Часть 12

**Мысли Драко:** *Это конец, если я не остановлю его. Но если я сдамся, если я снова буду рабом... Я не могу этого позволить. Я был слабаком, но не сейчас. Я был пожирателем смерти раньше, и я снова буду им.* Его глаза, когда-то полные сомнений, теперь стали жёсткими и холодными. Он поднял свою палочку и, не глядя на Волдеморта, скомандовал: — Прекрати, Лорд. Она не будет твоей жертвой. Волдеморт усмехнулся, усмотрев в словах Драко не страх, а решимость. Он знал, что этот мальчик когда-то был одним из самых преданных его слуг, но теперь перед ним стоял мужчина, который был готов сражаться, несмотря на свою привязанность к Тёмной магии. — Ты хочешь защитить её? Ты предаёшь меня, Малфой, — прошипел Волдеморт, и его глаза наполнились злобой. — Ты всё равно будешь моим. Ты снова будешь делать то, что я говорю. Но Драко, уже не сомневаясь, лишь шагнул ещё ближе. Он был готов. **Мысли Драко:** *Я не могу быть слабым. Я не могу позволить ему контролировать меня. Я снова буду пожирателем смерти, но на моих условиях. Я буду защищать её. Я буду делать всё, чтобы она не пострадала.* — Ты не получишь её, — ответил он твёрдо. — Я не буду твоим рабом. С этим он направил палочку на Волдеморта, и в воздухе зазвучало заклинание. С каждым словом, произнесённым им, его уверенность возрастала. Он вновь стал тем, кем был раньше — не колеблющимся, жестоким, способным идти до конца, чтобы победить своего врага и защитить тех, кого он любил.  Волдеморт был вынужден отступить, понимая, что Малфой, похоже, снова стал тем, кем должен был быть. И в этой борьбе он был готов драться до последнего, чтобы не потерять свою душу. **Мысли Драко:** *Я защищаю её, несмотря на всё. Я буду сражаться, потому что она стоит того.* Волдеморт, понимая, что Драко не поддаётся, застыл на месте, его лицо покрылось зловещей маской, отражая смесь гнева и удивления. Он не привык, чтобы его слуги сопротивлялись. Он привык подчинению, страху и беспрекословному повиновению. Но перед ним стоял Драко Малфой — тот, кто раньше был идеальным примером его власти, а теперь был готов бросить вызов. — Ты всегда был слабаком, Малфой, — прошипел Волдеморт, его голос стал хриплым от злости. — Ты не понимаешь, с кем ты связываешься. Ты не сможешь уйти от меня. Ты мой, ты всегда был моим, и ты будешь моим. Драко чувствовал, как его тело напрягается, но он не отступал. Всё, что он пережил, всё, что он вынес, теперь давало ему силу. Он больше не был мальчиком, которого легко сломать, не был тем, кто подчинялся каждому приказу. Он стал тем, кто мог действовать по-своему. **Мысли Драко:** *Я не сдамся. Я буду бороться, несмотря на все, несмотря на то, что он мне сделал, несмотря на его угрозы. Я больше не боюсь.* Он шагнул вперёд, его палочка засветилась ярким зелёным светом. Этот момент был критическим. Драко должен был действовать, чтобы предотвратить дальнейшую угрозу Гермионе. Он произнес заклинание, направив свою палочку на Волдеморта. Зелёный свет взметнулся в воздухе, как предвестие смерти. Но Волдеморт, как и ожидалось, блокировал заклинание, его магия не была ничем уступающей. Драко чувствовал, как сила заклинания отскакивает от щита Волдеморта и заставляет его покачнуться. — Ты не сможешь победить меня, Малфой, — прошептал Волдеморт, его лицо искажалось в ярости. — Я создал тебя. Ты не можешь освободиться от меня. Но Драко был решителен. Он смотрел на Гермиону, её глаза полны страха, и что-то в нём изменилось. Он не был тем, кем был раньше. Он был готов защищать её любой ценой.  **Мысли Драко:** *Я не сдамся. Я не могу позволить ему забрать её. Я стану тем, кем должен быть, ради неё. Ради её безопасности. Я буду сражаться.