Глава 34. Я скучаю

Я думала, что Келт снова станет милым, однако чуда не случилось. Он злился на меня — я видела это по его лицу. Кажется, ему не понравилось, что я появилась вместе с Мише. Боже, мы ведь просто шли рядом! Не держались за ручку, не обнимались, не целовались! Келтик вообще нормальный? Или потерял пару винтиков из своей чугунной башки? — За мной, — небрежно кинул Келт и, сжимая поводок с псом, пошел к своему подъезду. Пришлось идти следом. Я с опаской вошла в подъезд, который казался точной копией нашего. И села в точно такой же лифт. Келт нажал на кнопку девятого этажа, и мы бесшумно поехали вверх. Я с опаской глянула на парня, лицо которого казалось каменно-спокойным. Потом — на его пса, который уже особо не пугал меня. Почему мы все молчим? Меня раздражает это молчание. — Как его зовут? — спросила я. — Кей, — бросил Келт. — Почему Кей? — Потому что я так решил. Створки лифта распахнулись, и он первым покинул его. Я поспешила следом, оглядываясь по сторонам. Застройщик оказался не слишком оригинальным — двери квартир в этом доме были точно такими же, как в нашем. Келт подошел к одной из них, открыл, зашел, и я тоже переступила через порог. Мне было интересно, как и с кем живет Келт. Прихожая удивила меня — в ней ничего не было, кроме несколько пар кроссовок на полу. Нас встретил котенок. Тот самый котенок, которого я хотела спасти. Он подрос, поправился и стал смелее. Его короткий серый хвостик стоял трубой. Моя кошка, которая осталася у бабушки, тоже встречала меня после школы с поднятым хвостом. Радовалася, что я пришла. — Привет, малыш! — улыбнулась я и сразу же потянула к котенку руки. Он не убегал — дал взять себя и сразу же замурлыкал. — Положи его на место, — сказал Келт. — Какой ты злобный, — фыркнула я, не собираясь исполнять его команды. Он попытался забрать у меня котенка, но тот, поняв это, воспротивился и зашипел на хозяина. — Нормально, — оскалился Келт. — Я эту морду наглую кормлю, а он шипит. Слышь, малой, обратно на помойку захотел? — Он тебя обижает, да? — засюсюкала я над животным. — Не переживай, малыш, твой хозяин просто тупой. — Эй, за словами следи! — Извините, господин, я забылась, — вздохнула я, подняла котенка вверх и заявила: — Твой хозяин — величайший из людей! Не шипи на него! Иначе разгневается! Лучше пой ему песни на своем кошачьем языке о его величие. Что-что? Не считаешь хозяина великим? Тогда лучше не говори ему об этом, а то он облезет от злости… — Ненормальная, — фыркнул Келт и пошел в ванную. Пес уже ждал его там — сразу же после прогулки он послушно сел около двери. Пока Келтик мыл лапы собаке, я мельком осмотрела квартиру. Сказать, что она удивила меня — ничего не сказать! Это была довольно большая двухкомнатная квартира с ремонтом от застройщика — белые стены, матовые потолки, ламинат под дерево на полу. Минимум мебели. В большой комнате лишь диван, стол, на котором лежал ноут, стеллаж с учебниками и лежанка для пса, на которой валялись несколько игрушек. На кухне — простой гарнитур, стол, стулья, холодильник и микроволновая печь. Маленькая комната оказалась закрытой. Неуютно, холодно и одиноко. Как он здесь живет-то? Ни штор, ни цветов, ни картин. Даже мебели почти нет! Окна его квартиры выходили прямо на мои окна, и я поразилась, как, должно быть, ему хорошо меня видно. В этих окнах люди как на ладони. Надо постоянно задергивать окно шторами. А то вдруг я по комнате без лифчика ходить буду, а Грамадина увидит? — Ты один здесь живешь? — спросила я, когда Келт вышел из ванны. Кей выбежал первым и теперь сидел у пустой миски и влюбленными глазами таращился на хозяина. Видимо, был голодным. Котенок тоже хотел есть — он сидел у своей миски и трогал её лапой. — Один, — ответил Келт, насыпая им корм. Удивительно, но корма для животных он покупал очень дорогие. — Почему? — вырвалось у меня. — Слушай, у тебя черный пояс по тупым вопросам? — внимательно посмотрел на меня Келт. Ах да, он же не любит, когда у него что-то спрашивают! — Я просто стараюсь поддерживать диалог. — А не нужно его поддерживать. Нужно делать то, что я говорю. — Так ты еще ничего не сказал! — взорвалась я. — Тогда просто молчи, — сощурился Келт. И я решила молчать. Вообще. Раз ему так не нравится, что я говорю, больше слова не скажу. Покормив животных, Келт пошел в большую комнату и, кивнув на стол, сказал: — Сделаешь мне домашку. Всю, которую задавали в этой четверти. У меня все проверять будут. В тетрадях не пиши — сделаешь на черновиках, я перепишу сам. И не забудь про доклады — по истории и по биологии. Темы вот. И заполни мне дневник на пару недель вперед. Запомнила? Я кивнула, сжав зубы. Вот же! Это же сколько всего мне сделать нужно?! — И еще. Я не Лёха. Не стал бы выбирать ту, которая плохо учится. Так что не вздумай писать неправильные ответы. Делай все так, как сделала бы себе. Я должен хорошо учится. — На его лице появилась недобрая улыбочка. ‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Да как ты будешь хорошо учится, если нифига не делаешь? На контрольных засыплешься. Да и теорию учить нужно — на любом