Глава 41. Сердце размером с космоса,даже больше

— Кто это? — спросила я, когда высокий парень в модных шмотках ушел. Он был симпатичным, но выражение лица у него было таким, будто вокруг него навалили кучи, и ему приходилось их нюхать. Очень брезгливым. Высокомерным. И вообще, странный парень. Так смотрел на меня, будто я у него последнюю пачку чипсов украла. — Да так, животное одно, — отмахнулся Келт. — Он говорил про трассу. Что вы там делаете, на трассе? — с подозрением спросила я. — Время очередных тупых вопросов, — вздохнул Келт. — Сам тупой, — возмутилась я. — Отвечай! — хочет реванша, — нехотя сообщил Келт. — Я его в одном деле уделал. Он до сих пор не может смирить — Но что за дело? — кивнула я. — Гонки, — чуть подумав, все же ответил Келт. — На байках. — Что? — воскликнула я так громко, что идущие мимо люди повернулись к нам. Пришлось понизить голос. — Ты участвуешь в гонках? Это же незаконно! Тебе нельзя делать этого! — Вот тебя забыл спросить, можно или нельзя, — рассердился Келт. Он просто ненавидел, когда ему указывали. — Вы что-то брать будете? — прервала нас продавщица, которая находилась по ту сторону островка с шоколадной продукцией. Тут продавали местный шоколад ручной работы, и я решила купить парочку — для бабушки и для Ирки. Вышлю им посылку. — Будем, — ответила я и взяла несколько плиток в подарок, а потом потянула Келта к одному любимому маркету, потом — к другому, затем — к третьему… Как и любой парень, келт6 не любил ходить по магазинам, но терпел. Даже подержал мои вещи, пока я мерила платье в примерочной. Желто-белое " черными узорами, расклешенной юбкой и молнией сзади. — Как тебе? — появилась я перед ним. Всегда так мечтала сделать — начать примерять одежду перед своим парнем. Чтобы он помог мне выбрать самое лучшее. Как в фильмах. Но в реальности все оказалось иначе. — Нормально, — ответил Келт, скользнув по платью равнодушным взглядом. — Нормально — это хорошо? Или нормально — это плохо? — уточнила я. — Нормально — это нормально. Бери, если хочешь, и пойдем. — Не хочу, — ответила я. — Мне нужно подумать. — Что тут думать? Нравится — бери. Не нравится — не бери, — выдохнул Келт. — Все же просто. — Нет, так нельзя. Нужно понять, действительно ли мне это нужно. Вдруг вечером платье мне разонравится? — спросила я. Покупки — это всегда боль. — Как оно может разонравиться за несколько часов?! Ты не видишь, что берешь, что ли? — Всякое бывает. Может быть, я пойму, что у меня есть похожее платье, и эта покупка была лишней. — Зачем вы все так усложняете? — возвел глаза к потолку Келт. — Вы — это Катя Сильная и Прекрасная? — Вы — это женщины. — Точно, брат, — согласился стоящий рядом парень, который ждал свою то ли подругу, то ли жену. — Ну возьми ты вещь и не парься. Нет, надо сутками по магазинам носиться, выбирать и в итоге не покупать. Они с Келтом обменялись понимающими взглядами. Странно, что в объятия друг друга не бросились. Со вздохом я вернулась в примерочную, задернула шторку и стала снимать платье. Как назло, волосы попали в замок, и я никак не могла высвободить прядь. Дергала-дергала, и все без результата. Просто дурдом! Так прошло почти десять минут. — Ты скоро там? — заглянул в примерочную Келт. Наверное, он думал, что я уже оделась. А я стояла со снятым платьем, которое висело на моих плечах, и пыталась вытащить волосы из замка. Хорошо, что на мне джинсы были. Зато футболка и кофта висели рядом. Ну что за очередной позор?.. — Прости, — пробормотал Келт. — Если что, я ничего не видел. Он резко опустил шторку. Точно, видел. Хотя, чего я так беспокоюсь. На мне лифчик. Только все равно не по себе… Да и без его помощи мне не справиться. Если только волосы выдрать из головы, но это точно не вариант. — Келт, — пропищала я. — Келт, вернись! — Оденься сначала, — раздался его голос. — Да я не могу! Мне твоя помощь нужна! — Сама одеться не в состоянии?! — Да у меня волосы в замок попали! Помоги вытащить! Он нехотя зашел в примерочную, повернул меня спиной к себе и стал пытаться высвободить волосы из