Часть 19

— Граф, — Внезапно его руку с зельем перехватил Штехель. Кречетов замер. Что он здесь делает? Как дворецкий нашел его? — Вы что удумали? Как вы можете наложить на себя руки? У вас дети, у вас жена… — Яков уверенно увел его от края крыши. Виталий вздохнул и, обняв его, зарыдал в голос. — Господи, что с вами случилось? Не плачьте. Должен быть выход из любой ситуации. Я уверен, что и из вашей он найдется. Пойдёмте ко мне, поговорим, — Штехель обнял воспитанника, и они аппаратировали к нему.

***

Горячий чай с молоком и оладьи немного успокоили Виталия. Он сидел в небольшой кухне Штехеля и выговаривался ему. Яков внимательно его слушал, задавал уточняющие вопросы… Иногда Кречетов поднимал на него глаза полные слёз, и дворецкий просто брал его за руку и успокаивал. — Я не хочу быть тварью и людоедом, не хочу. Лекарства от этого нет. Что мне остается? — Юноша потряс головой. — Бороться. Я знаю, что сейчас скажу крамольные и дикие вещи, но выслушайте меня внимательно. Что если вы попробуете приручить Тьму? Немного поддаться ей, принять правила жизни Вендиго. Да, придется многое изменить в себе, очень многое… Но если вы будете умны и спокойны, если призовете на помощь весь свой ум и смекалку, свое мужество и благородство. — Не Тьма ваша хозяйка, а вы ее хозяин. Что если вы сможете все изменить? Прервать череду нападений? Образумить вендиго? Стать их королем? Та же студенческая группа, только дикая. Если силу обретете, то станете защитником города, а там… — Яков запнулся. Растерянность и боль в глазах его воспитанника сменилась надеждой, в которой были искорки решимости и азарта. — Брошу вызов Волдеморту и свергну его, — произнес Виталий. — А потом найду способ быть с Аной и детьми. А может параллельно найду. Ещё не решил. Ну что, первый шаг ясен: найти вендиго в катакомбах и выяснить, каков уровень их жизни и улучшить его, если это возможно. Надежда несмелой птицей билась в его груди. Он всегда бросал вызов судьбе. Так почему сейчас должно быть иначе? Да, он изменится, но разве те изменения, что были с ним до этого были плохи? Нет, они не были плохи, наоборот, они усилили его рефлексы, тело реакции. Осталось как-то защитить душу и сердце, а там… На шахматной доске второй магической появится третья сила…

***

— Милый, я дома, — крикнула Ана, раздеваясь в прихожей. Она прошла в кабинет, думая, что Виталий уже работает, но Кречетова там не было. — Виталий… — Растерянно позвала Ана, обходя квартиру. Наконец она вошла в спальню и увидела записку на его половинке кровати. Сев на кровать, Анастейша взяла лист бумаги и дрожащими руками развернула его… С первых слов девушку начали душить слезы… Дочитав письмо, она бросилась на постель и захлебнулась в рыданиях… Кое-как дойдя до камина в гостиной, она вызвала Елену и остальных. Через 10 минут гостиная была полна друзьями Стил. Девушка сидела на диване и рыдала, показывая всем записку… — Это просто… — Ида шмыгала носом. — Как он мог? — Его вина что ли? Я считаю, что нет! Он не виноват, что эта падла клыкастая его цапнула… — Рычал Чекан. — Он спасал Мисс Стил. Любой бы из нас так поступил. Все мужчины кивнули. — Ладно, найдем противоядие, сварим и вернем нам нашего адвоката, — Фима был полон решимости спасти Кречетова. — Фима, ты так наивен, как семикурсница на зачете у Снейпа. Не, народ эта херня не лечится… — Обреченно вздохнул Живчик, пробивая что-то в телефоне. — Стил, мне очень жаль… Лекарства нет… Ана сглотнула. Ее сердце словно вырвали и сожгли… а пепел развеял ветер… Все потеряно, вся ее жизнь рухнула. Любовь покинула ее… — Ана, — Осторожно позвала Нора. — Я знаю, что тебе сейчас тяжело, но… нельзя отчаиваться. Ты аврор, у тебя дети. Если ты сейчас сдашься, придет Рогатый король, и мы все погибнем. — Мы должны сражаться… Ана, если ты опустишь руки, то жертва твоего мужа станет напрасной. Ты должна возглавить силы Света. Не дай городу захлебнуться во Тьме. Не отдавай Одессу в его когти. А начет Виталия… — Гоцман обнял ее за плечи и наколдовал плед для подруги. — Ну живет как-то Тонкс с Люпиным и ниче счастливы. Хотя он и косплеит Джейкоба из Сумерек каждый месяц. Не паникуй, найдем мы способ вернуть тебе твоего любимого. Пусть даже клыкастого, — Живчик улыбнулся. — Главное что не пожиратель смерти, а остальное можно стерпеть. Ана кивнула ему и сжала руку Норы, что сидела рядом с ней. Она не должна сдаваться. Теперь она еще сильнее ненавидела рогатого короля… Теперь она направит ненависть против вендиго… Она вырвет Кречетова из когтей людоедов… А если не получится —шагнет к нему во Тьму.

