Часть 2

Улицы окрашивались в зеленоватые оттенки. Добрались они довольно быстро, хотя Эби и не поняла их маршрут. Пришли они к тяжелой двери укрытой крышей, на которой не было ручки или замка. Ливи толкнула её пару раз плечом, и та с трудом открылась, издавая противный громкий звук. Она выругнулась пару раз и дала Эби понять, что такой звук вызван тем, что дверь плотно закрывали на ночь, так что открыть её было затруднительно, а также будило всех жителей убежища. Поэтому волчица побежала вниз по железной прямой лестнице с громкими пожеланиями доброго дня. Спустя пару минут их встретили сконфуженные лица вьеринов. Самых разных. Были и взрослые, и дети. Их лица украшали разноцветные метки и это вызывало странное чувство у Эби. Они не были монстрами, по крайней мере, не сейчас. Она была их вида, но ей всегда говорили, что они неразумные монстры, которые рвать и метать. Ливи и Рия встретили её нападением. И только сейчас она осознала, что и они могут быть беззащитными, а может даже равными людям. Нет, она никогда не отпускалась настолько низко, чтобы осуждать своей же вид, но воспитанием ей прибили мысль о том, что они все опасные существа. И для неё все мысли об обратном как девиация, хоть и были правдой. Само убежище представляло из себя две огромные комнаты, которые можно было окрестить как основная и спальня. В обеих комнатах были бледно оранжевые обои, которые в некоторых местах были содраны, где-то были странные разводы, но тем не менее Эби, которая до этого жила в условиях получше, посчитала это место уютным. Наверное, потому что среди жителей были довольно комфортные взаимоотношения. По словам мамы, впервые годы после массового истребления Вьеринам было тяжело найти хорошие убежища, учитывая, что все их прошлые дома были сожжены и даже после всей основной резни люди продолжали охоту на них. И некоторые животные явно сильно пострадали от рук людей, поэтому ситуация требовала поддержку и понимания друг-другу. На плечо легла рука Ливи, притягивая Эби ближе к себе. Рия стояла рядом и, сложа руки на груди, стыдливо отводила взгляд. Волчица представила новенькую всему убежищу, а Эби ощутила на них невыносимо тяжелый взгляд. Принадлежал он взрослой женщине с белыми метками. Сова, сделала вывод Эби вспоминая телепередачу, где на нарисованных персонажах объясняли значение меток. И вот сову она запомнила особенно хорошо, ведь ту повесили и маленькой Эби это врезалось в память лучше, чем другие животные, которых ждала участь не лучше. Изящное тело женщины украшала потрепанная белоснежная ночнушка. На голове короткие волосы под мальчика. Такие же белоснежные и сединой это не назовешь. Руки сложены на груди, как у Рии. Но сама поза женщины была агрессивнее, будто через мгновение она расправит руки и направиться к тебе, чтобы дать пощёчину. И так и случилось. Почти. Ливи жестом приказала толпе разойдись. Женщина уверенным шагом направилась к их троице. Брови сближены к переносице, а глаза прищурены. Когда она встретилась взглядом с испуганной Эби, её черты немного смягчились. -Приветствую тебя снова, Эби, -мягко произнесла она, -кровь на лице обязательно отмыть нужно будет. Я посужу, что только я знаю о твоем происхождении, да? -лисица вжалась в Ливи сильнее. -Не бойся, не покусаю. Нам надо будет поговорить наедине, так как я не думаю, что смогу доверить Ливи объяснения правил. А я надеялась, что ты смогу отдать тебе в наследство это убежище, как своей дочери. -Дочери!? -крикнула Ливи, выпуская Эби из своих объятий. – Силви, мы сто раз обсуждали эту чушь! Почему тебе сложно понять!? -На улицу, живо. Силви коротко извинилась перед Эби и жестом наказала Рие следить за новенькой. Ливи кинулась на улицу, разъярённая, словно дикий зверь. Хотя её можно назвать таковой, да? Силви направилась за ней, а Эби последовала следом. Но её запястье крепко схватили. Не