🔒

***

Треск. Крики о помощи. Звон карамельных копий. Невыносимый жар, не то тепло сырной пустыни к коему она так привыкла и по которому до одури сейчас скучала. Накалённый воздух, тот что не даёт дышать. Тот от которого приходится жмуриться, чтобы хоть как-то уберечь нежные глазурные глаза от порывов жгучего ветра. Крики становятся громче, она должно быть близко. Печенье Моцарелла? Бёрнд Чиз? Нет, какая глупость. Их не может здесь быть, это просто похожие голоса! Так ведь? Нет это точно не они! Совершенно невозможно они сейчас дома, в сырном королевстве, далеко от пряных песков владений зверя! О каких же глупостях она думает. И всё же она должна добраться до места где идёт сражение. Почему она так далеко в пустыне, о ведьмы! Неужели этот зверь решил скормить её диким специям? Не дождётся! Голден Чиз никогда не будет побеждена, его победа лишь временна, и вот когда она вернется то-

Что это?

Стоя на вершине утёса, некогда блистающая золотыми украшениями воительница созерцала побоище. Её королевство, её сокровища, всё утопало в джеме. — Как… Нет-нет-нет-нет- этого не может быть. — Голден Чиз отшатнулась от края, упав на колени вслушиваясь в крики своих подчинённых. Моя королева! Золотая королева… хотя нет, обыкновенное Сырное печенье, сидела на коленях наблюдая как все её сокровища рассыпаются до состояния муки. До крошек, до жалкой стружки! — Я же поклялась защищать их! Ваше сиятельство! Я не понимаю Как это-

***

— Проснитесь, Ваше сиятельство! — Смоукд Чиз с раздражением потряхивал Голден Чиз за плечо. Он уже не помнил сколько времени находится в сознании, но осознавал что с самого пробуждения старается растормошить сырную властительницу. Нет, он конечно не был жесток, поэтому как только проснулся, повернул свою госпожу лицом вниз дабы её раны не находились в столь тесном контакте со специями рассыпанными по полу. Да и тормошил он её не то чтобы сильно… Хотя стоило бы, судя по её бормотанию во сне, она была не в лучшем ментальном состоянии. Это палка о двух концах, с одной стороны ей не придётся смотреть свои кошмары, виня себя во всех грехах мучного народа, а с другой… По крайней мере в таком состоянии она не чувствует боли от нанесенных зверем увечий. Взвесив все за и против Смоукд Чиз решил отложить попытки её разбудить, голову то он убедить сможет, а вот тело… Сложно будет убедить спину что всё хорошо и там нет никаких рваных ран с засохшим джемом… Он поморщился повторно осмотрев её раны. Да уж, и зачем он только отправился за Голден Чиз сюда? Наверное только ведьма создательница это и знает…

***

Жарко, очень жарко. И больно. Всё тело жжёт словно её снова пекут в печи, только на этот раз этот жар не приносит радости жизни. Того первого глотка свежего воздуха.

Жар не заканчивается.

Неужели она попала на тот свет? Нет. Она бессмертная! Что за глупости! Чего только не подкинет разум в мгновения слабости… Точно… Но вот спина от того что она это осознаёт болеть не перестаёт, боль будто бы только усиливается, накатывая волнами и отдаваясь по всему телу. Будто бы в её тесто вмешали щепотку соли и она не растворилась до конца, оставшись неперемешанными горькими комками, в остальном таком приторно-сладком печенье… Тот монстр. Дьявол. Чудовище! Он вырвал её крылья, искромсал и раскрошил занеся в раны специй, словно нарочно стараясь навредить ещё больше чем уже сделал. А теперь ещё и кошмары… «Я ещё не проиграла, вот увидишь Бёрнинг спайс, я раскрошу тебя в жалкую специю для супа» — горько думала воительница, силясь открыть глаза. — Моя королева, вы очнулись! — Смоукд Чиз схватил воительницу за плечо, но тут же чуть не получил по лицу от взволнованной Голден Чиз. — Ауч! Это я Ваше сиятельство! Смоукд Чиз! — Он отшатнулся от своей госпожи дабы не оказаться травмированным её руками. Сама же золотая королева уставилась на него невидящим взглядом, бессильно хватая себя за плечи, силясь преуменьшить боль, что испытывала. —… А… Смоукд Чиз? — казалось будто бы она не верила своим собственным глазам. Он жив, а значит всё то, что она видела было лишь снами. Она горько посмеялась. — Должно быть я долго была в отключке… Как долго… я спала? — Голос Голден Чиз был слабым, ей приходилось делать паузы чтобы сформулировать свои мысли. Болевые спазмы, в такт биения её сердца, не позволили бы говорить как либо иначе. — Хотя не важно, мы должны идти. Найти мой духовный камень! Подумать только, что кому-то одного может показаться мало! Два духовных камня… Такая сила- — Она сжала свою накидку в области сердца. Дышать было трудно, сердце колотилось как сырный скарабей загнанный в угол. Королеву охватила паника, она не слышала как Смоукд Чиз пытался привести её в чувства. Она впервые в жизни ощутила каково это быть обычным печеньем, без умения воспарить над землёй... Туда откуда открывается такой вид, что дух захватывает. Оказывается её тесто такое тяжелое… Теперь все её мысли были лишь о побеге, о том чтобы сразиться с этим чудовищем повторно. Но сразиться, значит снова видеть его, смотреть в глаза, чувствовать удары его топора о ломкое тесто....

Неужели это и есть… Страх?

