — Что ты вообще имеешь против Самаэля? — спросил Гавриил, наклонив голову почти так же, как это сделал Кас.       — Этому куску дерьма всё сходит с рук! Он буквально восстал против Бога, но всё равно остался золотым ребёнком! Прекраснейшим созданием! — Сэм поморщился. Он действительно не считал себя тем, кому всё сходит с рук, золотым ребенком или прекрасным. Может быть, когда-то давно, но теперь его крылья были буквально пропитаны кровью.       — Так ты сделал всё это, потому что ты… ревновал? — спросил Гавриил недоверчиво. Метатрон не ответил, просто попытался скрестить руки на груди, прежде чем понять, что это не сработает. Михаил прочистил горло.       — Ты осознаешь, в каких преступлениях тебя обвиняют. Кастиэль, Серафим, лидер гарнизона, каков твой вердикт? — Кас шагнул вперёд, чтобы посмотреть на Метатрона.       — Виновен.       — Бальтазар, Серафим, Второй гарнизон?       — Виновен.       — Ион, Серафим, Отряд разведки?       — Виновен.       — Гавриил, Посланник, архангел четвёртого рождения?       — Виновен. — Гнев Гавриила был ощутим, когда он давал свой ответ, и Сэм протянул крыло, чтобы попытаться успокоить его.       — Рафаил, Целитель, архангел третьего рождения?       — Виновен, — ответил Рафаил с холодом. Сэм никогда не слышал чтобы голос его брата был таким.       — Самаэль, Утренняя Звезда, архангел второго рождения? — Сэм посмотрел на Метатрона, почти чувствуя себя виноватым за парня.       — Виновен. — Лицо Метатрона побледнело, когда он понял, что пощады не будет. Никто не придёт ему на помощь.       — Я, Михаил, Командир Небес, архангел первого рождения, признаю тебя виновным. Твои преступления навредили не только Воинству, но и людям. Если бы твой план действительно сработал, творение Отца прекратило бы своё существование. Ты приговорён к заточению в клетке, которую Отец построил, чтобы держать ангела, который уничтожит мир. Может быть, со временем мы пересмотрим твой приговор. — С этими словами Михаил открыл дверь в клетку позади Метатрона. Ангел начал паниковать, но ему некуда было бежать. Гавриил резко дёрнул за цепи, связывающие Метатрона, в то же время, Михаил оттолкнул ангела назад. Сэм поморщился, вспомнив, что совсем недавно он был тем ангелом. Он пытался убедить их, что наказание было слишком суровым, но его братья сказали, что это должно быть использовано как урок. Что другие ангелы должны знать, что наказание за фальсификацию Слова божьего будет суровым. Сэм смирился и согласился внести свой вклад. Сэм снял с клетки очищающее заклинание Михаила. Будучи королем Ада, он единственный мог это сделать. Он наложил ещё одно заклинание наказания на клетку, готовясь к заточению Метатрона. Не настолько жестокое как то, которое было на клетке во время его заточения, но всё равно подвергнет его некоторым наказаниям. Когда дверь закрылась, Сэм вздохнул с облегчением. Находясь рядом с клеткой, он всегда чувствовал себя неуютно.       — Повеселись, блоха. — Михаил ухмыльнулся, прежде чем отпустить ангелов. Архангелы и Кас вернулись в свои личные покои, чтобы провести время со своей стаей. Михаил был полон решимости хоть как-то улучшить этот день. — Ты в порядке? — спросил Михаил, садясь позади него и начиная расчёсывать крылья Сэма.       — Да. — Он кивнул, но его благодать всё ещё чувствовала некоторое напряжение. Другие братья быстро присоединились к ним, и Сэм ярко улыбнулся. Да, он был в порядке.

~~~

      В конце концов, Джон и Мэри продолжили охотиться и использовать поместье Кэмпбеллов в качестве базы. Они наконец-то достаточно расслабились, чтобы иногда находиться рядом с Дином, но всё ещё не были готовы увидеть Сэма. И его это устраивало. Он уже смирился с тем, что его человеческие родители никогда не примут его таким, какой он есть. В любом случае, они были ему не нужны. У него была его стая. Гавриил таскал Рафа и Каса по всему миру, чтобы они испытали лучшее и худшее в человечестве. Сэм постоянно получал обновления через их связь. Несколько раз он даже неожиданно начинал смеяться во время собрания, за что получал парочку непонимающих взглядов со стороны своих демонов. Дела на Небесах снова наладились. Ангелы снова создавали стаи, а Михаил работал над созданием системы, чтобы души на Небесах могли видеться друг с другом. Ад тоже прогрессировал. Все демоны подчинялись приказам Сэма, и каждое внесённое им изменение теперь выполнялось легко и непоколебимо. Мэг и Кроули наконец-то начали хорошо работать вместе после сложного старта.       Сэм прилетел к Бобби на их еженедельный семейный ужин. Его братья уже были там, и Бобби снова готовил чили. Дин передал ему пиво, и он не был уверен, почему он всё ещё пил его, но это была привычная рутина, которую они никогда не нарушали. Гавриил и Дин пытались научить Рафа и Каса играть в покер и объяснить тому почему нужно блефовать. Кас казался очень смущённым этим аспектом игры, и Сэму пришлось сдерживать свой смех не один раз. Прохладный ветерок дул по кухне, нежно лаская каждого ангела. Сэм поднял глаза, ощутив знакомое присутствие, которого он так давно не чувствовал. Ветерок принес кусок пергамента, который приземлился на середину стола. На нём красивым почерком был написан какой-то текст. Глаза Михаила комично расширились, когда он благоговейно прочитал записку, а затем передал её Сэму.       Я так горжусь вами.       Сэм почувствовал, что его глаза начинают слезиться, и попытался сморгнуть слезы. Он передал записку Гавриилу. У каждого ангела была своя реакция на записку, но ни один из них не был не тронут ею. Отец не только одобрил то, что они сделали, но и гордился ими. Его глаза встретились с глазами Дина, и тогда он понял, что независимо от того, с чем они столкнутся, пока они вместе, всё будет хорошо. Он почувствовал, как его губы изогнулись в улыбке, когда Дин начал сдавать следующую партию.       Да, с Сэмом всё будет хорошо.