* — Ты не заберёшь её, — сказал он, его голос был полон уверенности и ярости. — Я сделаю всё, чтобы её защитить. Ты не победишь. Волдеморт не мог поверить в происходящее. Его пальцы сжались на палочке, но вместо того чтобы атаковать, он долго смотрел на Драко. В глазах Лорда Тёмной магии было не только презрение, но и нечто большее — он почувствовал, как его власть над Малфоем ослабевает. Драко вновь поднял палочку, готовый к решающему удару. И тут, в тот самый момент, когда всё казалось решённым, магия вокруг них стала ещё более напряжённой. Волдеморт снова произнёс заклинание, но Драко, не сомневаясь ни на мгновение, парировал его атаку. Его внутреннее чувство, его собственная решимость, наконец, стали сильнее магии Тёмного Лорда. **Мысли Драко:** *Я победю, я должен победить. Я не могу позволить Волдеморту снова управлять моей жизнью, я не могу позволить ему забрать её. Эта борьба — моя. Я буду бороться за нас.* Драко вновь сосредоточился на своём заклинании, не отвлекаясь. В его глазах не было ни страха, ни сомнений. Он был готов уничтожить Волдеморта, если это было необходимо, чтобы защитить Гермиону. И хотя Волдеморт, казалось, был всесилен, в тот момент он понял: Малфой больше не был его игрушкой. Волдеморт, почувствовав, что его власть над Драко Малфоем рушится, злобно усмехнулся. Его план по контролю над Малфоем не сработал, и для того, чтобы вернуть Драко под свой полный контроль, Лорд Тёмной Магии решил действовать по-другому. Он поднял палочку и произнес несколько быстрых, магических слов. В ту же секунду Гермиона Грейнджер оказалась в его руках. Она почувствовала, как невидимая сила схватила её, и прежде чем она успела понять, что происходит, её переместили в тёмное, мрачное место, наполненное зловещей атмосферой. Вокруг неё стояли черные стены, а в воздухе витал запах разрушения и магии. **Мысли Гермионы:** *Что происходит? Где я?* — её разум не мог сразу охватить происходящее. Сколько бы она не пыталась использовать магию, она чувствовала, что её силы беспомощны против этого места, а защита была невозможно пробить. Страх терзал её, но она не могла поддаться панике. Её единственная мысль была о том, что теперь её жизни угрожает реальная опасность, и единственный способ выбраться — это надеяться, что Драко не будет колебаться. Волдеморт стоял перед ней, его глаза сверкали холодным огнём. — Я всегда знал, что ты станешь ключом, — сказал он, обращаясь к Гермионе с презрением. — Ты слишком важна для Малфоя. Это всё, что мне нужно, чтобы вернуть его. Он сделает всё, чтобы тебя спасти. Но ты будешь у меня, и ты будешь делать всё, что я скажу. Он сделал паузу, наслаждаясь её страхом, затем повернулся к Драко, который всё ещё стоял в коридоре с палочкой в руках. Волдеморт знал, что теперь его власть над Малфоем будет максимальной. **Мысли Драко:** *Она в опасности. Всё, что я сделал, всё, что я хотел — я должен был остановить его раньше. Теперь я должен сделать выбор. Но... я не могу позволить ему причинить ей вред. Не могу снова быть его марионеткой.* Драко чувствовал, как его сердце сжалось. Он сделал шаг вперёд, и даже в этом мгновении, когда его нервы были на пределе, он не мог позволить себе отступить. Волдеморт повелительно смотрел на него, ожидая, что тот подчинится. — Малфой, ты знаешь, что делать. Если хочешь, чтобы она осталась в живых, ты будешь выполнять мои приказы, — сказал Волдеморт, его голос был низким и угрожающим. — В противном случае... она умрёт. Драко в этот момент почувствовал, как его внутренняя борьба принимает страшный оборот. Всё, чего он когда-то боялся, всё, что его терзало — теперь перед ним как реальность. Его чувства к Гермионе, его собственная совесть, его долг перед собой — все это оказалось ничем по сравнению с тем, что Волдеморт мог сделать с ней.  Он медленно подошел к Волдеморту, чувствуя, как тяжело ему дается каждое движение. Он уже был слишком далеко в этом мраке. Он снова был тем, кем был раньше, и теперь он должен был выбирать — действовать как пожиратель смерти или рискнуть потерять Гермиону. **Мысли Драко:** *Я не могу. Я не могу снова быть тем, кем был. Но как я могу выбрать её? Что будет с ней, если я не подчинюсь? Я не могу её потерять...* Но решение было принято. Драко не мог больше быть тем, кто сидел сложа руки, не решая ничего. Он понял, что Волдеморт манипулирует им, и теперь он должен был сделать шаг, чтобы поставить точку в этой борьбе. Но он знал, что если он попытается противостоять Волдеморту сейчас, это может закончиться катастрофой.  