Часть 8

Ночь в Малфой Мэноре была холодной и туманной. Вся обстановка вокруг, от величественных стен до тонкой, хрупкой зимней тишины, словно укрывалась под покровом старинного магического мира, который жил по своим законам. Драко стоял у окна, его взгляд был сосредоточен на затмённом лунном свете, который падал на заснеженную территорию. Внутри его бушевала буря. Он снова думал о Гермионе, о том, что с ним происходило, но не мог понять, что именно. Пэнси была рядом, и всё казалось правильным, но внутри него оставалась пустота. Что-то не сходилось, и он не мог избавиться от этих мыслей. Дверь в комнату распахнулась, и в неё вошла Нарцисса Малфой, его мать. Она была одета в элегантное чёрное платье, которое подчеркивало её достоинство и стойкость, её взгляд был суровым, но в нём была скрыта беспокойная забота. Нарцисса всегда была сильной женщиной, и Драко знал, что она переживала за него больше, чем она показывала. — Драко, — сказала она, подойдя к нему, — ты должен понять, что ты не можешь оставаться в этом состоянии. Ты не можешь оставлять свои чувства под замком. Ты должен сделать выбор, иначе этот выбор сделает за тебя кто-то другой. Драко не ответил. Он стоял с пустым выражением лица, глядя на снежный пейзаж. Внутри его головы всё смешивалось: Пэнси, его мать, его обязанности, и, конечно, воспоминания о Гермионе. Но они были слишком размытыми, слишком смазанными. Нарцисса вздохнула и присела рядом с ним. — Я знаю, что ты думаешь о Гермионе, — продолжила она. — Ты не можешь вечно тянуть за собой эти воспоминания. Они будут уничтожать тебя изнутри, если ты не отпустишь их. Ты — Малфой, а не какой-то жалкий... грязнокровка. Ты должен понять, что твоя судьба не может быть связана с такими людьми. Драко взглянул на неё, его глаза были холодны и полны противоречий. — Ты не понимаешь, — сказал он тихо. — Я не могу забыть её. Я не могу просто взять и закрыть глаза на всё, что было. Нарцисса, казалось, немного удивилась его словом, но быстро вернула свою стойкость. — Ты не обязан её любить, — сказала она решительно. — Ты должен смотреть в будущее. Пэнси будет рядом, она готова поддержать тебя. Пэнси вошла в комнату, её улыбка была самой настоящей, но Драко знал, что она следит за каждым его движением, за каждым словом. Пэнси всегда была рядом, и она делала всё, чтобы закрепить свою позицию в его жизни. — Я знаю, что вы оба переживаете, — сказала она, подходя к Драко. — Но мы с вами — настоящая семья. Ты не должен продолжать бороться с собой. Ты заслуживаешь быть счастливым. Драко снова не ответил. Он стоял, не в силах сделать шаг вперёд. Нарцисса встала и подошла к Пэнси, в её глазах был какой-то тонкий намёк, почти неуловимый для обычного взгляда. — Пэнси, — сказала Нарцисса, её голос был полон мягкой, но настойчивой уверенности. — Ты как дочь для меня. Ты знаешь, что можешь рассчитывать на нас в любой ситуации. Ты наш человек. Пэнси подняла взгляд, её лицо озарилось искренней благодарностью, но в её глазах была скрыта какая-то своя игра. — Спасибо, миссис Малфой, — ответила она. — Я буду делать всё, чтобы поддержать Драко. Но в тот момент, когда Нарцисса повернулась к Драко, её глаза стали более мягкими, а взгляд полон невысказанных слов. Её забота была очевидной, но также было видно, что она привыкла всегда быть в центре происходящего. — Ты должен понять, Драко, — сказала она с легким вздохом, — ты не можешь оставаться в этом состоянии. Ты не должен бороться с тем, что будет лучше для тебя и нашей семьи. Мы все должны смотреть вперёд. Но всё это было слишком для Драко. Он стоял, молчал, а мысли его, как завеса тумана, не давали ясности. В какой-то момент он снова почувствовал этот холод, этот пустой угол в своём сердце, который никак не мог заполнить ни Пэнси, ни его мать. В это время в другом конце города, в кафе в Хогсмиде, Гермиона пыталась справиться со своими мыслями. Она была с Гарри, но её мысли