уроке спросить могут. Но я ничего не говорила. Просто слушала. — Если мне не понравится то, как ты делаешь домашку, мы «расстанемся», — добавил напоследок Келт. — И пусть тебя защищает твой мажор. И зачем он это сказал? Чем ему так Миша не угодил? Боже, перед другом детства безумно стыдно. Нужно извиниться. Я достала телефон и набрала сообщение Мише. «Извини, пожалуйста! Мне стыдно:(Понимаешь, мой парень — псих. И не всегда умеет себя контролировать». «Все в порядке, — тотчас откликнулся Миша. — Я не вправе диктовать тебе, с кем общаться, а с кем — нет, но будь с ним осторожна, Катя, хорошо?» Я хотела написать ему, что мой парень хороший человек, просто слегка нервный, однако даже первое слово набрать не успела, как передо мной вырос Келт. Он был одет в одни домашние джинсы, и я оторопела, глядя на его рельефный пресс и мышцы на предплечьях. Почему. Он. Такой. Горячий? Главное, не выдать себя. Он не должен знать, что я поплыла. — И что ты делаешь? — ласково осведомился Келт, опираясь рукой об стол. Блин, почему он так близко? Знакомый запах жвачки, свежести и кофе. Я молча показала ему телефон, думая, что он отстанет. Но нет, Келт нагло выхватил его и успел прочитать сообщение. Волшебство момента испарилось. — Будь с ним осторожна, Катя, — прочитал он с насмешкой. — Как трогательно. — Отдай! — попыталась я завладеть телефоном, но не вышло. Он был выше меня и сильнее. Поднял руку, а я запрыгала вокруг него. Кажется, ему стало смешно. — Отдай, я сказала! — выкрикнула я и схватила его за руку — Он рассмеялся, а я в порыве злости укусила его за запястье. Келт опешил. — Ты больная? — спросил он, разглядывая место укуса. Кажется, на коже остались следы. — Здоровая, — огрызнулась я. — Телефон, говорю, отдай! И не смей читать мои переписки! — Ты домашку мне делаешь или собралась со своим дружком переписываться? — рявкнул Келт и все-таки вернул телефон. Я спрятала телефон в карман, открыла учебник по математике и положила на щеку ладонь — да не просто так, а с вытянутым средним пальцем. Келт увидел его и выругался. Однако ничего делать не стал — просто ушел во вторую комнату, а я осталась одна, злая. В одиночестве я находилась недолго. Сначала ко мне пришел котенок, который стал требовательно просится на руки и в итоге улегся на столе. Сначала следил за мной внимательными глазами, потом пытался поймать ручку зубами, а затем, наконец, уснул. Следом пришел Кей и лег в ногах. Почему вдруг он решил так сделать, я не поняла, но прогонять его не решилась. А затем вернулся и сам Келт. Уселся на диван с телефоном и не сводил с меня глаз. Я спиной чувствовала, как он рассматривает меня. — Что тебе надо? — недовольно спросила я, в очередной раз повернувшись к Келту. — Считай, что я твой смотритель, — хмыкнул он. — Слежу за тем, чтобы ты делала домашку, а не переписывалась с мажором. Кстати, почему тебе нравятся парни, похожие на него? — Люблю самокритику, — хихикнула я. — Я имел в виду твоего дружка, а не себя. Или, — Келт выразительно поиграл бровями, — тебе нравлюсь я? Внутреннюю сторону щек закололо. Точно, он же явно не о себе говорит! Как это я так прокололась?! Однако внешне я и виду не подала, что смущена. — Брось, Келтеныш, — отмахнулась я. — Мир должен взорваться, чтобы ты мне понравился. Он хмыкнул, но ничего не ответил. Так и продолжал сидеть и наблюдать за мной. Задание по математике я сделала только на завтра — и ему, и себе сразу. Упражнения-то нам задали одни и те же. Старую домашку по математике я просто сфотографировала у себя в тетради — пусть переписывает. Точно так же я поступлю с химией и физикой — сфотографирую дома и пришлю Грамадине. Зато над сочинением по литературе пришлось попотеть — два раза одно и то же только разными словами оказалось писать сложно. Когда я отложила ручку, за окном уже было темно. Я глянула на часы — скоро половина восьмого. Мне пора домой. — Эй, Келт, — холодно сказала я. — Я пошла домой. — Уже? — хрипло спросил он. — Понимаю, что время со мной летит незаметно, но я же говорила, что в половину восьмого должна быть дома. К тому же я есть хочу, — зачем-то призналась я. — У меня ничего нет, — вдруг растерянно ответил Келт. — Я сейчас закажу. Что ты любишь больше? Пиццу или ролы? Что с ним? Он чувствует себя виноватым?! — Мне ничего не надо, — повела я плечом. — Просто пойду домой. Остальное пришлю тебе на телефон. А что не успела сделать, сделаю завтра. Я встала, собрала свои вещи, погладила напоследок котенка и Кея и направилась к дверям. Келт проводил меня. — Завтра снова придешь ко мне, — в спину мне сказал он. А я обернулась, зачем-то взъерошила его волосы и убежала. Домой я пришла ровно в половину восьмого, удостоилась внимательного взгляда от отчима и вопроса от мамы, где была. — У Леры, домашку вместе делали, — ответила я и пошла на кухню. Ужин прошел спокойно, и даже Вася почти не раздражал меня. Ещё пару часов у меня ушло на домашку, но перед сном я все- таки выглянула в окно. Келт стоял на балконе и смотрел на меня. Увидев меня, он помахал мне, а я с трудом переборола себя, чтобы не показать средний палец.