В этот момент, он почувствовал, как внутри него просыпается прежний Драко — тот, кто не боялся и был готов сражаться за свою свободу. Всё, что он делал до этого, было ради Гермионы, ради того, чтобы вернуть её. Но чтобы спасти её, он был готов разрушить всё. — Что мне делать? — прошептал он, обращаясь к себе. И в этот момент его взгляд снова встретился с Гермионой. Всё было ясно. Драко стоял перед Гермионой, его лицо было жестким и безжизненным, как камень. Он не мог позволить себе чувствовать, не мог позволить себе сомневаться. Он знал, что её жизнь теперь зависела от него. Его сердце сжалось, когда он взглянул на неё, но он быстро подавил любые эмоции.  Волдеморт, наблюдая за ними, наслаждался моментом. Он знал, что это время пришло. Он был уверен, что теперь Драко не сможет отступить. Он должен был стать тем, кем всегда был предназначен быть — верным Пожирателем Смерти.  Драко обернулся к Гермионе, его глаза были холодными и жестокими.  — Ты больше не важна для меня, Грейнджер, — сказал он, его голос был полон отчуждения. — Ты всего лишь препятствие, которое я должен устранить. Его слова были как удар по её сердцу. Гермиона пыталась увидеть в его глазах хотя бы малую искорку того человека, которого она когда-то знала, но всё, что она могла найти, — это пустота. Драко приближался к ней, его шаги были уверенными, и даже если она чувствовала боль в его словах, она знала, что это было сделано ради её безопасности. Он не мог показывать слабости, иначе она погибнет. — Ты не сможешь мне помешать, Гермиона. — Он остановился прямо перед ней, его лицо было всего в нескольких дюймах от её. — Я буду делать то, что велено. И ты не можешь это остановить. Гермиона пыталась найти хоть какой-то след любви в его словах, но их не было. Только жестокость. Она почувствовала, как её сердце сжалось. Но она знала — это было временно. Он пытался защитить её, даже если его сердце говорило другое. — Драко, ты не такой, — прошептала она, едва сдерживая слёзы. — Ты не такой, как они. Ты должен помнить, кто ты. Но он лишь усмехнулся. Усмешка была холодной, почти безжалостной. — Я больше не тот, кто был. Я никогда не был таким, как ты думала. Ты просто не видела правду. — Его голос стал тише, как будто он говорил сам с собой. — Мне нужно сделать это ради тебя, ради твоей жизни. Ты не понимаешь, сколько жертв я готов принести. Он отвернулся от неё, его слова снова были полны жестокости. — Я больше не позволю тебе быть слабой, Гермиона. Ты не заслуживаешь милосердия. Но если ты хочешь жить, ты должна терпеть то, что я сделаю. Её сердце не могло принять эти слова, но она знала, что он был прав. Он был готов сделать всё ради её безопасности, даже если это означало отречься от всего, что они когда-то разделяли. Драко вновь повернулся, его лицо было скрыто в тенях, его палочка была направлена в её сторону. Она чувствовала, как его магия наполняет пространство вокруг них. — Драко... Пожалуйста, не делай этого... — её голос был полон боли, но она знала, что её слова не смогут изменить его решения. Он взглянул на неё в последний раз, и в его глазах мелькнула тень того человека, которым он был когда-то. Но она быстро исчезла, и Драко снова стал тем, кем ему пришлось стать. Он сжал палочку, его лицо стало каменным, и он произнёс заклинание, чтобы обездвижить её. Гермиона упала на колени, не в силах сопротивляться. Она знала, что он делает это ради её безопасности, но его холодность ранила её больше, чем она могла себе представить. *Он больше не тот, кого я любила,* — подумала она, с трудом сдерживая слёзы. *Но я всё равно верю в него. Я верю, что он найдёт свой путь назад.* Тёмные заклинания сотрясали пространство вокруг, и, несмотря на всю жестокость, Гермиона не могла избавиться от мысли, что Драко ещё не потерян. Но для этого ему нужно было пройти через многие испытания, и она знала, что их отношения, как и прежде, будут проходить через огонь. Драко стоял перед ней, его глаза были полны отчаяния, но он не показывал этого. Всё в нём кричало о внутренней борьбе, но наружу не выходило ничего. Он был холоден, жесток, и, возможно, уже не знал, что делать. Это был не тот Драко, с которым она когда-то делила смех и разговоры по ночам. Это был Драко, который стал частью тёмного мира, которого она боялась.  — Ты не понимаешь, — его голос дрожал, когда он говорил, но он сдерживал эмоции. — Я пытаюсь, Гермиона. Я пытаюсь всё сделать правильно. Я... я не могу, не могу поступить иначе. Гермиона смотрела на него, не веря своим глазам. Его слова были полны боли, но жестокость его поступков была неоспоримой. В его глазах горел огонь, в котором она не могла найти того человека, с которым когда-то разделяла свою жизнь. — Ты можешь, Драко. Ты можешь всё исправить. Ты не такой, каким ты стал. Ты... ты не должен быть Пожирателем Смерти. Ты не должен это делать. Он отвернулся, его тело было напряжено, как струна. Он был на грани, на грани разрушения всего, что когда-то было важным. Его душа была разделена, и ни одна часть его не могла найти решение. — Я не могу выбрать, — его голос был тихим, но решительным. — Я не могу спасти тебя, Гермиона. Я не могу спасти нас. Я стал тем, кем должен был стать, и мне нужно это принять. Гермиона хотела кричать, умолять его, но она понимала, что любые её слова были бы напрасны. Он уже не был тем человеком, которого она знала. Волдеморт сделал его марионеткой, и его чувства были поглощены тёмной магией. — Ты не понимаешь, — повторил он, смотря в её глаза. — Я не могу поступить иначе. Я пытался, но... всё тщетно. Её сердце разрывалось. Она не могла поверить в то, что происходило, но в его глазах она видела горечь, которая говорила о том, что он тоже страдал. Но её страдания были глубже. — Я люблю тебя, Драко, — шепотом сказала она, но его лицо оставалось безэмоциональным. — Я всё ещё верю, что ты можешь выбрать. Ты можешь изменить всё. Но его губы сжались в узкую линию, и он отвернулся, делая шаг назад. Он был решителен, как никогда раньше, но каждый его шаг, каждый взгляд, казались такими тяжёлыми. Он был марионеткой, и ничего не могло его освободить. — Ты должна уйти, Гермиона, — его слова были окончательными, и в них звучала боль, которую она не могла унять. — Я не могу тебя спасти. Я не могу спасти нас. Гермиона чувствовала, как её мир рушится. Она смотрела на него, но он уже не был тем человеком, которого она любила. Его тёмная судьба была решена, и она была бессильна что-либо изменить. Он повернулся и ушёл, оставив её одну, как когда-то. Гермиона стояла, как статуя, с каждым словом Драко её мир рушился. Она пыталась понять, что произошло с ним, как он стал этим жестоким человеком, который мог смотреть на неё и не испытывать того, что когда-то было между ними. Каждый его шаг отдалял её от того Драко, которого она знала, а сердце, которое когда-то было полным надежд и любви, теперь было пустым и разбитым. Она закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь сдержать слёзы, которые катились по её щекам. Она не могла позволить себе сломаться, не могла позволить себе сдаться. Но эта боль, которую она чувствовала, была невыносимой. Всё, что она когда-то верила, теперь было разрушено. Он стал чужим. Всё, что оставалось — это лишь пустые воспоминания. С каждым шагом, который Драко делал, он уходил дальше от неё, и она не могла понять, что ещё можно было сделать. Его слова были конечными, и его действия — ещё более жестокими. Он был заперт в этой тёмной реальности, и никакие её слова не могли его освободить. Но в её сердце не угасала надежда. Не могло быть так, что Драко был потерян навсегда. Даже если он стал Пожирателем Смерти, даже если был частью этого тёмного мира, она верила, что всё ещё возможно. Она верила, что внутри него оставалась часть того человека, которого она любила. "Я должна найти способ", — думала она, сжимая кулаки. Она не могла просто сидеть сложа руки. Она должна была бороться, как она всегда делала. Она должна была найти способ вернуть его, даже если это означало, что ей придётся столкнуться с самым тёмным и опасным миром магии. С каждым днём Гермиона становилась сильнее. Она не могла позволить