ускользали от неё, как вода сквозь пальцы. Она пыталась сосредоточиться на чём-то важном, но каждая минута с Гарри напоминала о том, что ей не хватало чего-то другого. Он был её другом, но она не могла избавиться от ощущения, что её сердце было не на своём месте. — Ты выглядишь немного растерянной, — сказал Гарри, заметив её задумчивый взгляд. — Всё в порядке? Гермиона взглянула на него, пытаясь собраться. — Да, всё нормально, Гарри, — ответила она, но её голос звучал неубедительно. — Просто немного устала. Много работы в министерстве, знаешь? Гарри не выглядел, как будто верил ей, но он ничего не сказал. Он знал, что Гермиона была сильной, но иногда даже ей нужно было позволять себе немного отдохнуть. Он пытался быть поддерживающим другом, но ему тоже не давал покоя тот факт, что она всё больше становилась отдалённой. Он думал, что это, возможно, связано с Драко, но не мог понять, как помочь ей. — Может, тебе стоит немного отдохнуть, — сказал Гарри, тихо добавив: — Ты всегда такая занятая. Гермиона вздохнула, её мысли снова вернулись к Малфой. Она пыталась не думать о нём, но не могла. Что бы ни происходило, он был частью её жизни, и этого она не могла изменить. Тем временем в Малфой Мэноре, Пэнси пыталась быть рядом с Драко, её нежные слова и внимание не могли заставить его забыть то, что его душа искала в глубине. Он всё больше терял связь с тем, что когда-то знал. И хотя он пытался строить свою жизнь, он знал, что внутри него была пустота, которую никто не мог заполнить. Но всё изменилось, когда Пэнси в очередной раз подошла к нему, её лицо отражало решимость. — Ты должен отпустить её, Драко, — сказала она твёрдо, не обращая внимания на его молчание. — Ты не должен страдать из-за того, что не можешь контролировать. Мы с тобой — это всё, что тебе нужно. Но Драко не мог избавиться от этого ощущения, что нечто важное ускользает от него, и он не знал, как найти это потерянное воспоминание. Драко Малфой входил в министерство магии с тяжёлым шагом, словно тянул за собой невидимую цепь. С каждым днём его внутренний мир становился всё более запутанным, но одна вещь была ясна: воспоминания о Гермионе исчезали, как дым, растворяющийся в воздухе. Ему не хотелось об этом думать, и как бы он не пытался вспомнить, всё выглядело размытым и несуразным. Он больше не чувствовал того, что когда-то знал, а теперь просто видел её как ещё одного обычного сотрудника, с которым ему приходилось работать.  Гермиона Грейнджер , грязнокровка, которая всегда цеплялась за статус и достойную карьеру, так же, как и все остальные. Всё, что связывало его с ней — это работа. И в этом не было места для никаких старых чувств, для тех недавних воспоминаний о том, как они были близки, о том, как он когда-то любил её. Он увидел её в коридоре министерства, как всегда занятым, сосредоточенным выражением лица. Она была в своём строгом офисном наряде, с глазами, полными решимости и силы, но, как всегда, и с этой пронзающей тенью слабости, которая ему раньше так хорошо была знакома. Она всё ещё была там, но для него уже не существовала. Как-то раз их взгляды встретились. Она даже не пыталась скрывать, что заметила его, но в её глазах не было того огня, который был раньше. Вместо этого её выражение было нейтральным, но с лёгким оттенком беспокойства. Драко не мог сдержать лёгкую насмешку. Его лицо исказилось в холодной улыбке, и он, не задумываясь, подошёл к ней, говоря с ледяной ненавистью: — Как там, грязнокровка? Вроде работаешь усердно? — его голос был полон презрения, словно он не знал, кто она, и что связывало их когда-то. Гермиона остановилась, чувствуя, как каждое слово Драко прокалывает её душу. Но она не дала волю эмоциям. Она была сильной, и она не собиралась показывать ему свою боль. — Я справляюсь, Драко, — ответила она спокойно, но её внутренний мир разрывался. Вспоминать их прошлое было слишком больно, но она старалась не показывать