Часть 1

Лиф всегда не любит просыпаться по ночам. Сколько себя помнит. Ночью образы становились ещё более пугающими и реальными. Поэтому, когда её глаза открываются, и взгляд падает на часы, показывающие три часа ночи, она горестно вздыхает.        — Чёрт… — тихо шепчет девушка, осмотрев комнату и тут же пожалев об этом, ведь тревожность начинает тут же давать о себе знать, напоминая о том, что она забыла выпить таблетку. Посмотрев на мирно спящего рядом Ди, Лиф решает тоже уснуть, невзирая на нарастающую волну тревожности. Может это поможет? Она дальше уснёт и это не даст просочиться в сознание тому, чего не существует на самом деле? Лиф крепко зажмуривается, когда в темноте мелькает пугающий образ. «Нет-нет-нет-нет, только не снова!» — лихорадочно бьётся в голове, пока сердцебиение только начинает набирать обороты. Лиф сжимается в напуганный комочек, чувствуя как паника всё нарастает и нарастает, а дыхание становится тяжелее. Когда уже начинает откровенно не хватать воздуха, Лиф распахивает глаза, и пугающие образы тут же беспощадно захватывают её сознание. Обыкновенные шторы в их спальне превращаются в пугающие, грозные фигуры, а обыкновенный узор на обоях жутко тянется к ней, будто желая задушить. Когда жуткий монстр, пролетевший по потолку, чуть не заставляет её вскрикнуть, Лиф твёрдо понимает: ей нужна таблетка, причём срочно. Девушка откидывает одеяло и аккуратно, насколько это возможно в её состоянии, выскальзывает с постели, чтобы не будить Ди. Лиф не хочет его беспокоить своим очередным приступом. Путь по коридору к ванной, где должны быть спасительные таблетки, длится, кажется, целую вечность. И весь путь Лиф кажется, что вокруг так и норовят столпиться монстры, которые хотят её схватить. Они будто следуют за ней, наблюдают из-за углов, от чего паника только усиливается.        — Этого всего нет… — шепчет Лиф, в очередной раз заметив пару сияющих, жутких глаз, — это всё в твоей голове… Самовнушение нисколечки не помогает, но Лиф на дрожащих ногах всё же доходит до ванной, испуганно забежав туда, когда обычная тень становится руками, что чуть не касаются её ног. Она бросается к шкафчику и дрожащими руками начинает лихорадочные поиски.        — Где же… — в панике шепчет девушка, шаря рукой в глубине шкафчика, — где же они… Спасительная баночка с таблетками оказывается в руке, но жуткие глаза и улыбка, замеченные среди обычных лекарств, заставляют Лиф испуганно вскрикнуть, уронить таблетки и забиться в угол, опустившись по стене на пол. Тень из-под ванны угрожающе надвигается к ней и это добивает девушку. Она прячет лицо в руках и от беспомощности начинает плакать. Лиф безумно устаёт видеть всё это с самого детства. Её уже тошнит от этих чёртовых таблеток. И она до сих пор не может к этому привыкнуть. Лиф желает выдавить себе глаза, чтобы больше уже никогда не видеть эти причудливые образы и монстров, которых на самом деле нет.        — Идите к чёрту, — беспомощно приговаривает она, — сгиньте нахрен… Спазмы паники продолжают сжимать горло, мешая дышать…        — Лиф, — знакомый и родной голос вытаскивает Лиф из вихря пугающих видений, возвращая в реальность. Лиф узнаёт голос Ди, знает, что это его руки нежно притягивают её к нему в успокаивающие объятия, но открыть глаза для неё всё равно непосильная задача. Одна лишь мысль об этом вызывает животный ужас.        — Лиф, я здесь, — приговаривает тем временем Ди, поглаживая жену по спине, — всё хорошо, сконцентрируйся на мне, а не на этом дерьме, дыши со мной. Лиф цепляется за его голос, за тепло и за ощущение его прикосновений к себе. Она начинает дышать вместе с ним. Ди грустно вздыхает, этого стоило ожидать после переезда на новую квартиру. Ему всегда печально видеть любимую жену в таком состоянии. Ещё больше удручает то, что невзирая на всю прочитанную информацию по апофении, он всё равно толком не может ей помочь…        — Ну, готова открыть глаза? — мягко спрашивает он, когда Лиф в его объятиях более-менее успокоилась. Услышав вопрос, Лиф отчаянно мотает головой в знак отрицания. На что Ди подбирает таблетки, положив их в карман, а затем подхватывает жену на руки, направляясь на кухню. Лиф цепляется за его футболку, уткнувшись лицом в плечо мужа.        — Спасибо, — тихо говорит она.        — Всегда пожалуйста, — отвечает Ди. Когда они заходят на кухню, Ди аккуратно усаживает Лиф на стул и ставит чайник, и лишь звуки успокаивающей рутины наконец-то успокаивают её окончательно, и она решается открыть глаза. Пугающие образы больше не беспокоят. Они затаились, будто испугавшись света и находящегося рядом Ди.        — Сейчас всё будет в порядке, — Ди разбавляет холодную воду кипятком, — выпьешь таблетку и тебе полегчает. В душе Лиф поднимается раздражение.        — Хватит! — резко взрывается она. Ди непонимающе смотрит на неё.        — Хватит уже делать вид, что всё в порядке и это норма! — продолжает кричать Лиф, — я знаю, что когда-то и тебе надоест со мной возиться! Потому что никто не в состоянии долго терпеть рядом ебанутого человека! Я сама себя с трудом выдерживаю!        — Лиф… — Ди успокаивающе протягивает к ней руки, он не злится на неё в ответ, ведь знает, как ей тяжело и что на самом деле она так не думает. — Ты же прекрасно знаешь, что всё совсем не так, — терпеливо добавляет он. Осознав свои только что сказанные слова, Лиф в ужасе прикрывает рот ладонью. В душе поднимается вина и раскаяние. Иногда она ненавидит себя за такое, Ди искренне заботится о ней, а она… В следующую секунду она подрывается и в очередной раз принимает успокаивающие объятия Ди.        — Прости меня, — говорит она в плечо мужа, — просто я действительно боюсь того, что тебе и правда когда-то надоест доказывать всем, что твоя жена не ебанутая, а просто… Со слишком сильным воображением. Ди тихо смеётся и целует её в макушку.        — Во-первых: мне похуй на мнение людей, — с уверенностью говорит он, — во-вторых: за столько лет наших отношений ты должна была понять, что таким меня точно не сломить. Лиф хихикает и крепче прижимается к нему.        — Ты единственный, кто понимает, как тяжело мне приходится, — с благодарностью говорит она, — и я ценю это. Лиф отстраняется, берёт стакан с водой и таблетку, и принимает своё лекарство. Её лицо на мгновение грустнеет, когда она отставляет стакан на мойку.        — Я так устала с самого детства видеть то, чего нет, Ди… — грустным голосом продолжает Лиф, — иногда мне кажется, что я когда-нибудь окончательно сойду с ума… Всю жизнь от меня все шарахались, шушукались за спиной, не хотели дружить и общаться, потому, что считали странной, даже пугающей… Ты и Хэви первые, кто смог увидеть во мне нечто большее, чем мою особенность, и стать моими первыми в жизни друзьями, а ты потом смог ещё и полюбить меня, невзирая на все мои странности. Благодаря тебе и твоей семье я не одинока, Ди… Ты моё спасение… В сердце Ди что-то вздрагивает, и он вместо слов просто заключает её в очередные объятия, которые окончательно прогоняют все кошмары и тревоги.        — Ты никогда не будешь одна, Лиф, — говорит он, на что Лиф тепло улыбается.        — Я знаю, — просто отвечает она, — когда-то я завидовала Хэви, что у него такой крутой старший брат, а теперь я счастлива, что этот самый брат стал моим мужем. Самым лучшим в мире мужем… Ди чувствует, что его щёки в очередной раз покрываются густым румянцем. Кажется, даже в браке он не перестанет всякий раз смущаться от её комплиментов.        — Ну… Я это… Не… — Ди смущённо заикается, прежде, чем сказать, — спасибо. И я рад, что тебе уже легче. Видя его смущение, Лиф громко и звонко смеётся, ей окончательно становится легче, от чего у Ди на душе в свою очередь тоже становится намного теплее и спокойнее, и он улыбается ей в ответ.        — Хватит уже смущаться, ведь это чистая правда, — Лиф целует его в нос, а потом в губы. — Пойдём уже спать, нам ещё завтра на работу.        — Пойдём, — Ди обнимает жену за талию, и они в обнимку уходят в спальню. Лиф всю свою жизнь страдает от своих персональных кошмаров, но теперь она знает, что рядом с ней тот, кто всегда спасёт её от них, и примет все её особенности. И Лиф искренне благодарна судьбе за это.