молнии. Не сразу, но у него это получилось. Я тотчас стащила с себя платье и прижала к груди. А Келт стоял напротив и смотрел на меня, точно загипнотизированный. — Чего пялишься? — возмутилась я, и он будто очнулся. — Думаю, как можно быть такой глупенькой? С этими словами Келт вышел из примерочной кабинки, а я быстро оделась. Покупать это платье я не стала. Да и вообще, с магазинами одежды решила завязать. — Пойдем лучше в супермаркет, — сказала я Келту. Супермаркет был новый, о нем все только и говорили в последнее время. Мол, и скидок море, и акции крутые проходят. — Зачем? — Кажется, ему никуда идти не хотелось. — Купим продукты, — решила я. — Приготовлю ужин. Ну же, идем, Келтик! — Да какой я тебе Келтик?! — возмутился он. — Такой. Идем! Я велела ему взять тележку, и мы пошли по многочисленным рядом, полки которых ломились от товаров. Кажется, здесь можно было купить все, что угодно, глаза просто разбегались по сторонам! В родном городе я часто ходила по одному из таких супермаркетов, это было наше любимое с Владом развлечение. И теперь мне на мгновение показалось, будто я снова дома. Келт шел рядом, толкая тележку. Продукты его не особо интересовали. Он вообще казался отстраненным. А мне почему-то хотелось приготовить ему ужин, хотя готовить я умела лишь несколько блюд. Среди них была паста карбонара. Ему точно должно понравиться! К тому же у меня получается неплохо. Да и деньги на карте есть. Кажется, на все должно хватить, да еще и останется немного. Взяв все необходимое для пасты, я пошла к отделу с товарами для животных, и взяла игрушку для котенка. Потом подумала, что Кей обидится и взяла ему кость из жил. — Мы долго еще тут будем? — спросил Келт. — Сейчас на кассу пойдем! — ответила я и увидела мыльные пузыри по акции. Я обожала их и, разумеется, положила в тележку. Келт одарил меня выразительным взглядом. — Зачем? — только и спросил он. — Буду тебе пузыри в лицо дуть, — хихикнула я и первой пошла к кассам. Он вместе с тележкой пошел следом. А это удобно, когда есть собственная рабочая сила. Ещё и пакет потащит до дома. Красота! Как часто это бывает, из множества касс работали не все, и мы застряли в очереди. Перед нами стояла бабушка очень интеллигентного вида. Старенькое, но опрятное пальто, берет, изношенная, но чистая обувь. Палочка в руках. Она взяла хлеб, кефир, пачку простого печенья и колбасу, но почему-то ей не хватало денег, чтобы расплатиться. Она растерянно перебирала мелочь в кошельке. — Вы извините, но на ценнике у колбасы другая цена стояла, — расстроилась бабушка. — На тридцать рублей дешевле. Я и взяла… — Я откуда знаю, что там стояло? — недовольно взглянула на неё кассир. — Вы же видите, какую цену пробивает? Видимо, поменять не успели. Брать будете или как? — А можно от колбасы отказаться? — вздохнула бабушка. Кажется, ей было безумно неловко. — Можно, — поморщилась кассир. — Сейчас отмену сделаю. У меня защемило сердце. Ну как же так? Почему кто-то живет богато, когда старики не могут позволить себе палку колбасы? Разве это справедливо? — Не убирайте! Я добавлю! — спешно сказала я. — Сколько там не хватает? — Тридцать два рубля, — ответила кассир, скользнув по мне равнодушным взглядом, и я полезла в карман. Там как раз лежало пятьдесят рублей. — Девушка, милая, не надо! — ахнула бабушка. — Ты чего, себе лучше шоколадку купи! — Ничего страшного, — улыбнулась ей я. — Мне приятно помочь, вы что! Перед тем, как уйти, бабушка сунула мне в руки горсть конфет из своего кармана. Обычных дешевых леденцов в обертках, которые, кажется, не менялись с советских времен. — Вот, возьми, — сказала она, вкладывая конфеты мне в ладонь. — Чай с ними попьешь. Спасибо, выручила старую. Отказываться было неловко, и я сунула их в карман. Мы попрощались, и я повернулась к кассиру, чтобы расплатиться, однако это сделал Келт. Он протянул ей наличку, получил сдачу и, взяв пакет, подтолкнул меня вперед. — Идем, — бросил Келт, и я пошла следом. — Скажи, сколько вышло! Я тебе на карту переведу! У тебя же есть карта? Эй, ты меня