Нет. Невозможно. Чтобы сама Голден Чиз боялась? — Ваше сиятельство… Голден Чиз! Вы… Вы бледны словно бри! Придите же в себя! — раздражение Смоукд Чиза достигло пика, Сжав свой посох он встал над согнувшийся в три погибели, некогда гордой королевой сырной империи, и грозно стукнул им о земь. — Посмотрите на меня! Я всё ещё здесь, с Вами! Я ещё не вернулся к духовным сырам, а это может значить лишь одно! — Он перевёл дух, тщательно подбирая слова, сейчас от него зависит настрой его королевы, одно неправильное слово и она совсем раскрошится! — Сила Вашего духовного камня ещё с Вами! Бёрнинг спайс ещё не завладел им полностью! Не теряйте решимости, мы ещё не рассыпались! Внезапно по ту сторону камеры, специи, сторожащие её, привлекли внимание Смоукд Чиза своими выкриками и ему пришлось отлучиться, чтобы заткнуть попросить их не вмешиваться, хоть это и привело к тому, что стражник убежал с обещанием привести ещё солдат. Чтобы «показать этому наглецу его место». Голден Чиз же, всё ещё не воспряла духом и бормотала какие-то бессмыслицы. О сыры, как же привести её в чувства? Спустя мгновение, Смоукд Чиз снова подал голос, смотря на королеву сверху вниз. — …Подумать только, это точно так кто не так давно победил меня? Вам стоило отдать мне свой духовный камень ещё тогда, если вы собирались так просто рассыпаться! — Он вздохнул наблюдая за своей некогда такой уверенной и жадной госпожой. — Поверьте мне, я знаю через что вы сейчас проходите. Я чувствовал это раньше. Свет в глазах растворяется и ужас просачивается сквозь тесто до самой души… В конце концов именно это чувство чуть не привело наше королевство к краху. — Он рассматривал Голден Чиз, как поблекла её корона, то как её копье потеряло блеск. Но даже то как её глаза были полны страха не изменили его мнения о Богине Сырного королевства. Поверни сахарный куб любой гранью на свету его крупицы будут блестеть. Так и с Голден Чиз, как ни была бы её накидка запылена, как бы ни был жалок её вид, в душе её был страх за тех кто ей дорог. За этот проблеск былой жадности он её и уважал.... В какой-то степени. — Вы построили Золотой Город потому что отказались его бросить. …Я устроил заговор потому что я тоже отказался бросить наше королевство. Вы не должны позволять ужасу сковать вас. Даже если ваши шаги крохотны и на ногах вы стоите не уверено — только двигаясь вперёд вы предотвратите свою кончину. — Теперь его голос звучал меньше как насмешка, больше как утешение, хотя от части его целью не было утешить Голден Чиз. — Я не стану спасать Золотой Город за вас, это не моё бремя. Оно Ваше. Бремя той кто зовёт себя Золотым Монархом. Вы победили меня однажды, где же вся эта блистательная сила теперь? Используйте же её! Ваш страх, чувство долга, Вашу гордость, Жадность! — Смоукд Чиз вновь повысил голос.

Мы звали Вас Богом, так будьте же им!

Ужас сковывающий Золотую Королеву все же начал отступать. Смоукд Чиз отчитывал ее словно ребенка, какой нахал- но он прав... Немного погодя, Голден Чиз всё же удалось перевести дух и хватаясь за прутья решётки их камеры она поднялась на ноги, хоть это и давалось ей с трудом. Колени так и норовили согнуться, местами из трещин посыпались крошки, но она упорно поднялась и встала оперевшись на своё копьё. — Да, именно! Я… Я Золотая Королева! Я не могу проиграть. — Она говорила с паузами, чтобы отдышаться и успокоить колотящееся сердце. — Я… У тебя в долгу, Смоукд Чиз. — О сыры. Вот бы кто-то ещё был здесь чтобы узреть столь искреннюю скромность самой «Золотой Богини»! — По его лицу растянулась самодовольная ухмылка, наконец-то его слова не прошли даром. Голден чиз хмыкнула в ответ. — Возможно мне всё-таки стоило позволить этому зверю заткнуть тебя, бесстыдник! — только она хотела продолжить, как её подчинённый прервал её. — Я рад что вам уже лучше Ваше… Сиятельство. — Казалось что называть её так было проще пока она находилась без сознания и не могла видеть его волнения. — Вы чувствуете силу духовного камня? Можете её использовать? Голден Чиз вздохнула собравшись с мыслями огляделась. Впервые после пробуждения она поняла где находится. Бёрнинг спайс кинул её в камеру под храмом. Хоть она и чувствовала жар во сне, по всей видимости это было лишь остатком перца в её ранах, здесь было прохладно, приятная смена обстановки от душных просторов пряной пустыни. Под ногами Голден Чиз почувствовала немного пряных песков, всего горсть, но песок имеет силу просачиваться куда угодно, сама то она это точно знала. Её собственный замок время от времени страдал из-за песчаных бурь, засыпавших её золотые стены. «Что ж, даже подвалы от него не уберечь» — с досадой подумала она. Но собрав шись с духом она показала насколько может использовать свои силы. Меж её рук образовался совсем небольшой вихрь света. — Этого… едва ли хватит. — Пробормотал Смоукд Чиз с толикой волнения в голосе. Выбраться будет трудно с такими запасами... — Ну и ладно. Начнём заново. Некоторые великие деяния начинались и с меньшего. — она повертела сгусток света вокруг рук с небольшой ухмылкой. — Но этого вполне хватит на небольшой ключик… — и в подтверждение своих слов, в её руке материализовался небольшой ключ, состоящий из тех самых специй что были разбросаны по полу. И тихонько добавила, поднося руку ко рту Смоукд Чиза в попытке приглушить его удивлённый возлас. — Тише, стой на стрёме.

И с этим. Камера была открыта.