слабость. — Спасибо за беспокойство. Драко фыркнул, повернувшись к ней спиной и продолжая двигаться по коридору. — Беспокойство? — произнёс он с издёвкой, оборачиваясь. — Ты что, решила, что я буду переживать из-за тебя? У тебя-то где, Грэнджер, твоя гордость? Как там твой высокий статус в министерстве? Ты точно заслуживаешь этого места. Правда. Его слова звучали как ядовитые стрелы, и Гермиона почувствовала, как каждая из них прокалывает её. Но она не хотела плакать, не хотела показывать, как это всё ранило её. Она не могла позволить себе слабость. Не перед ним. — Ты давно перестал быть тем человеком, которого я когда-то знала, Драко, — сказала она с трудом, пытаясь собрать остатки силы в голосе. — Мне жаль, что тебе приходится тратить свою жизнь на такую ненависть. Но Драко лишь усмехнулся и ускорил шаг. Он забыл, кто она для него, и его единственной целью было показать, насколько она ниже его. Он не понимал, как мог когда-то относиться к ней иначе. В его памяти всё было стерто, и он уже не видел в ней ничего, кроме того, что хотел видеть. Гермиона стояла, смотря ему вслед, ощущая, как холодок пробегает по спине. Она пыталась не думать о том, как это всё разрушает её изнутри. Но каждый день, каждое его унижение становились всё более болезненными. Вскоре, Драко снова встретился с ней на работе, и его унижения стали ещё более циничными. Он начал называть её не просто грязнокровкой, но и дерзкой девчонкой, которая не заслуживает ни уважения, ни признания. Он специально ставил её в неудобные ситуации, заставляя чувствовать себя незначительной.  На совещаниях он начинал выступать с саркастическими комментариями, обращаясь к ней как к лишней на собрании. Он вел себя так, будто Гермиона не имела права быть рядом с ним, не имела права занимать такое же высокое положение в министерстве. Однажды он подстроил так, чтобы её предложение было отклонено на важном проекте. Вся его манера общения с ней стала лишь продолжением его зловещей игры, где она была лишь пешкой. Всё, что она могла сделать, это молчать и терпеть. Его память о ней была словно выжженная пустыня, и Гермиона чувствовала, как её сердце разрывается с каждым новым ударом. Но она не собиралась показывать, как это её уничтожает. Она, как всегда, будет бороться. — Ты всё больше мне напоминаешь того Драко, которого я всегда ненавидела, — прошептала она, когда он прошёл мимо неё в очередной раз. Гермиона сидела в своём кабинете, глядя в окно на серые тучи, которые в очередной раз закрыли небо. Она не могла отделаться от мысли о Драко, о том, как он вел себя с ней, как будто они никогда не были близки. Всё, что она когда-то знала о нём, теперь было не более чем миражом, исчезнувшим в пустоте. С каждым днём, его отношение к ней становилось всё хуже. Он унижал её при каждом удобном случае, но Гермиона старалась оставаться спокойной, сдержанной, хотя каждый его поступок разрывал её сердце. Он словно наслаждался её страданиями, получая удовольствие от того, что мог причинить ей боль. Каждый раз, когда их пути пересекались, её душу охватывало чувство беспомощности. Он был другим человеком, а она — никем для него. В его глазах больше не было того тепла, что когда-то было между ними. Она видела только холод и отстранённость. Гермиона могла бы бросить всё и уйти, но не могла. Она была слишком горда, чтобы показать ему свою слабость. Но в тот момент, когда Драко подошёл к ней на очередном совещании, она не могла не почувствовать, как её сердце опять разбивается. — Всё ещё надеешься на уважение, Грэнджер? — его слова были острыми, как нож. — Ты не заслуживаешь этого, и никогда не заслуживала. Её взгляд был холодным, но внутри она ощущала, как её душу раздирает боль. Он снова был здесь, снова наносил рану. Гермиона молчала, не в силах ответить, хотя её грудь тяжело вздымалась от гнева и обиды.  