Часть 1

Прозвенел второй выстрел, и все затихло. Вай не могла отдышаться, сердце тяжело колотилось в груди. Ребенок, что прижимался к Джинкс, медленно сел, пальцы слабо сжимали ее плечи. Девочка повернулась и посмотрела на нее. И тут Вай осознала. Ее лицо, забрызганное кровью. Широко раскрытые золотистые глаза, ввалившиеся и тусклые. Губы девочки дергались, как будто она хотела что-то сказать, но из них вырывался только сдавленный стон. Время словно замедлилось, когда Вай перевела взгляд на Джинкс. Ох… Лицо Джинкс было бледнее, чем обычно. На ее губах играла тень улыбки. Лиловые глаза были устремлены в потолок. Отстраненно, безжизненно. Взгляд Вай скользил по пятнам крови, пока она не увидела дырки от пули, скрытой в гриве голубых волос. Чья-то рука толкнула ее, и Вай снова очнулась, в ушах звенело, когда маленький кулачок ударил ее в грудь. Вай выдернула руку из перчатки и схватила крошечную ручку в свою, пытаясь остановить ребенка перед собой. Девочка вскрикнула, скривив лицо и оскалив зубы, изо всех сил пытаясь выглядеть угрожающе. Она плотнее прижалась к лежащей на плите раме, словно защищая ее. Защищая от нее. Вай не знала, что делать. Джинкс была мертва, рядом с ней был ребенок, о котором она не знала, который рассматривал ее как угрозу. Вай открыла рот, чтобы попытаться что-то сказать. Слова поддержки? Обещание, что она не причинит ей вреда? Извинения? Она протянула было руку, но ребенок резко отпрянул, прижавшись к Джинкс всем телом, пряча лицо. Вай опустила руку, глядя на спину ребенка, которая резко поднималась и опускалась, выдавая тем самым ее страх. Тут что-то схватило сзади Вай за рубашку и дернуло. Она со стоном рухнула с возвышения, потеряв вторую перчатку в попытках защититься. Отряхнувшись она посмотрела на плиту и увидела, как Севика смотрела на тело. На лице Севики отразились эмоции, которые Вай не могла узнать. Она никогда их раньше не видела на лице этой внешне суровой женщины. Севика схватила ребенка за рубашку и потянула на себя. У девочки не было ни единого шанса противостоять ее силе. Она начала кричать и биться в руках Севики, дрыгая ногами в воздухе. Севика подхватила девочку под мышку и посмотрела в глаза Вай. Вай перестала сопротивляться. Она сделала то, зачем пришла. Она смутно слышала, как Кейтлин всхлипывает у нее за спиной. Вай опустила голову и отвела взгляд, позволяя Севике делать то, что она должна была сделать. Девочка хрюкнула и застонала, затем с ее губ сорвались жалобные всхлипы, а затем раздаслся острый пронзительный крик. Вай вздрогнула от этого. Она хотела поднять руки и зажать уши от шума, но не смогла. Она осмелилась посмотреть еще раз. Севика перебросила Джинкс через плечо своей металлической конечностью, ее тело дрожало от усталости. Ребенок бил и царапал руку Севики, с его губ срывались звериные крики, но несмотря ни на что Севика продолжила его держать. Вай смотрела, как Севика повернулась, чтобы уйти. За ней тянулся небольшой кровавый след, капающий с голубых волос, которые постепенно становились темно-красными. Косы волочились по земле. Как только они исчезли из поля зрения, Вай оглянулась. Кейтлин отчаянно прижимала пистолет к груди, из ее рта вырывались сдавленные рыдания. Вай с трудом поднялась на ноги, комната закачалась, когда она пересекла разделявшее их расстояние. Как только Вай протянула руку, чтобы коснуться Кейтлин, та рухнула на нее, колени Вай подкосились, и они обе рухнули на землю. - Все кончено, - пробормотала Вай, пытаясь придумать, как утешить девушку, стоявшую перед ней. Она не хотела думать о Джинкс. О Паудер. Семья Вай была мертва. Все они. После того, что она только что помогла сделать, пути назад не было. Вай только что помогла миротворцу убить ее сестру. Как в какой-то извращенной шутке. Вай пыталась сдержать слезы и сосредоточиться лишь на Кейтлин, но из-за ее криков и отдаляющихся рыданий ребенка соленые слезы начали градом катиться по ее лицу. Кейтлин ничего не сказала, только вцепилась пальцами в кофту Вай, в отчаянии пытаясь прижаться к ней еще теснее. Вай хотела было сказать ей, что им нужно уходить, пока не стало слишком поздно, но она не могла заставить себя подняться. — Вай... – задыхалась