Часть 10

      Каин касался губ Харриет легким, едва уловимым прикосновением; смотритель осознавал всю силу своего желания и страсти по отношению к девушке, но сдерживал себя, чтобы не испугать ее. Он поддерживал Харриет за талию, ощущая нежность и хрупкость девушки, и желал бы обнять ещё крепче, прижать к себе, но понимал, что резкие проявления страсти могут оттолкнуть её. Этого Каин совершенно не хотел. С самой первой встречи, с того самого вечера, когда он спас Харриет, смотритель сразу почувствовал к ней невероятное влечение. Когда она находилась совсем рядом с ним, в том глухом переулке, Каину хотелось прижать её к стене здания, не давая возможности сопротивляться и зацеловать так, чтобы ей не хватало дыхания.       Но он сдержася тогда, потому что ощутил особую, чистую энергию, исходившую от девушки. Смотритель прекрасно улавливал малейшие изменения энергетики и духовных сущностей, и людей, буквально "сканируя" настоящую природу того, кто находился перед ним. И в Харриет было что-то, подобное сверкающему источнику света, который проникал сквозь самую глубокую тьму. Даже сильный стресс, испуг от атаки темной души не мог нивелировать это ощущение. А появление Йена, его особое отношение к Харриет только подтвердило догадки смотрителя. Ведь охотники также могли безошибочно определить, насколько чиста душа определенного человека. И если Йен, в его стремлении ко всему духовному и светлому так трепетно относился к девушке, значит, он действительно видел в ней что-то особенное, уникальное и ценное. Каин и сам испытал на себе воздействие мягкой, лёгкой, как весенний ветер, энергетики Харриет.       Рядом с ней он понимал, что попадает в иное, совершенно новое для него измерение спокойствия и умиротворения. Ее нежное и теплое присутствие оказывало удивительное влияние на его беспокойную натуру. Ему нравилось в девушке всё - и её скромность и сдержанность, и то, когда Харриет хмурилась и сердилась, когда мужчина вёл себя пренебрежительно и саркастично по отношению к Йену. Смотритель сам подсмеивался над собой: впервые ради расположения девушки он сдерживался в разговорах с охотником. Конечно, полностью прекратить подкалывать своего "праведного" друга он не мог, но избегал доводить ситуацию до прямого конфликта.              Харриет тонула в поцелуях мужчины — легкие, почти невесомые касания его губ, несущие нежность и тепло вызывали в ней сильный трепет и ранее неизведанные, волнительные эмоции. Необычайно сильный, чарующий магнетизм Каина обволакивал девушку, рождая желание подчиниться его воле. Харриет чувствовала, что ласки мужчины пробуждают в ней такой отклик, такое влечение, которые она даже не осмеливалась признать в себе. Его прикосновения и поцелуи заставляли забыть обо всем, кроме этого странного, но невероятно сильного притяжения.       Вдруг Каин слегка отстранился от её губ, но только для того, чтобы опуститься поцелуями к шее девушки. Его дыхание прикасалось к ее нежной коже, вызывая дрожь по всему телу. Магия его ласк становилась для девушки источником новых ощущений, которые она не могла контролировать и не хотела остановливать. Поцелуи Каина уносили её за грань привычной реальности, было что-то потусторонее в его чувственном шепоте, его прикосновениях, его взгляде. Харриет казалось, что она видит нечто особенное в глазах смотрителя: неподдельную глубину чувств, влечение, желание и жажду близости. И в то же время он не проявлял нетерпения, резкости, продлевая эти волшебные моменты первых поцелуев, наполненных особым трепетом.       Смотритель медленно остановил свои ласки, давая Харриет чуть прийти в себя.       — Каин... - девушка хотела что-то сказать, но от волнения не получалось облечь мысли в нужные слова. Взгляд мужчины касался самого её сердца, она видела в его глазах восхищение, искреннюю нежность, и что-то ещё, всеобъемлющее и прекрасное.       Каин тронул ладонью её лицо; чувствуя тепло его руки Харриет замерла, настолько много близости было в этом простом жесте.       — Ты веришь мне, роза? - до затуманенного сознания Харриет донесся голос мужчины.