Он повернулся к ней спиной, не ожидая никакой реакции. Гермиона стояла в тени, как всегда, пытаясь удержать слёзы, которые подступали к её глазам. Она не могла себе позволить быть слабой, но внутри неё бушевала буря. После этого дня, каждый раз, когда они встречались, он вновь и вновь подтверждал, что забыл её. Он стал говорить о ней, как о посторонней, как о какой-то безликой личности, с которой ему просто нужно работать. Он строил вокруг себя стену, и с каждым днём она становилась всё более непробиваемой. Но, несмотря на его жестокость, Гермиона всё равно не могла его забыть. В её памяти, как на старых фотографиях, сохранились моменты, когда он был другим — добрым, нежным, любимым. Те воспоминания остались в её сердце, и несмотря на его поступки, она не могла избавиться от них. Это было мучительно.  Однажды, спустя несколько дней после очередного унижения, Гермиона сидела в своей комнате, пытаясь сосредоточиться на отчётах, но её мысли продолжали блуждать. Она вспомнила момент, когда Драко держал её за руку в их прошлом. Она могла бы назвать это любовью. Но теперь она знала, что это было лишь иллюзией, как и её мечты о том, что они будут счастливы вместе. Она закрыла глаза, почувствовав, как слёзы наворачиваются на ресницы. Но она не могла позволить себе плакать. Она не могла показать, как сильно её разрывает его отношение. Но в глубине души она знала, что не может сдаваться. Не сейчас. Она больше не будет той, кто будет держаться за воспоминания, которые он уже забыл. Её боль была её силой, и она будет использовать её, чтобы двигаться вперёд. В этот момент, несмотря на всю тяжесть на её душе, Гермиона почувствовала, как внутри неё начинает пробуждаться что-то новое — неуёмное желание восстановить свою жизнь, свою гордость и свою независимость. И даже если Драко продолжал уничтожать её душу своими словами, она больше не будет его жертвой. Она не могла позволить себе падать. И не могла позволить ему победить. Собрав все силы, Гермиона встала и направилась к своему столу, решив, что в этот раз она больше не позволит ему стоять на её пути. Гермиона стояла в центре просторной комнаты, ощущая лёгкий трепет в душе. Перед ней был её новый дом, и хотя он ещё не был полностью обставлен, она уже чувствовала, что сделала правильный шаг. Просторный камин, большие окна, через которые в помещение проникал свет, деревянные полы, отражающие мягкое свечение ламп — всё это было новым, но тем не менее, по-настоящему её. Это было место, где она могла начать заново.  После всех этих лет работы в министерстве и постоянных унижений от Драко, Гермиона решила, что настало время сделать что-то, что не будет связано с его присутствием. Она купила дом в тихом районе, подальше от шума города и от всех, кто мог бы напомнить о её прошлом. Она не хотела, чтобы кто-либо знал, где она живет — даже он.  Драко больше не был частью её жизни, и пусть её сердце всё ещё болело, она знала, что единственный способ двигаться дальше — это полностью освободиться от того, что связывало её с ним.  Теперь, стоя в комнате, Гермиона ощущала себя сильной и свободной, как никогда. Это был её новый старт. Она не могла изменить прошлое, но она могла управлять настоящим. И она не собиралась больше позволять ему разрушать её жизнь.  В первые дни в новом доме Гермиона по-настоящему наслаждалась тишиной и уединением. Она занималась обустройством, покупала новые вещи, расставляла их, создавая уют. Каждый уголок дома наполнялся её энергией и решимостью. В её душе было ясно: это её место, и здесь она будет счастливой. Прошло несколько недель, и привычка жить без постоянных оскорблений и унижений начала приносить плоды. Она возвращалась к себе, к тому человеку, которым была прежде — уверенной, сильной, с высоко поднятой головой.  