Часть 48

На утро четверка вернулась в Хогвартс. Без предупреждения или какой-либо подготовки. Кречетов прошел в комнату Анастейши и застал ее у зеркала с черной вуалью на лице. Её глаза слезились, и она отвернулась от мужа. — Ана, — Виталий подошёл к ней и осторожно снял вуаль с ее лица. Ожоги, страшные ожоги обезобразили лицо некогда прекрасной женщины. Анастейша сглотнула… — Ты вправе… снять кольцо, — выдохнула девушка. Виталий коснулся ее ожогов. Нежно и бережно… А затем… Он нежно поцеловал ее раны. Девушка прижалась к нему и тихо рыдала у него на груди. Она видела во снах, что он уходил от нее, знала, что Вендиго не примет изувеченную девушку. — Все позади… — Виталий еле сдерживал слезы, гладя ее волосы. — Я с тобой… Ана вдохнула аромат его тела… Лес, виски, сигары и кровь… Такой родной и успокаивающий запах… Она дома… Дома… — Ты не бросишь меня? — Стил смотрела в серые кошачьи глаза, ища подвоха. — Нет… Никогда… Заживут твои шрамы, и ты будешь еще прекраснее.Академик поцеловал ее и позволил себе заплакать…

***

Елена пила чай и смотрела, как ее дети играют в снежки. Близилось Рождество, но у Платовой было паршиво на душе. Внутри все выгорело… Она не чувствовала крыльев… Да, все хором говорили, что ее раны заживут, но… Что-то в душе у нее оборвалось и умерло… Как же они уязвимы перед лицом Лорда… Как же быстро все может измениться… В отличие от Анастейши, она не прятала лицо и гордо несла следы неуемной жестокости Амбридж и безжалостности Пожирателей… Скрип двери заставил Елену обернуться. Она уперлась взглядом в лицо Виктора. Тот смотрел на нее с непередаваемой болью. Лена улыбнулась через боль и шагнула к нему. Платов тоже шагнул к ней и спустя миг опустился у ее ног на колени и с силой обнял ее. — Прости меня. Я должен был послушать тебя и остаться… Прости… Мы… — Советник задохнулся от слез и покрывал руки жене поцелуями и мурлыкал. Елена села на пол напротив него и обняла. Они оба молчали… Сейчас им не нужны были слова, чтобы понять друг друга…

***

Ида вошла в комнату Полины. Черноволосая девочка, похожая на нее, мирно спала, свернувшись калачиком, в то время как Миа и Фиби, что делили с ней комнату, уже проснулись и ушли на завтрак. Кшестинская чмокнула ее в лоб, и Поля открыла глаза. Невероятно красивые серые глаза, унаследованные ею от отца, грустно скользнули по лицу мамы и ее рукам, на которых были шрамы, образующие два слова: «цирковая шлюха»… Из глаз девочки потекли слезы… Ида обняла ее, и внезапно Поля словно что-то увидела за спиной матери и улыбнулась. Рядом с ними на кровати возникла коробка эклеров. Иде не нужно было видеть Игоря, чтобы понять, что это он. Чекан молча обнял ее, и слезы капали на ее макушку. Девушка сжала его руку и позволила себе улыбку. — В этом нет твоей вины, — шепнула Ида. — Ничьей вины в этом нет… Правда… Игорь молчал и понимал, что это не так…

***

Махидевран отказалась встречаться с Толей. Гордая турчанка решила, что никто не должен видеть ее раны. Она искала способ их вылечить. Нет, она все еще любила Толю, но показаться такой перед мужем ей мешала гордость. В то же время она скучала по мужу, и они обменивались записками через Гамлета. Толя надеялся, что сможет ее исцелить. К физическим ранам прибавились психологические. Ана то и дело просыпалась от кошмаров и могла долго плакать после пробуждения. Не помогали ни ловушки для снов, ни руки Кречетова. После каждого такого пробуждения жены Виталий уходил в свою комнату и, достав бутылку виски, молча пил, позволяя слезам течь по щекам. Расслабились, подумали, что все хорошо… А взамен что? Господи, жены же их предупреждали… Как ужасно… Первая красавица Одессы стала инвалидом. А если бы Давид не успел? Как вообще Амбридж решилась на такое? В такие минуты он хотел найти ее и пытать… Долго и с наслаждением, а потом убить и сожрать. Но пока свитой было решено, что сперва нужно отметить Рождество и Новый Год, а потом… свершат месть… Виталий сглотнул и смахнул слезы. Нужно сделать так, чтобы их ненаглядные исцелились. Целиком и полностью…