в слезах Кейтлин. - Я здесь, - выдавила из себя Вай, обнимая ее в ответ, - Она ушла. Ее сестра умерла, и она осталась совсем одна. “Она умерла”, повторила Кейтлин с гораздо большим облегчением, чем могла выразить Вай. Вай думала, что все эти годы, проведенные в камере, подорвали ее чувства до такой степени, что единственное, что она могла испытывать - это гнев. Она ошиблась. Вместо этого сейчас она почувствовала себя тем же ребенком, каким была много лет назад, наблюдая, как у нее на глазах рушится одна за другой семья. Это было гораздо больнее, чем любой удар. Пилтовер праздновал падение Джинкс. Вай две недели не могла заставить себя выйти за пределы поместья Кирамман. Джинкс, возможно, причинила боль многим людям, и Вай знала, что с ней нужно было покончить, но это не сделало празднование окружающими ее смерти менее болезненным. Даже спустя месяцы фрески все еще были на тех стенах. Кейтлин была достаточно добра, чтобы не настаивать на этом. Она старалась не затрагивать тему Паудер, Джинкс и Подземного города в целом. Кейтлин все еще оплакивала свою мать, а Вай пыталась убедить себя, что она тоже не скорбит по сестре. Ей не разрешали. Она не могла оплакивать того, кто причинил боль стольким людям. Ее тело не слушалось ее. Вай все равно горевала, снова и снова пытаясь убедить себя, что это не было одной большой ошибкой. В Джинкс не осталось ни капли Паудер. Джинкс не собиралась идти ей навстречу. Джинкс собиралась убить ее, этого должно было быть достаточно. Стук в дверь отвлек Вай от ее мыслей. За дверью стояла Кейтлин. Она выглядела достаочно уставшей. Измученной так, что никакое количество сна не могло помочь. “У меня есть кое-что, что ты захочешь увидеть”, прошептала Кейтлин. Вай последовала за Кейтлин в ее спальню, где одна стена была сохранена для ее продолжающегося проекта по ремонту Подземного города и прекращению поставок Шиммера. Кейтлин оторвала булавку от фотографии и посмотрела на нее, прежде чем протянуть Ви. “Это было сделано несколько дней назад”, тихо сказала Кэтлин. Вай уставилась на фотографию. Снимок был немного нечетким из-за того, что его снимали через пленку, затянутую смогом, но она все равно смогла узнать изображенную на нем фигуру. Это была Севика, с ее обычным убийственным взглядом и новой механической рукой, прикрепленной к плечу. Ее одежда была забрызгана кровью, а во рту торчала сигарета. Ничего, казалось бы, необычного. Но больше всего выделялась фигура, сидевшая на ее плече. На плече у нее сидел ребенок с ярко-голубыми волосами и неоновой пастелью на щеках. Лицо девочки было сердито перекошено, кровь забрызгала ее туфли и леггинсы. Она была так пугающе похожа на другую маленькую девочку, которую Вай знала, казалось, целую жизнь назад. - Это... - Вай не смогла закончить фразу. Она знала это лицо. Несколько месяцев назад оно смотрело на нее окровавленным. - Они называют ее Хекс*, - пробормотала Кейтлин, задевая нечаянно плечом Вай, - Некоторые говорят, что ее зовут Айша. - Хекс, - Вай крепче сжала в руках фотографию, - Джинкс и Хекс. - Да, - голос Кейтлин звучал так же недовольно, как и Вай. Вай задавалась вопросом, как Джинкс познакомилась с маленькой девочкой, которая была так готова отдать свою жизнь в обмен на ее. Джинкс, казалось, не очень хорошо их знала, она смотрела на Вай со смущением в глазах, когда та пыталась отнять у нее ребенка. Но, возможно, Вай ошибалась. Возможно, маленькая девочка была намного важнее, чем ей казалось изначально. Много лет назад Вай смотрела сквозь дождь и пламя, как Паудер рыдала и умоляла ее вернуться, а от остальных членов их семьи остались одни обломки, воспоминания. Вай была там в тот день, когда умерла Паудер и родилась Джинкс. Вай также была в тот день, когда ребенок, сидя на каменной плите, рыдал и оплакивал погибших — кого-то, кого она считала близким или, возможно, членом семьи. Возможно, она была там в тот день, когда умерла Айша и родилась Хекс. Или, может быть, Хекс было не в честь Джинкс, а в честь хекстека, оружия, которое лишало жизни. - Мы сотворили еще одну Джинкс, - прошептала Вай, не сводя глаз с оскаленной улыбки ребенка. И круг замкнулся. *Hex - с английского сглаз, наговор