Тем временем, Драко продолжал работать в министерстве магии, и как бы он ни пытался избегать её, они все равно периодически пересекались. Он заметил, что Гермиона как-то изменилась, но не мог понять, что именно в ней было другим. Он не знал, что она сделала, но она выглядела гораздо более уверенной и спокойной, чем раньше. Его удивляло, что её не было ни на одном из корпоративных мероприятий, и он решил выяснить, что с ней произошло. Он чувствовал, как его любопытство растёт, но не мог решиться задать ей вопрос напрямую. Он уже не был уверен в своих чувствах. В какой-то момент он даже стал чувствовать, что что-то потерял, но продолжал игнорировать это чувство, пытаясь заглушить его игрой с Пэнси и поддержанием своих позиций в обществе. Однажды он столкнулся с Гермионой в коридоре министерства, и не смог сдержать вопрос: — Где ты пропадаешь? Я слышал, что ты больше не появляешься на встречах и мероприятиях. Считаешь, что это нормально, Грэнджер? — его голос был холодным, но в его глазах читалась едва заметная озабоченность. Гермиона подняла взгляд и, не скрывая своей решимости, ответила: — Мне не нужно быть частью твоего мира, Драко. Я живу своей жизнью. И тебе не стоит беспокоиться обо мне. Её слова были простыми, но они заставили его замолчать. Он всё ещё не мог понять, почему она была настолько уверенной и спокойной. Всё в ней изменилось, но он продолжал цепляться за свою гордость и отказывался признать, что в её жизни теперь нет места для него. Он хотел продолжать с ней бороться, но вдруг понял, что не знает, что именно он борется за. Все те чувства, что когда-то были между ними, стерлись в туманной пустоте. Гермиона увидела, как его лицо слегка исказилось от какого-то внутреннего конфликта. Но она не обращала внимания на это. Её жизнь теперь была её собственной. И она больше не собиралась возвращаться в тот мир, который он пытался для неё построить. Она повернулась и пошла дальше по коридору, уверенно шагая, не оборачиваясь назад. Драко стоял в коридоре министерства, глядя в спину Гермионы. Её уверенные шаги, её спокойно гордая осанка, её холодное, почти презрительное отношение к нему — всё это дико контрастировало с тем, что было между ними раньше.  Он не мог понять, что произошло. Почему она изменилась? Почему её больше не волновали его слова, его насмешки? Когда-то она буквально тянулась к нему, искала его одобрения, а теперь… теперь она была совершенно другой. Драко почувствовал, как внутри него что-то замерло. Он никогда не привык к тому, чтобы люди так легко от него отказывались. Он привык быть в центре внимания, привык, чтобы его слова имели вес, чтобы люди стремились заслужить его расположение. Но она не была такой. Она уходила, не оглядываясь, словно его существование не имело для неё значения. "Грэнджер," — он внутренне усмехнулся. "Как она изменилась. И как это меня пугает."  Драко не мог избавить себя от мыслей о ней. И чем больше он пытался игнорировать её, тем сильнее она проникала в его сознание. Каждое её слово, каждое движение, даже её молчание оставляли после себя след, как трещины на мраморе. Она была в его голове, и неважно, сколько бы он старался делать вид, что её нет. Но он знал, что его чувства — это не то, с чем можно было справиться с помощью силы воли. Нет. Это было гораздо сложнее. И больнее. "Ты должна была стать частью моего мира," — думал он, стиснув зубы. "Почему ты выбрала уйти?" Но все эти вопросы не давали ему покоя, а, напротив, запутывали его ещё больше. Он чувствовал, что терял контроль, и это было самое страшное. Пэнси заметила его молчаливое состояние, когда он вернулся в офис. Она знала, что происходило в его голове, и, несмотря на все её ухаживания и флирт, что-то в его взгляде беспокоило её. Она не могла не заметить, что он стал гораздо более закрытым и отстранённым. И хотя она старалась всячески привлекать его внимание, в глубине души она понимала, что Драко был не тем, кем казался. — Ты снова о ней думаешь, — Пэнси подкралась к нему, её голос был мягким и хитрым, но в её словах звучала нотка раздражения. Драко поднял взгляд, встретив её взгляд с таким же холодным