***

Утром следующего дня начались каникулы… Виталий вошел к Ане и сказал ей собирать вещи. Девушка не задавала лишних вопросов, а просто молча собралась. То же самое сделали и ее подруги. Правда, Махидевран, пока все спали, взяла Михримах и Мустафу и уехала в Стамбул. Расстроенный Живчик нашел только записку… — Уехала в Стамбул на лечение. Блин, женщина… — Шут закатил глаза. — Езжай за ней, — мудро и мягко приказал Кречетов. — Сир, а вы? — Толя не хотел покидать своего господина. — Скоро Рождество, как же… — Успеешь, — кивнул ему Чекан. — Если что, возьмешь ребят-охотников. Все получится… Толя обнял Игоря и впервые с возвращения в Хогвартс улыбнулся. Оставшаяся шестерка вместе с детьми аппаратировала в лесной замок, где в гостиной их уже ждали Тоня и Яков. Пара украшала елку. Тоня выглядела какой-то опечаленной, а вот Яков выглядел счастливым и то и дело касался ее руки. Ана понимала, что девушка все еще подозревает, что беременна. — Ана? — Услышала Стил голос матери. Карла Стил вошла в гостиную в синем бархатном платье. Она обняла дочь, и ей было плевать на ее шрамы. Стил обняла ее в ответ и заплакала от счастья. Сзади Ану обнял Рэй. Остальные смотрели на них и улыбались. Помимо родителей Стил прибыли родители Кречетовых, родители Махидевран, которые отловили дочь и внуков на въезде в Стамбул, родители Иды и Игоря… Рождество стало по-настоящему семейным праздником… Ана забыла пережитое и наслаждалась теплом мрачного замка, который стал их домом. Теплым и надежным. Она вместе с мужем гуляла по запретному лесу, знакомилась с его обитателями, которые без слов признавали в ее муже короля и присягали ему на верность… В Рождество все собрались в гостиной и всю ночь пили и говорили на семейные темы. Никто не касался войны с Лордом. Все просто наслаждались общением друг с другом и относительным покоем. Даже Махидевран нашла в себе силы выйти к гостям и помириться с Толей. Под утро Ана впервые со времени нападения Амбридж заснула и никаких кошмаров не видела…