***

Снег тихо укрывал спящий крепким сном лес возле Одессы. По снежному лесу тихо шёл Кречетов в компании Якова. Дворецкий отказался бросать его одного и выразил желание помогать Виталию в его начинании. — Не страшно рядом со мной? Я же в любую минуту могу сорваться, — Невесело пошутил Виталий. — Вряд ли… Кольцо на вашем пальце… Оно каким-то образом сдерживает вас, я прав? Заметил его ещё в годы вашего студенчества. Откуда оно? Красивое, — Хмыкнул Дворецкий. — Это хокурс Реддла. Его пыталась подкинуть Анастейше Айше. Но она была мной поймана за руку. Я немного поколдовал над ним, убил в нем душу Реддла и вуаля… Теперь оно мой оберег… Не уверен, что оно как-то сдерживает вендиго. Скорее, это я не позволяю ему вырваться. Хотя видимо со временем зверь возьмет верх надо мной и тогда… Либо я обращу тебя, либо ты должен будешь уйти, — хмыкнул Виталий, задев еловую ветку, на него посыпался снег. — А может все не так страшно? Мы имеем дело с Европейскими вендиго, а не с американскими. Но если вопрос встанет между бегством и обращением… Я выберу обращение, — не колеблясь выдохнул Штехель. Кречетов вздохнул. 4 верных слуги… Кажется, первого он уже нашел… Так разговаривая и шутя, Граф и дворецкий дошли до заброшенных катакомб. Прежде чем войти в них, они сели на снег и, наколдовав термос и горячую еду, перекусили. Виталий заметил, что обычная еда, конечно, восстанавливает его силы и притупляет голод, но, кажется, пора переходить на традиционную для Вендиго еду… Немного посидев на снегу, они встали и помолившись про себя всем богам, которых знали, вошли в катакомбы. Кречетов наколдовал факел, а Яков масляный фонарь, и они двинулись вглубь логово Вендиго. Они шли около получаса, прежде чем увидели огонь и услышали человеческую речь. Виталий тревожно взглянул на своего друга, и они двинулись навстречу неизвестности… Они тихо подошли к огню возле которого сидели вендиго. Они были похожи на людей, но их выдавали мускулатура, высокий рост, клыки и когти. Некоторые из них были одеты в шкуры, другие были обнажены. Вендиго разговаривали о чем-то своем, жадно поедая плохо прожаренное мясо. Здесь были и мужчины, и женщины. Возле некоторых самок сидели дети с когтями и клыками. Они не были такими мускулистыми как взрослые, но их телосложение было довольно накаченным. Кречетов шагнул к костру первым. Людоеды заметили его и, вскочив, зарычалии. — Я пришел с миром, я один из вас, — мягко и дружелюбно произнес Виталий и сменил круглые зрачки на кошачьи. Врожденное чувство собственного достоинства и благородное происхождение подсказали ему как начать общение. Один из вендиго — высокий голубоглазый брюнет подошёл к нему и обнюхал. Виталий спокойно перенёс это. — Пришелец говорит правду. Он неофит, — произнес охотник. обернувшись к остальным. Внезапно он заметил Штехеля и зарычал. — Нет, не смейте его трогать! Это мой слуга! — властно приказал Кречетов, заслонив собой Якова. Людоеды потупились и отступили. — Могу я подсесть к вам? На улице безумно холодно, — смягчился адвокат. — Конечно, — произнесла черноволосая девушка с круглым добродушным лицом. — Здесь рады всем детям леса. Разумеется, если они не служат Темному Лорду. Виталий сел между ней и тем охотником, что обнюхал его. Охотник протянул