выражением, как и обычно. — О ком ты? — его голос был пустым, лишённым эмоций. — О Гермионе, — Пэнси усмехнулась, пристально наблюдая за его реакцией. — Ты не можешь забыть её, правда? Драко вздохнул, пытаясь скрыть свою растерянность. Он был утомлён от собственной неопределённости. Он должен был быть решительным. Он был Малфоем. Но почему-то её образ продолжал преследовать его. — Это не имеет значения, Пэнси, — сказал он, уводя её взгляд от себя. — Всё, что имеет значение — это то, что я должен сделать. И ты тоже, вероятно, должна сосредоточиться на своём положении. Пэнси ухмыльнулась, но в её глазах промелькнула тень сомнения. Она понимала, что Драко становился всё более непредсказуемым, и его взгляд на мир менялся. То, что она когда-то считала победой, теперь становилось для неё чем-то тяжёлым и неуправляемым. Тем временем Драко вернулся домой в Малфой Мэнор, его мысли были мрачными, а внутреннее беспокойство не отпускало. Он чувствовал, как его эмоции начинают заполнять его, но не мог их распознать. Он пытался найти объяснение своему поведению, своей растерянности, но не мог. Всё, что он знал — он не мог забыть её. И это пугало его. Гермиона была уже далеко, и он ничего не знал о её жизни, но его мысли, его чувства по отношению к ней не утихали. Он не мог понять, почему её образ был в его голове, почему её слова и её лицо продолжали возникать в его памяти. Это казалось невозможным. Он не должен был так себя чувствовать. Но, несмотря на его желание держаться под контролем, он снова и снова думал о ней. "Почему ты не можешь просто исчезнуть, Грэнджер?" — его собственные мысли отдавались эхом в его голове. Он лежал в своей постели, но не мог уснуть. Гермиона снова была в его мыслях, как тень, которая не уходила, даже когда он закрывал глаза. И хотя он пытался убедить себя, что это просто воспоминания и не более того, он знал, что что-то изменилось. И что это было начало чего-то, что он не мог контролировать. Гермиона сидела за своим столом в кабинете министерства, но её мысли были далеко. Она смотрела на бумаги, которые нужно было обработать, но слова на них расплывались, не имея смысла. Всё её внимание было захвачено мыслями о нём — о Драко. Она не могла понять, почему эти мысли не покидают её. Всё, что она хотела, — это забыть его. Он был тем, кто унижал её, тем, кто заставлял её чувствовать себя менее значимой, тем, кто казался невыносимым. Но вот уже несколько недель, как его лицо появлялось в её мыслях всё чаще и чаще. Почему это происходило? Она вздохнула, пытаясь сосредоточиться на работе, но её взгляд снова метнулся к окну. Зима пришла рано, и холодный ветер шевелил деревья, что стояли за окном. Снежинки тихо падали на землю, и Гермиона почувствовала, как её сердце сжалось от какой-то тоски, которая вдруг накрыла её. *"Почему я всё ещё думаю о нём?"* — снова и снова задавала она себе этот вопрос. Он разрушил её, он обманул её, он стал причиной её боли, но почему-то она всё ещё не могла его забыть.  Она пыталась быть сильной, пыталась закрыться от всего, что касалось его. Она создала для себя новый дом, новый мир. Она старалась быть независимой, заниматься тем, что любила. Но его тень не отпускала. Каждое его слово, каждое его действие оставляло след в её душе, и ей было трудно избавиться от этого. *"Он меня уже не любит. Он забыл обо мне. Он выбрал Пэнси,"* — эти мысли снова начали терзать её. В какой-то момент ей даже стало больно от этого осознания. Он не просто забыл её — он пытался выжить её из своей жизни, выкинуть её из своего мира. Он стал холодным, отстранённым, жестоким. Гермиона злилась на себя за то, что ещё чувствовала что-то к нему. Она ненавидела себя за то, что её сердце всё ещё болело. Она пыталась поверить, что он был тем, кем она его считала, но не могла. Часть её души всегда верила, что он был способен на большее. Часть её души всё ещё надеялась на что-то, что теперь казалось