слышишь? Прием, Келтик! Алло! Он молчал. Совсем глухой, что ли? Что опять не так?! — Кофе хочешь? — вдруг спросил Келт, останавливаясь около островка с названием «Кофе с собой». Его вопрос поставил меня в тупик. — Не знаю, — заморгала я. — Значит, хочешь, — почему-то решил он, разглядывая витрину. — Какой? Капучино? Латте? — Молочный коктейль, — призналась я и скромно добавила: — Банановый. Без трубочки. Он купил мне коктейль, себе — кофе с корицей, и мы пошли дальше. Надо же, Грамадина умеет быть милым. Келт и Катя остановились у кофейного торгового островка, не замечая, что на них смотрит субтильный мужчина с усами, одетый в модный костюм. — Вот ты где, — тихо проговорил он, недобро разглядывая парня. Заметил его ещё в супермаркете. Это же он ему крыло машины расцарапал! Маленький паганец! Да эта машина стоит дороже в три раза, чем его жизнь! Сначала пробрался в магазин, хоть и несовершеннолетний, потом ему новую машину испортил. Таких учить жизни надо. Пусть теперь платит. А что? Раз нашлось ума и наглости портить чужие вещи, так пусть найдутся и деньги. Это дело принципа. К мужчине подошел охранник, закончивший смену — его он специально только что вызвал по телефону. — Что такое, Алексей Владимирович? — спросил охранник. — Видишь, парень стоит? Да, вон тот, здоровый такой, кофе покупает? Проследи за ним. Разумеется, не за просто так, — пригладил усы мужчина. — Пробей, где живет, кто такой. Понял? — Понял, что непонятного? — отозвался охранник, разглядывая спину удаляющихся Келта и Кати. — Все сделаю, Алексей Владимирович. И он пошел следом за ними. Мы вышли из торгового центра, и Келт вдруг резко развернулся. От неожиданности я едва не врезалась в него и ткнулась носом в молочную пенку — коктейли я всегда пила без трубочек. — Я тебя не понимаю. Почему ты такая? — спросил Келт, сведя  брови к переносице. — Какая — такая? — не поняла я, вытирая пенку с лица. — У тебя жизнь не сахар. Заставили переехать. Травили в школе. Отчим явно поехавший. Я ерундой заставляю заниматься. А ты вместо того, чтобы всех ненавидеть, ходишь и улыбаешься, — тихо сказал он. Его глаза казались темными, будто ночь. — Помогаешь другим. Почему ты такая добрая? Он сказал это так, будто бы обругал. Будто бы быть доброй — преступление. — Это плохо? — с вызовом спросила я. — Рядом с тобой я чувствую себя грязным, — вдруг вырвалось у него. — Как будто бы ты — ангел, а я рядом с тобой — тварь последняя. — Я просто делаю то, что хочу. Если я могу помочь — помогу бы нет. Да, я знаю, что я глупая. Но вот не могу иначе, не умею по другому Я хоть и ниндзя, леди фея. Думай обо мне что хочешь, Келт. — Я вообще о тебе не хочу думать. Но… — Что — но? — Не могу перестать делать это. Дай мне руку, — попросил Келт. Не приказал, а именно попросил. — Зачем? — спросила я, не зная, что думать. — Просто дай мне руку и идём домой. Ты ведь хотела приготовить мне ужин. Хотя… — Что? — Замри. Он коснулся моего носа и убрал с него молочную пенку, которую я не заметила. Я вложила пальцы в его ладонь, и мы пошли в сторону наших домов. Молча. Не знаю, о чем думал Келт, а вот у меня в голове были мысли о том, что рядом с ним спокойно, хоть он и дурачок. — Когда я делаю что-то хорошее, то надеюсь, что папа увидит это, — вдруг призналась я, когда мы оказались во дворе. — И обрадуется. — Думаешь, он наблюдает за тобой? — Конечно, — уверенно ответила я. — И откуда? Оттуда? — хмыкнул Келт и кивнул в небо, высокое и прозрачно-синее. Такое небо бывает только осенью. — Отсюда, — коснулась я свободной рукой левой стороны груди. — Отсюда виднее, чем из космоса. А знаешь, почему? — Почему же? — Потому что человеческое сердце размером с целую землю,даже больше с размером космоса. — Если у тебя сейчас вырастут крылья, не утяни меня за собой в небо, — пошутил Келт. — А если у тебя появятся рога, не утащи меня за собой под землю, — ответила я, и мы дружно рассмеялись. Перед тем, как войти в подъезд, я на всякий случай огляделась. Отчима поблизости не было. Можно было идти к Келту. Красивое у него все-таки имя…