***

26 декабря в подвале замка Кречетов собрал совет свиты. Все горели жаждой мести. Вендиго жаждали разорвать Амбридж и насладиться ее плотью. Однако Виталий решил, что смерть для нее слишком легкое наказание. В его голове созрел план. Той же ночью на Йольском пиршестве Виталий провозгласил о большой охоте. — Вы должны доставить сюда Долорес Амбридж. Живой доставить, — рычал он своим охотникам, которые пожирали детей. — Эта женщина виновна в том, что случилось с нашим кланом. С ее легкой подписи Волдеморт получил лицензию на наше истребление. Помимо этого… Эта тварь посмела поднять руку на вашу королеву. Людоеды зарычали громче… — Сделайте так, чтобы к 30 декабря она была здесь, — Кречетов поднял руку с кубком в виде черепа, что был до краев наполнен кровью. — За успешную охоту. Охотники не подвели. Амбридж, связанная и сильно избитая, сидела привязанная к стулу ровно в полночь 30 декабря. Выглядела она жалко. — Кто вы? — Орала бывший заместитель Фаджа. — Это хулиганство, получите 15 лет Азкабана… Кречетов довольно усмехнулся и вошел в комнату как король, раскладывая на столе перед Долорес орудия пыток: хлысты, трости, розги. Взмах палочки, и на ней не осталось ничего кроме белья. Ещё взмах, и во рту Долорес возник кляп. — Долорес Джейн Амбридж, вы обвиняетесь во взяточничестве, геноциде вендиго, покушении на убийство, травле, — голос Виталия был голосом прокурора. Амбридж мычала в кляп… Сейчас ей было очень страшно, никогда прежде ей не доводилось отвечать за свои преступления. — Я предупреждал вас, — мурлыкнул Кречетов, беря розги и подходя к ней. Амбридж задрожала… Спустя час Виталий блаженно выдохнул и отбросил хлыст. В груди у юноши бушевало удовлетворение. Никакие прежние наказания нижних не могли сравниться с теми эмоциями, что дало ему наказание Амбридж. Он выпустил на волю свою суть доминанта и познакомил его с вендиго. И обе сущности нашли общий язык. Отдышавшись, он подошел к Амбридж. Та плакала, по ее телу текли струйки крови. Людоед хищно усмехнулся. — Скажи спасибо, что ты жива, сука… Иммунитета и защиты у тебя нет… Умереть я тебе не дам. Ну как не дам… Твое сознание будет жить. Но не в этом теле, — Виталий достал палочку и взмахнул ею. Амбридж вскрикнула, и спустя миг статуэтка Манэки-нэко, что стояла на каминной полке, в ужасе задрожала и оглядела себя паническим взглядом. Кошка не могла в это поверить… Она грустным взглядом смотрела на то, как в пыточную входит свита Кречетова и окружают некогда ее тело. Людоеды отвязали Амбридж от стула, повалили на пол, посолили и поперчили, а затем… Нэко сжалась. Какой ужас… Она догадывалась, к кому в лапы она попала, но чтобы так… Рычание свиты и хохот Кречетова звучали для Амбридж как похоронный марш… Начинало светать. Довольный и объевшийся плотью врага Виталий подошел к статуэтке, которая стояла на коленях и твердила «Отче наш». Увидев его, Амбридж сжалась. — Страшно? Отлично! Магии у тебя нет, палочки тоже. Ты кукла… Будешь марионеткой, моей марионеткой, — мурлыкнул Виталий, упиваясь страхом Амбридж. В кармане джинс Виталия внезапно завибрировал телефон. Достав его, Виталий увидел СМС от Тони: «Виталий Егорович, Ана себе места не находит. Где вы?» Виталий вздохнул. Напоминание о том, что все здесь было не просто так… Кречетов кивнул слугам и аппаратировал к жене. Ана была на кухне и готовила ингредиенты к новогоднему столу. Виталий наколдовал огромного плющевого кречета и букет роз и подкрался к Анастейше. — Стил, — мурлыкнул он ей на ухо. Девушка подпрыгнула. — Вить, нельзя так пугать, — она шутливо ударила его и чмокнула в нос. Он засмеялся и прижался к ней. Ана наколдовала кофе, и они вместе завтракали. Затем они принялись нарезать салаты и смотреть фильмы. Ближе к вечеру, довольные и уставшие, они решили принять ванну\. Они вошли в королевскую купальню, и Ана разделась. Она стыдливо прятала шрамы и опустила голову. — Убери руки, — попросил Кречетов. Она подчинилась, и Виталий задохнулся от ужаса. Столько шрамов на ее красивом теле… Ненависть закипела в нем с новой силой… — Круцио… Я слышала, как Беллатрикс смеялась надо мной. Она говорила, что ты не прикоснешься ко мне, — Ана прижалась к нему. — Тс… Я прикоснусь к тебе. Часто и много. Мы будем трахаться ночи напролет. А шрамы… Я придумаю, как их убрать. Ты красива в душе, и это главное… — Виталий разделся. Магией он зажег свечи и наполнил ванную теплой водой с солью, пеной и лепестками роз. Они сели в воду и, наколдовав бутылку вина, распили ее на двоих. Кречетов гладил шрамы Стил и мурчал. Ему нравилось касаться ее.

***

— Нет, я так больше не могу! Маха меня не подпускает, — взвыл Живчик. Был финальный день новогодних каникул, и свита собралась на обсуждения дальнейших планов. В окрестностях Хогвартса видели Пожирателей смерти и не только их. Какая-то наглая банда нечисти принялась кошмарить жителей деревушки. Банда словно не боялась ни Бога, ни черта, похищая зелья и жителей. Обычно похищали молодых и здоровых парней и девушек. — Толя, подождет твой стояк. У нас деревню кошмарят! — Зарычал Игорь.0- Плюс Маски Шоу! Милорд, думаю, пора рассказать все Дамблдору. Кто мы и что мы! А насчет банды… Зашлем к ним шпионку. Да, Нэко? — Блять, — Фарфоровая Амбридж, что стояла на камине, закатила глаза. — Ебать мы манипуляторы… Став статуэткой, Долорес принялась много курить, пить и благодаря Толе знала помимо английского еще два языка: одесский говор и русский матерный… Стервозный характер никуда не делся, но она пыталась как-то совладать с ним. — Долли, давай так: ты шпионишь за бандой, а мы тебя лопатой не гладим. С меня Кити-кэт или что ты там любишь? — Начал миролюбиво Платов. — Бутылка Джека Дэниэлса и мы договорились, — махнула лапкой Долли. — И еще: я тут одну книгу нашла, там есть рецепт мази, которая лечит шрамы. Дайте рецепт Грейс и Арсенину, пусть займутся. Виталий усмехнулся. А нэко-то не промах…