невозможным. — Грэнджер, ты в порядке? — прозвучал голос Рона, и она вернулась в реальность. Она взглянула на своего друга, пытаясь скрыть свои чувства за улыбкой. — Да, просто немного устала, — ответила она, пряча беспокойство в голосе. Рон изучающе посмотрел на неё, но не стал настаивать. Он знал, что она не любит делиться своими переживаниями. Гермиона всегда была склонна держать всё в себе. Но он всё-таки заметил, как часто её взгляд становился отстранённым, как будто она была где-то далеко. И, несмотря на то, что Рон считал, что её отношения с Драко давно остались в прошлом, он чувствовал, что что-то всё ещё не так. Гермиона, не обращая внимания на свою работу, снова позволила своим мыслям вернуться к нему. Она вспомнила, как они когда-то были близки, как когда-то делились моментами, как могли разговаривать, не боясь своих чувств. Но теперь всё изменилось. И, несмотря на свою решимость начать новую жизнь, она чувствовала, как её мысли вновь возвращаются к нему. *"Что если... что если я могла бы снова что-то изменить?"* — эти слова пришли ей в голову, и она ощутила боль в груди. Она не могла поверить, что всё ещё думает о нем. Всё это было безумием. Но правда была в том, что Гермиона не знала, как избавиться от этих чувств. Она думала, что если просто оставит его в прошлом, всё станет проще. Но теперь она понимала, что забыть его оказалось сложнее, чем она предполагала. Она подняла голову, и её взгляд снова оказался на пустой чашке чая перед собой. Она резко встала из-за стола и направилась к окну, чувствуя, как холодный воздух ударяет её в лицо. Она огляделась вокруг, пытаясь собрать свои мысли. *"Мне нужно забыть его. Я не могу продолжать жить в этом прошлом. Он не вернётся, и я должна это принять,"* — она твердо сказала себе. Но что-то внутри неё всё ещё колебалось. Даже несмотря на её усилия быть сильной, часть её всё ещё надеялась на невозможное. Гермиона закрыла глаза и сделала глубокий вдох, заставив себя сосредоточиться на настоящем. *"Он не вернется, и я должна двигаться дальше,"* — повторяла она в голове. И хотя её разум говорил одно, сердце продолжало спорить. Она не знала, что её ждёт вперед Гермиона стояла у окна, взгляд застывший на снеге, который тихо падал с небес. Всё вокруг было тишиной, но внутри неё бушевала буря. Её разум пытался успокоиться, заставить её принять, что всё, что было с Драко, — это уже в прошлом. Но чувство беспокойства не покидало её. Этот внутренний хаос, эта неугомонная боль, которую она не могла никак утешить, только усиливались. Гермиона вернулась за свой стол и посмотрела на документы, которые требовали её внимания, но мысли снова сбежали в прошлое. Драко. Всё, что было между ними, снова прокралось в её разум, как тень. Эти чувства, эта борьба, этот момент, когда они были рядом, когда казалось, что всё может быть иначе. Но сейчас он был для неё чужим человеком. Отстранённым. Ядовитым, как всегда. И её сердце снова и снова отказывалось верить в то, что она пережила. Она так сильно хотела забыть его, но каждый его взгляд, каждый его момент в её жизни оставлял след. Она чувствовала себя как в клетке — клетке, которую сама себе создала. Вдруг дверь кабинета распахнулась. Гермиона вскочила, подскочив от неожиданности. Это был Драко. Он вошел, не заметив её шокированного взгляда. Он сразу направился к своему столу, не обращая на неё внимания. **"Почему он снова здесь? Почему всё так…?"** — Гермиона пыталась не смотреть на него, но её взгляд сам собой устремился к его фигуре. Он выглядел таким же холодным и отстранённым, как и всегда. Она почувствовала, как её сердце опять замерло от волнения. Драко заметил её взгляд и резко обернулся. — Что, Грэнджер? — его голос был таким же ядовитым, как и всегда. — Ты чего такая задумчивая? Гермиона не знала, как ему ответить. Все слова, что она хотела сказать, застряли у неё в горле. Она чувствовала, как горечь накатывает, как старые обиды всплывают на поверхность. — Просто работаю, — ответила она, стараясь не выдать свою внутреннюю борьбу. Драко фыркнул и снова погрузился в свои бумаги, но она чувствовала, как его глаза время от времени останавливаются на ней. Это было неприятно. С каждой секундой она ощущала, как его присутствие в её жизни снова начинает раздражать её. *Почему он всё время появляется в моей жизни? Почему он так или иначе всё равно оказывает влияние на мои мысли?