себе потерять ещё одного человека, которого она любила, даже если это означало, что ей придётся столкнуться с самыми страшными вещами. Она была готова идти на всё ради того, чтобы вернуть Драко. Но что, если он уже не хотел возвращаться? Что, если тёмная магия поглотила его настолько, что уже не было пути назад? Эти вопросы терзали её, но она не могла дать себе право сдаться. Для неё он был не просто Пожирателем Смерти, не просто жестоким человеком, который послал её прочь. Он был тем, с кем она прошла через многое. Он был её другом, её любовью, и она не могла позволить себе забыть это. Она сделала шаг вперёд, решительно нацелив взгляд на тёмный путь, который ей предстояло пройти. Гермиона знала, что это будет нелегко, и что впереди её ждут самые страшные испытания, но она готова была бороться за него. Драко сидел в темной, холодной комнате, его мысли были запутаны, как никогда прежде. Всё, что он сделал, всё, что он сказал Гермионе, теперь, когда он был один, казалось ему невыносимо тяжёлым. Он повернулся к стене, сжимая кулаки. Его сердце было полно боли, которую он не мог выразить словами, и её взгляд, когда она уходила, был ему как удар. Но он не мог остановиться. Не мог вернуть её, не мог противостоять Волдеморту и всем тем силам, которые теперь имели над ним власть. "Ты её любишь, Драко", — шептал голос в его голове. "Ты её любишь, но ты заставляешь её страдать. Ты причиняешь ей боль, и ты не можешь остановиться. Почему ты не можешь просто отпустить её?" Его пальцы сжали подушку, его грудь сжалась от мучительной тяжести, которую он пытался скрыть от самого себя. Он знал, что он её любит. Он знал это давно, ещё до того, как Волдеморт вернулся, до того, как его жизнь стала марионеткой в руках тёмных сил. Но сейчас он был пленником, и всё, что он делал, было вынужденным. Он понимал, что каждый его шаг приносит Гермионе боль, но был ли у него выбор? "Ты не заслуживаешь её, Драко", — снова прозвучал этот голос, теперь уже более зловещий. "Ты не достоин её. Ты стал тем, что должен был стать. Ты должен подчиняться. Ты не можешь любить её и одновременно следовать Волдеморту. Ты не можешь быть с ней. Ты разрушишь её." Драко схватился за голову, его взгляд был пустым, а в груди зияла пустота. Он пытался найти силы сопротивляться. Он пытался вспомнить ту часть себя, которая когда-то была доброй, той частью, которая любила Гермиону, той, которая не смогла бы заставить её страдать. Но реальность была иной. Он был Пожирателем Смерти. Он был тем, кого она боялась, тем, кого она ненавидела, и он не мог позволить себе быть с ней. Он был связан с Волдемортом, с темными силами, и, несмотря на то что его душа кричала от боли, он не мог разорвать эти цепи. "Я люблю её", — думал он, стиснув зубы. Но что это меняло? Это не могло изменить того, что он был теперь. Это не могло вернуть её, если она уже ушла. Это не могло стереть ту боль, которую он ей причинил. Он вспомнил её взгляд, когда она смотрела на него, когда она верила в него. И теперь её лицо было для него как кошмар. Он знал, что её сердце разрушено, что она будет страдать из-за него, из-за того, что он стал другим, из-за того, что он был обязан причинять ей боль. "Я должен это делать. Я должен. Это не я. Это не я решаю. Это не я..." — его мысли путались, и он знал, что продолжать так будет больно для обоих. Но он не видел другого выхода.  Драко прижался к стене, отчаянно пытаясь заглушить эмоции, которые не отпускали его. Он всё ещё любил её. Но чем больше он пытался быть с ней, тем больше он угрожал ей. Он видел это, и всё же не мог остановиться. Драко стоял перед огромными дверями, ведущими в темные глубины замка, где Волдеморт ожидал его. Сердце его било с бешеной силой, но он не мог остановиться. С каждым шагом, который он делал, он понимал, что эта война заберет его ещё дальше от того, кем он был, и от того, кто он мог бы быть. Но выбора не было. Он был обязан подчиняться. Он не мог позволить себе быть слабым. Он был Пожирателем Смерти, и его место было рядом с теми, кто служил Волдеморту. Прошлая жизнь казалась далёким, почти