***

После совещания Платов и Толя заглянули к Тоне. Девушка подготовилась к вечернему шоу и теперь обедала. Весь стол перед ней был заставлен всевозможной едой. — И ты все это съешь? — изумился Виктор. — Что? Я голодная, — хмыкнула Царько, жуя пиццу. — Ты напоминаешь мне Маху, та тоже ела много, когда… Нет… Да ну нахуй… Тонь, скажи, что ты не беременна, — молитвенно попросил Толя. Антонина поникла. Она не могла сказать друзьям обратное. Головные боли, перепады настроения… Спина, которая начала нещадно болеть, медленно, но верно округляющийся животик… Она знала, что беременна, но поделиться этим с кем-то она не могла. Девушка помнила о запрете на деторождение от Академика и боялась не только за себя и своего ребенка, но и за Штехеля… — Тонь, — Платов взял ее за руку. — Тест делала? Царько всхлипнула. Толя наколдовал тест и протянул ей. — Не бойся. Одна полоска — подлежащее, и все хорошо, две — молись, чтобы у Милорда под рукой не было ножниц, когда он узнает, — сказал Виктор. Тоня ушла в ванну, а два друга начали совещаться. Они были в ужасе. Они не раз и не два наблюдали за тем, что бывает с беременными самками вендиго. А Тоня все еще оставалась человеком… — Что делать будем? — спросил Виктор. — Есть варианты? — Для начала дождемся результата теста, а там… Расскажем Якову и Анастейше. Они что-нибудь придумают, — выдохнул Толя. Царько вернулась к друзьям с убитым лицом. Дрожащими руками она протянула Платову тест. Две полоски… — Блять… — выругался Толя. Тоня вздохнула и смахнула слёзы…

***

Анастейша между тем готовилась вернуться на работу. Девушка смотрела учебную программу и составляла расписание занятий. Ей не терпелось вернуться на учебу. Девушке хотелось быть нужной и востребованной. На ее идею вернуться Виталий лишь закатил глаза. Они долго ругались на эту тему, но в итоге он сдался, взяв со Стил обещание, что он будет с ней везде. Ане и было это нужно. Однако новости о банде и пожирателях всерьез ее насторожили. Грядет новая битва, и Ана надеялась, что она будет финальной. А потом… она вернется в Одессу и будет счастлива с мужем и детьми… — Эй…- К ней заглянул Виталий. Ана обняла его. — Что там с бандой? Есть информация? — серьёзно спросила Ана. — Долли за ними шпионит. Все будет хорошо, я уверен. Завтра на учебу? — Он чмокнул жену.- Не боишься, что твои ожоги… — Не боюсь… Я не раба того, что случилось… Я буду носить шрамы гордо, — Стил тряхнула волосами.- И да, я надеюсь, ты поговоришь с Дамблдором по поводу безопасности школы. Кречетов кивнул. Пора вскрывать карты…

***

Альбус задумчиво смотрел на Виталия и его свиту. Он собрал преподавателей у себя, и они выслушали короля Вендиго. — Значит, вы и есть другой Избранный, Виталий Егорович, — протянул Снейп. — И активизация Пожирателей не случайна. — Нет. Кингсли начал охоту на них. Жмут Лорда по всем фронтам. Вдобавок есть некая организация «Центр», — вдохнул Игорь. — Их штаб где-то в Хогсмиде… Кто стоит за ними, пока тайна, но то, что они союзники Лорда, я не сомневаюсь. — Все это весьма скверно, — Альбус вздохнул. — Ещё 3 года назад я не успел послушать ваш клан. А теперь… Мы должны действовать сообща… Минерва, запросите помощь у авроров Лондона и Одессы. Северус, свяжитесь с Орденом. Сигнальные чары, пароли для входа и выхода… — Отряды лучников на стенах, — выпалил Хагрид. Все кивнули ему. — Если Лорд хочет войны, он ее получит! Мы не отдадим ему ни Хогвартс, ни Поттера… Никого! — решительно произнес Кречетов.