смотря на хрупкое телосложение Рии, силы в ней было достаточно. Эби попыталась вырваться, но безуспешно. На лице Рии была уже знакомый холод. Но руку она разжала. Скорее всего, ей было плевать на Эби и приказ Силви. Она цокнула и жестом попросила Эби выметаться за ними, пока сама змея направлялась к компании других вьеринов. Лисица вслед ей крикнула спасибо в надежде, что та услышала. Они завернули за угол, так что, выйдя за дверь Эби сразу могла спрятаться и услышать весь их разговор. -Ливи, ты нарушила самое базовое правило, -на удивление, её тон был мягким и будто успокаивающий, -не выходить на улицу после отбоя. -А ты снова назвала меня дочерью, -прикрикнула Ливи и ткнула пальцев в Силви, -я не твоя дочь, а ты уж точно не моя мать! -Ты бла одной из первой, кого я спасла и приютила, -голос женщины стал тише, но затем снова стал четким и ровным, ка прежде, -я знаю тебя дольше остальных и привязалась к тебе, как к своей дочери. -Ты спасла меня от моей же матери! -И пытаюсь спасти тебя и всех остальных до сих пор! -горестно повысила голос сова. -Правила созданы для этого, Ливи, чтобы никто не пострадал. -Никто не пострадает, если мы избавимся от главной проблемы, -усмехнулась Ливи. -От твоей ненависти. -голос дрогнул. -Единственный способ спасти всех не уничтожить людей, а дать нам понять, что будущий лидер сможет вести нас без слепой ненависти. -Да не сдались мне эти вьерины! -крикнула Ливи и ударила по стене. -Я хочу мести людям, хочу! Я не хочу потерять тебя, а потом еще и как трус прятаться в жалком убежище всю свою жизнь! -Ты считаешь меня трусихой? -Силви, я не это хотела сказать, -Ливи пришла в себя, но Силви отмахнулась от неё. -Я нашла способ работать на полноценной работе вместе с людьми, не боясь, что они узнают о моей происхождении, -холодно начала она, держа руку перед Ливи, будто брала время на своей короткий монолог, -я спасла вас всех в самый пик массового истребления и направилась в другие города, когда это ненастье добралось и туда, а оно коснулось всего мира и мы обе это прекрасно знаем. Я была готова ринуться в огонь и воду ради жизни каждого в убежище.  Люди забрали у меня все, убили самых близких, и я их ненавидела за это. Но я не утонула в ненависти. Я выплыла и выживала, чтобы сейчас дать вам простейшие правила и не допустить того, чтобы вы оказались в опасности. Скажи, Ливи, я трусиха? Ливи попыталась что-то сказать, но Силви перебила её, сказав, что ей нужно переодеться и идти на работу. Хотя в её голосе читалась недосказанность. И Ливи её прекрасно чувствовала. Она пытается выразить понимание, но делает это по-своему. Она пытается удержать Силви спорами и криками. Им обеим не плевать друг на друга. Но у каждой свой способ показывать это. И обе не хотят говорит это напрямую. Силви прошла мимо Эби, кинув на неё бесцветный взгляд. Плечи гордо расправлены. Лисица почувствовала себя маленькой девочкой, которая провинилась, а наказывают её колким молчанием. А вот Ливи подозвала её, когда за Силви закрылась дверь. Эби неловка сложила ладони в замок и неловко показалась перед Ливи. Та лишь цокнула и достала из кармана изношенных карго пачку сигарет и желтую зажигалку. -Подслушивать нехорошо, -подметила она, закуривая, -зато теперь знаешь, что у меня есть проблемы. -И ты хочешь, чтобы я их выслушала? Едкий запах табака был Эби хорошо знаком, но отрицательных эмоций не вызывал. Он отличался от того, что вызывал у Эби неприятные воспоминания из детства. Поэтому она спокойно подошла к Ливи и прислонилась к стене, повторяя позу подруги. Сейчас она могла заметить разницу в их росте в пол головы. -Просто расскажу тебе о том, что происходило в мире, - она закашляла, - это тесно связанно с Силви, мной и мамой. Ты мне будешь полезна, поэтому сразу скажу мотивы. -Мотивы чего? -смешок, но по телу током пробежало напряжение. -Мести, -она