Ужас в ночи

Сознание отказывалось сотрудничать, прихватив с собой и здравый разум. Мысли, наоборот, находились в переизбытке. Они собирались в нитки, а эти нитки сплетались в такие узлы, которые не распутает даже опытный моряк. Голова в прямом смысле гудела. Даже был слышен звук. Не самое лучшее пробуждение в жизни. Ещё проблема — из памяти чудесным образом пропали последние несколько часов жизни. Это затрудняло и без того сложную ситуацию. И вот он идёт по тёмному коридору под шум ветра и звонкие удары капель дождя за окном. Мягкий дорогой ковёр приглушает шаги его уже нечеловеческих ступней. Где-то снаружи с сильным хрустом оторвалась большая ветка дерева, немного пошаркала о стену здания, придавленная порывом ветра, и полетела навстречу ночной мгле. Силуэт не среагировал. Продолжил медленно двигаться вперёд, смотря вдаль своими светящимися белыми глазами. Его тело теперь совсем не похоже на человеческое. Он больше походит на большую металлическую куклу, имеющую сознание. Несмотря на это, человеческая личность пыталась сохранять спокойствие. Хотя бы его остатки. Он не привык паниковать. Сейчас было понятно, что забиваться в угол как маленький ребёнок и тихо рыдать в надежде на спасение никак нельзя. По крайней мере, сейчас, в таком странном и потенциально опасном положении. Помещение осветилось яркой вспышкой, прогремел гром, и глаза вновь стали единственным тусклым источником света. Силуэт дошёл до первого поворота коридора, повернул направо и скрылся за углом. Он пытался понять, вникнуть в происходящее хоть немного, но ничего не получалось. Поэтому единственным способом поиска ответов стало бесцельное хождение по зданию. Внезапно молочные глаза заметили вдали свет. Искатель ответов присмотрелся. Его дисплей сымитировал прищур, затем — короткое замешательство. Этот новый свет тоже исходил из чьих-то глаз, похожих, но жёлтых. Их владелец, кажется, присел на колени и активно двигал руками, трогая что-то на полу. Эта странная незнакомка не заметила его. Робот быстро, но всё ещё тихо и незаметно преодолел расстояние, отделявшее его от первого встреченного им существа в этом огромном здании. Уже почти подходя к своему «сородичу», он вдруг остановился. Теперь стали отчётливо видны и незнакомка, и предмет её внимания. Скользкий липкий страх сковал механическое тело бедолаги. На полу в луже чёрной вязкой субстанции лежали чьи-то остатки: металлическа рука, некоторые запчасти и повреждённая голова, которая была похожа на его собственную. То, что ранее робот признал за девушку, пожирало это месиво, с помощью огромных клешней, исходивших откуда-то из спины, и своих рук ложило его себе в рот, из которого водопадом лилась та же чёрная жидкость жертвы. Внезапный свидетель также успел разглядеть пару острых клыков, которые без проблем перемалывали поступающую пищу. Дрон отшатнулся и хотел убежать, но уже было поздно — его заметили. Он замер, посмотрел в полные замешательства золотые глаза девушки. Её взгляд стал отоезвляющей пощёчиной. В голове промелькнуло: «Это шанс!». Страх всё ещё обжигал изнутри, но он не показывал этого. Сделал вид, будто ничего не произошло, и пошёл к высоким дверям рядом с незнакомкой. — Доброй ночи. — Произнёс он как можно спокойнее и мысленно оценил свой новый голос. Под пристальным взглядом девушки-каннибала положил руку на ручку двери и вошёл в следующее помещение. Быть может, так и надо? Быть может, здесь это нормально? Какя-то чёртова гладиаторская арена, где роботы рубятся друг с другом, где никому нет пощады и где выживает сильнейший? Эти мысли сразу отметнули в сторону. Та незнакомка — явно монстр, исключение из правил. Не прошло и секунды, как двери с грохотом и небольшим треском распахнулись под напором всё тех же клешней. Златоглазый монстр теперь стоял с жёсткой безумной улыбкой, обнажающей клыки. — Не убежишь от меня, интересный дрон! Хи, хи, хи! — громко рассмеялась маньячка и, быстро засеменив клешнями, служившими её опрой пересекла комнату, скрывшись за следующей дверью. «Не заметила! Спасён!» Дрон, прятавшийся за колонной, прильнул к ней и медленно съехал на пол. Если бы он был человеком, то, наверно, башенные стуки его сердца были бы слышны на всю округу. На дисплее появились цифровые капельки пота. Он тяжело и часто дышал. Всё же с лысыми обезьянами у него остались некоторые общие черты. Дрон поднялся и пошёл обратно в коридор, из которого вышел. Сейчас хотелось только одного — убежать подальше от этой твари. После ещё десяти минут скитания он наткнулся на лестницу. Без раздумий поднялся по ней. Уже на втором этаже ему удалось найти небольшую кладовку — по его мнению, более или менее укромное и защищённое местечко. Откуда-то взялась уверенность, что тот ходячий ужас здесь его не найдёт. Пристроившись у стены и взяв в руки швабру, — иллюзия безопасности, но так спокойнее — он лёг головой на стопку тряпок. Впервые можно было выдохнуть облегчением — всё-таки первая небольшая победа. Страх потихоньку начал отходить, давая сознанию проясниться. Теперь надо было всё хорошенько обдумать. Нужен план действий, но как его составить, если за время пребывания в этом месте знаний о нём не прибавилось ни гроша(не считая той металлической паучихи, конечно же)? Плохо, очень плохо... И страшно. Выходить из кладовки, уже успевшей стать зоной комфорта, робот не собирался хотя бы до наступления рассвета. А других источников информации он пока что не знал. Или же не догадывался о них. «Точно!» — мелькнула уже вторая за ночь гениальная мысль. Он же робот. Можно просмотреть записи в его памяти, которые, возможно, делал предыдущий владелец тела, если оно, конечно, не прямиком с завода. С управлением, как ни странно, тоже не возникло проблем — операционная система поддалась сразу же после первой намеренной мысли о ней. Таким же способом были достигнуты и архивы. Однако, вопреки ожиданиям, дрон не смог найти ничего стоящего. На фотографиях и видеозаписях были лишь ролики его тестирования, различные места особняка, дроны и люди. Последние на всех фотографиях были полностью покрашены программой в чёрный цвет, лишь их глаза были белыми. Особенно привлекли внимание видеозаписи, на которых иногда можно было заметить неких дронов, отличавшихся от остальных. Они были... более живые, что ли? Всего он нашёл трёх таких эмоционально развитых дронов: две девушки и один парень. Все трое точно имели характер и все трое были одеты в одежду, которыую обычно носят горничные (впрочем, как и все): на парне был классический костюм с чёрными брюками и пиджаком, девушки же носили платья. Внезапно пришло уведомление о необходимости завершения работы «для безопасного исправного функционирования». Значит, роботы тоже восстанавливаются через сон. Вот и ещё одна вещь, которая роднит его с людьми. Мысленно хмыкнув, он сомкнул свои цивровые глаза и мгновенно провалился в пустоту.