забытым воспоминанием. Вспышки из прошлого — её лицо, её слёзы, её любовь — всё это теперь выглядело как призраки, исчезающие в тумане. Он понимал, что не может вернуться. Он не мог изменить свою судьбу. И, возможно, он не заслуживал её, но всё равно продолжал любить. Даже если это было невозможно. Он не мог быть с ней, и он знал это. Всё, что оставалось — это следовать указаниям, слушать его приказы, и убивать. "Ты должен быть силён", — шептал внутренний голос, который звучал, как гром, отзываясь в его сознании. "Ты не можешь подвести его. Ты не можешь подвести себя." Когда он вошёл в комнату, Волдеморт сидел на своём троне, окружённый тенью, с глазом, полным ледяной решимости. — Ты готов, Малфой? — его голос был как резкий удар кнута. Драко подошёл к нему и встал на колено, как он всегда делал, подчиняясь силе, которая казалась ему невыносимо подавляющей. Он чувствовал, как в его теле скапливается напряжение. Он не хотел этого, но знал, что другого пути нет. — Да, мой лорд. Я готов. Волдеморт улыбнулся, его глаза сверкали зловещим светом. — Ты идёшь в битву, Драко. И ты сделаешь всё, что я прикажу. Ты будешь нашим оружием. Ты уничтожишь всех, кто стоит у нас на пути. Никаких сожалений. Никакой жалости. Драко чувствовал, как его кровь закипает от этих слов, и в то же время он ощущал холодное отчуждение от того, что он должен был сделать. Он был инструментом. Инструментом в руках человека, который видел только силу и разрушение. Но, несмотря на это, он знал, что в его руках была сила. Сила, которая не позволяла ему остановиться. — Я понимаю, мой лорд, — произнёс он, вдыхая воздух, как будто готовясь к катастрофе. Волдеморт встал, его фигура была внезависимости от окружающего света, будто сам туман мрак был его природой. — Иди. Убей. Не думай о том, кто стоит перед тобой. Это не твоя борьба. Ты просто выполняешь приказ. Драко не сомневался в том, что война будет кровавой. Он знал, что каждый бой будет разрушать его душу ещё глубже, но его верность Волдеморту была безусловной. Или, по крайней мере, она должна была быть. Он шел по этому пути, который вёл его всё дальше и дальше от того, что он когда-то знал. С каждым шагом он чувствовал, как его человечность уходит. И каждое воспоминание о Гермионе стало казаться ему всё более отдалённым, как сон, который не принадлежит ему. Он знал, что она будет страдать из-за его решений, из-за того, что он выбрал этот путь. Но что он мог сделать? Он был связан цепями, и единственным выходом из этого было подчинение. Когда он вышел из комнаты, он не оборачивался. Он знал, что не может возвращаться в тот мир, который когда-то был его. Он знал, что, возможно, больше никогда не увидит её. Но его сердце всё равно было полным. Полным любви и боли, которую он не мог избавиться, какой бы жестокой ни была реальность. Спустя несколько месяцев войны, Драко Малфой вернулся в Малфой Мэнор. Война забрала у него всё — его мир, его покой, и, возможно, даже часть его души. Каждый день на поле боя был заполнен смертью, страхом и разрушением. Он становился всё холоднее, всё более расчётливым и жестоким. И хотя в глубине души он не мог избавиться от воспоминаний о Гермионе, он знал, что путь, по которому он пошёл, не оставляет места для слабости. Когда Драко пересёк порог своего дома, старые стены Малфой Мэнора встретили его тем же туманным, застывшим молчанием, которое царило в нём с тех пор, как началась война. Всё здесь было таким же, как и раньше — холодное великолепие, высокие потолки и резные карнизы, но всё это теперь казалось ему пустым, лишённым жизни. Это место больше не было его домом. Он потерял свою связь с ним. Он поднялся по лестнице, усталый и измотанный, но в его глазах не было усталости, а лишь холодное отчуждение. Вскоре он оказался в зале, где его уже ждали родители. Люциус Малфой, с выражением величия, которое никогда не покидало его, и Нарцисса, с её утончённой грацией, несмотря на тяжёлые годы войны. Когда они увидели сына, их лица озарились гордостью, но было что-то ещё в их глазах — беспокойство, которое они пытались скрыть.