* — эти вопросы терзали её, но она не могла на них ответить. Внезапно дверь кабинета снова открылась, и на пороге появился кто-то ещё. Это была Пэнси Паркинсон. Она вошла с уверенной улыбкой на лице, её походка была изящной и властной. — Драко, Грэнджер, — Пэнси кивнула им, взглянув на оба их. — Мы должны поговорить. Гермиона почувствовала, как её глаза сузились. Пэнси всегда была ей несимпатична, и её постоянные попытки подлизаться к Драко её раздражали. Однако, она не могла игнорировать тот факт, что Пэнси была настоящим мастером манипуляций. — О чём? — спросил Драко, не подняв глаз от документов.  — О том, что в министерстве творится настоящий хаос, — Пэнси ответила, её голос был серьёзным. — Кто-то пытается разрушить баланс. Кто-то вмешивается в наши дела. Я не могу оставлять это так. Гермиона почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она не верила, что всё происходящее просто так. Что-то было не так. Что-то темное и опасное скрывалось в этих словах. — Ты что-то знаешь? — спросил Драко, наконец поднимая взгляд. В его глазах мелькнула тень подозрения, но в его голосе не было волнения. Пэнси обвела взглядом комнату и сделала шаг ближе к Гермионе и Драко. — Возможно, но всё очень запутано, — её голос стал чуть тише. — Я не могу вам сказать всё сразу. Но приготовьтесь. Очень скоро случится нечто, что изменит всё. Гермиона почувствовала, как холод прокрался в её сердце. Что-то было не так. Пэнси казалась уверенной, но её слова звучали зловеще. Она и раньше была манипулятором, но сейчас её взгляд был серьёзным. — С чем это связано? — спросила Гермиона, пытаясь сохранять спокойствие.  — Не могу сказать, — Пэнси усмехнулась. — Но вы оба вскоре будете в центре этого. В этот момент Драко нахмурился, и его взгляд стал более напряжённым. — Это не имеет значения. Если что-то угрожает министерству, мы разберемся с этим, — он сказал, его голос стал резким, как всегда. Пэнси пожала плечами. — Не такой уж я и оптимист, как ты, — сказала она, указывая на Гермиону. — Я не думаю, что всё будет так просто. Ведь ты, Грэнджер, так или иначе связана с этим. Гермиона почувствовала, как её руки непроизвольно сжались в кулаки. Пэнси не остановится. Она снова пыталась манипулировать ситуацией. Она всё знала, она что-то скрывала. — Так что же ты предлагаешь? — спросила Гермиона, пытаясь понять, что Пэнси скрывает. Пэнси кивнула и сделала шаг назад. — Просто будьте осторожны, — сказала она, её улыбка становилась всё более загадочной. — И будьте готовы к тому, что всё может измениться за одну ночь. Гермиона проснулась от звука, который казался далёким, но неимоверно громким. В её голове звенела тревога, будто что-то важное должно было случиться, и она была к этому не готова. В её сердце зародилось чувство неизбежной беды. Она не могла объяснить, почему, но это ощущение не покидало её. Она подошла к окну, взглянув на город, который был окутан снегом. Утро было мрачным, и что-то в воздухе чувствовалось странно. Гермиона не могла понять, что именно. Всё это было так, как будто она находилась на пороге чего-то ужасного. На работе в министерстве магии её тревога не исчезла. Все шло, как обычно — политики спорили, маги принимали заклинания, решались вопросы с магическими существами. Но вдруг, в самый разгар её рабочего дня, двери её кабинета распахнулись с силой, и в комнату вошёл Драко. Он выглядел… другим. Его глаза не сверкали как раньше, а были полны отчуждения и чего-то темного.