снова приложила сигарету к губам и сделала вид, что это был самый глупый вопрос в её жизни, -знаешь, когда началась массовая резня? -Мама рассказывала, но без подробностей. -Семнадцать лет назад, -ответила Ливи, - мне было пять, а Силви спасла меня и еще четверых. Эби прокручивала ответ в голове. Семнадцать лет назад родилась она. И в то же время отец уже был известен, ведь он начал это истребление её вида. Смешно, да? Сейчас она стоит рядом с той, что ненавидит её отца. Есть шанс, что она убьет её, когда узнает? -Расскажи что-то, докурю, отплачу подробностями. -Мой отец глава охотников на вьеринов, -быстро сказала Эби, -в год, когда он начал массовое истребления родилась я, а мама пыталась вырастить из меня человека. Знаешь, я не против быть убитой горячей девушке, которая явно ненавидит моего отца и все человечества. Лицо Ливи переменилось. С удивления на отвращение, а затем на безразличие. Просто продолжала курить. Как и Эби продолжала наблюдать за дымом от сигареты. Дым завораживал внимание и запах, даже спустя время, не надоедал и не раздражал. Да, он определенно отличался, если восприятие не менял факт того, кто курил. И сейчас ей была нужна любая тема, чтобы перебить давящую тишину. Убедиться, что на неё снова не набросятся и не вырежут ей глотку за её происхождение. Ирония в чистом виде. Сбежала от людей, ведь те могли убить её за происхождение, а теперь подумывает сбежать от вьеринов, ведь и те готовы убить её за происхождение. -Люди моего отца часто курили, но запах твоих отличается. -Навряд-ли я ворую ту же фирму, что курят эти богачи, -усмехнувшись ответила она. Успокоилась и это радует. Пробежавшись взглядом по прилипшей к стене Эби, она лишь мило улыбнулась. Сигарету она досрочно потушила об стену. -Моя очередь. -отметила девушка прежде, чем выдохнуть и погрузиться в пучину детских и слегка размытых воспоминаний. -Моя мать была человеком, в то время как отец был Вьеринов, тоже лисом, хотя это редкость. Моя мать его любила, и она же его винила, якобы он проклял меня. А когда твой отец, начал массовое истребление она совсем с катушек слетела. Убила моего отца. Я помню её крики и испуганные глаза отца, когда он прятал меня в кухонный шкаф. Но я все видела через щель. Она кричала на него, мол, это его судьба. Схватила кухонный нож и стала пытаться убить папу, -она протягивала слова, пряча слезы и дрожащий голос, - он мог её легко схватить, вырубить, убить! Но он не хотел сделать её больно. Так глупо, что он этого не говорил, но за него сказали глаза, тон и движения. Он был, мать его, Вьерином! Он в десять раз сильнее матери, но, видимо, был и в десять раз человечнее её. Она приложила ладонь ко лбу и отвела взгляд. Помолчала пару секунд, будто пыталась обдумать это или не сказать чего-то лишнего. -В один момент мать смогла ударить ровно в грудь. Сначала нож лишь немного поцарапал кожу, а потом смогла точно ударить его у грудь. Снова и снова. Я до сих пор помню его тело, хотя старалась не разглядывать. Она позвонила в эту их контору похвасталась и её мягко послали. Потом, спустя минуту размышлений, она стала звать меня. Два гребанных часа в шкафу, а потом она меня нашла и лишь Силви, удачное стечение обстоятельств и моя воля к жизни спасли меня. По большей части это сделала Силви, ведь последнее у меня уже заканчивалось к её приходу. -Ливи, ты очень сильная, -начала подбирать слова Эби, -мне так жаль тебя. -Отвратительное слово, -скривилась Ливи, -лучше просто обними меня. Эби снова кивнула головой и обняла подругу, замкнув руки за её спиной и уткнувшись в неё щекой. Ливи хихикнула и ответила на объятье. -Вообще, я отношусь к этой уже легче и поддержка мне не нужна, -Ливи немного помолчала, -но я была рада тебя обнять! Сказав последние слова, она забежала вовнутрь убежища, оставив смущенную и сконфуженную Эби на улице.