ему мясо. — Человечина? — спросил Кречетов, ощутив как его рот наполняется слюной. — Оленина. Неофит должен сам поймать и съесть своего первого человека. Таковы правила. Иначе он так и замрёт между человеком и вендиго. А это означает смерть. Без человечьей плоти вендиго ослабеют и умрут. Первое убийство должно быть совершено в полнолуние. В полнолуние мы достигаем пика силы, — начал объяснять охотник. — Нет, в отличие от оборотней мы звери всегда… — И всегда голодные, — Задумчиво протянул Кречетов, жадно поедая оленину. — Да, но я считаю, что наш голод это достойная плата за то, что дало нам обращение в вендиго. У любой магии есть цена, и наша увы такова, — вздохнула девушка. — А люди для вас? Только пища? Или… — Виталий сбился с мысли. — Можете все-таки заводить романтические и другие отношения с ними? Охотник посмотрел на него. — Можем. Ты удивишься, но можем. В клан должен быть приток свежей крови или выродимся к чертовой матери. Инцест запрещен, так что приходится иногда давать жертвам женского пола выбор: быть наложницей или съеденной. Многие выбирают первое, но самоубийцы тоже находятся, — Он задорно улыбнулся. — Многие спасенные девушки воротят нос от тех, кто выбрал их в наложницы. — Алло, дама, тебя не сожрали, это повод раздвинуть ноги перед тем кто тебя спас. Или хотя бы попытаться сказать спасибо. Виталий откинул голову и рассмеялся. Они умеют шутить, они не сожрали его… Может, все не так страшно? Может, он сумеет так жить? — Я могу остаться? Мне некуда идти. Я готов принять ваш образ жизни. Я понимаю, что я чужак, но готов учиться и жить с вами. Может, моя магия как-то поможет вам, — произнес мужчина, когда ужин был окончен. Брюнет кивнул. — Оставайся. Я всему научу тебя. Ты вроде парень умный. К тому же скоро полнолуние, а тебе нужно будет завершить обращение. И без нас ты не выживешь. Я кстати Роджер, — Вендиго пожал руку Виталию. — Виталий Егорович Кречетов, — С Достоинством произнес Граф. — Есть одно условие: вы можете прекратить терроризировать Одессу? Люди сильно напуганы, очень сильно. Да, я понимаю, что это звучит дико, но… Зачем пугать людей? От страха они станут невкусными и жесткими. Да и авроры… Сколько наших они уже положили? Клан у вас маленький и так. Плюс за нарушение статута о секретности вас министерские шавки по голове не погладят. Есть же леса… — Но мы готовимся к приходу нашего Короля… Он был предсказан нам Нигяр. Не надо так смотреть, наши тоже могут ходить в «Веселую Сову» и выпивать пинту другую эля… А наши шаманы немного расшифровали ее послание. Он явится незадолго до начала календарной зимы, а на пальце у него будет серебряный перстень с изумрудом, который усилит его, — произнесла Нилюфер, та самая девушка, что позволила ему сесть с ними у костра. Кречетов взглянул на свой перстень, шагнул к Роджеру и показал его ему. Парень замер и спустя секунду пал на колени. — Господин, — шепнул он с обожанием. — Мы приготовили для вас пир. — Позже, — Властно произнес Виталий. — Я запрещаю вам нападать на Одессу, пока у нас в плену много мяса. Как только темницы опустеют, то можно начать новую охоту. Но если я узнаю, что кто-то охотиться до этого момента, то казню его. Людоеды смотрели на Кречетова со страхом. От чего-то они верили ему…