Мальчик - спаситель

Экко в тот вечер хотелось побыть одному. Наблюдая за тысячами улетающих в небо белых точек, превращавшихся на небе в пепел, он зажёг свою и, будто желая сжечь с ней всю свою боль, отпустил её в небо. В ней было написано имя "Джинкс". Но не потому, что он считал, что обладательница этого имени умерла, вовсе нет. Умерла только та её часть, которая носила это грязное и некогда такое ненавистное ему имя. Но не Паудэр. "Я знаю, что ты всё ещё здесь. Погибнуть мог кто угодно — Вай, Кейтлин, Вандер, Иша... Но только не ты. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы в это поверить". В ладони он держал голову той самой обезьянки, которую обнаружил после взрыва. Всё, о чём он думал в тот момент, это чувство ненависти к себе. Почему он тогда не помог Вай перебраться на другую сторону, спастись от монстра? Почему не победил Вандера, увлёкшего её за собой? В конце концов, почему не поймал её? А может быть, это было необходимо, чтобы... Чтобы окончательно убить ту её сущность, которую звали Джинкс?... И, может быть, — Экко не хотел этого признавать, — именно он и спас в ней ту самую Паудэр, которой предстояло сделать ещё очень многое. Провожая взглядом сгоревший листок, он устремил взгляд в небо. "Может, она уже там? Наверняка ей надоела вся эта "скука" на земле..." И он не ошибался. Только над его головой пронёсся пепел от собственной записки, он разглядел в небе нечто похожее на летящий корабль. Ни на секунду не сомневаясь, кто был его создателем, он схватил свой скейт и устремился на нём ввысь. *** "Аргх, чёрт!" Бросив в сторону очки и шлем, Пау Пау спрыгнула с палубы корабля, который был на́скоро приземлён на крыше сооружённой ею лаборатории, находившейся на далёком от города островке. Островке, о котором было уже давно известно только ей и Силко. "Вся неделя работы ко всем чертям... Почему вечно возникают проблемы с этим проклятым двигателем?!" Прихватив с палубы сумку с инструментами, она достала из неё гаечный ключ. Обойдя корабль и открыв боковой отсек, она в очередной раз начала искать источник проблемы. Руки по локоть были испачканы в масле, хотя корабль должен был лететь вовсе не на нём. Того маленького шарика хэкстэка должно было хватить ещё надолго. Закрутив несколько крупных гаек, и тщательно всё проверив, она бросила ключ и подошла к воде, чтобы помыться. Вымыв руки и начав умывать лицо, она задумалась о том, что сегодня она слишком рисковала быть замеченной. — Ещё подумают, что подкрепление Медарды пришло. Тогда уж точно тот день станет последним. Свидетелей ещё мне не хватало! — И всё-таки одного ты нашла... Девушка застыла, всё также сидя на корточках возле воды. Не веря своим ушам, она не спешила оборачиваться. Экко она надеялась не встретить больше всего. Глядя на своё отражение на поверхности воды, с водной глади на неё смотрели пара голубых, словно светящихся во тьме глаз. А рядом, всего в нескольких шагах, отражалась пара других, карих, будто излучающих янтарный свет, глаз. А выражение лица их хозяина выражало растерянность, обиду и замешательство. — Ты действительно думала, что я не попытаюсь найти тебя? — подойдя к девушке, он взял и приподнял её за плечи. Ему важно было видеть её лицо. Её эмоции, глубину её глаз... Именно эмоции и глаза Паудэр, которых ему так не хватало все эти годы. Не желая признавать крах своего плана уйти незамеченной, Пау Пау с досадой зажмурилась и опустила взгляд в землю, отвернувшись от Экко. В тот момент она чувствовала себя словно ребёнок, замысел которого разгадали злые взрослые, и уже задумывают для неё наказание. — Я знаю, что это не прибавит тебе радости, но... — Кейтлин и Вай в курсе моей находки. Девушка шокировано посмотрела в глаза парню. — Что ты имеешь ввиду?... Экко, едва заметно улыбнувшись, достал из кармана брюк голову той самой механической обезьянки и приблизил её к лицу Паудэр. — Ты всегда умудрялась удрать, но заметать следы так и не научилась. Молодой гений с самого начала понял, что она задумала. И он знал, что должен её искать. Конечно же, сразу же после битвы он вихрем направился в её лабораторию, никого так и не обнаружив. Но он чувствовал всем своим существом, что она жива. В надежде отыскать хоть малейшую улику, он долгие дни рассматривал стены, пол и шахты башни, в которой она погибла. Добравшись до одной из вентиляционных шахт, в темноте, забившись в угол и лёжа в пыли, на него смотрела голова так полюбившегося Паудэр механического зверька. С того момента он знал, что обязательно рано или поздно встретит её. — Прошу, просто... Уйди. Оставь меня! — вырвавшись из его рук, Паудэр вбежала в новую лабораторию, захлопнув и закрыв перед носом Экко дверь на замок. "Чёрт... Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!" Размышлять над планом "Б" ей долго не пришлось. Посредине её сооружения стоял искусственный колодец, который на самом дне соединялся с заброшенной частью канализационной системы. Это был эдакий чёрный ход. — Паудэр, прекрати! Ты правда думаешь, что я после всего вздумаю тебя обидеть?! И одну в беде я тебя больше никогда не оставлю. Слышишь?... — Экко отчаянно пытался открыть дверь. Последние слова долетели до девушки уже в прыжке, вскоре после чего она уже ползла по давно исшохшей канализационной трубе. *** "Да чтоб его... Лучше бы мне было тогда было згинуть в той башне с отцом, чем вновь оказаться в проигрыше и всех подставить!" Бегая по канализации, она сворачивала вновь и вновь по хорошо известному ей маршруту. Решив перевести дыхание, она облокотилась о стену, сползла по ней вниз и уселась на землю. Отдышаться-то не очень получалось, ведь кругом стоял жуткий смрад, от которого жутко кружилась голова. Паудэр хотелось рвать на себе волосы и кричать от досады, но времени было в обрез. А то ещё он успеет... — Паудэр, стой! Почему ты так не хочешь просто поговорить со мной?! На мгновение она почувствовала испуг. Но, заслышав так до боли знакомые ей слова, её охватил гнев. — Придурок! Ты всё ещё не понял?! Я устала от разговоров... Я устала от... Всего, что связано с моей жизнью... — она вновь почувствовала, как к горлу начал подступать предательский горький комок, а на глазах вновь выступили слёзы. — Почему вы все просто не можете дать мне исчезнуть?! Быстро вскочив, она продолжила бежать. Чем глубже уходили туннели канализации, тем более скользкой становилась земля под ногами. Пару раз девушка чуть не упала в воду, но вовремя затормозила. Экко, ещё с детства всегда выигрывая с Паудэр в догонялки, был очень близок к цели. — Я знаю, что сломал твои планы. Но таково наше с тобой сосуществование: ты — задумываешь, я — делаю всё, чтобы разрушить задуманное тобой. — остановившись, он начал внимательно прислушиваться. Услышав, что Экко перестал бежать, Паудэр тоже остановилась. Их разделяла лишь одна толстая стена. Ступая кошачьей походкой, девушка почти бесшумно переступала с ноги на ногу. Ей было уже даже трудно устоять на месте. Оперевшись ладонями о кирпичную стену, она медленно шла вдоль неё. Экко услышал её шаги. Поняв, что между ними лишь небольшая ограда, он также бесшумно пошёл вдоль стены с обратной стороны. — Твоя жизнь лишь только начинается, в этом ты права. Но почему ты решила, что из-за этого тебе не будет места в жизни Вай? В жизни Пилтовера? В моей?... — Мне никогда и нигде не было места... — всё также осторожно ступая, Паудэр была близка к тому, чтобы вновь впасть в истерику. Может быть, она и хотела вернуть тех немногих родных, что ещё у неё остались. Но страх их ранить и вновь потерять был слишком велик. Ей казалось, что без неё всем будет лучше. Она сделала слишком много ошибок, чтобы лишь одним правильным решением всё исправить. — И если ты действительно мой друг, и хочешь, чтобы я больше не была прежней, прошу... Просто... Позволь мне уйти. Через несколько шагов стена заканчивалась, и за ней был следующий поворот, ведущий к общему стоку. "Найти лестницу, подняться на поверхность, улететь... Ах, если бы можно было улететь отсюда на скорости света!" Приготовившись, Паудэр затаилась. Из-за эмоций и роя мыслей в голове она не заметила, что Экко всё это время шёл напротив неё за стеной. Как всегда, он был на шаг впереди неё. — Будь я просто твоим другом детства, может быть, я бы позволил этому случиться. Но есть одно но... Приготовившись бежать, Паудэр повернула за стену, но встретилась лицом к лицу с ним. — Я люблю тебя. — сжав девушку в объятии, он крепко прижал её к себе. Пытаясь вырваться, она изо всех сил царапала его обнажённые руки, била по спине, и даже норовилась укусить. Хотя для Экко в тот момент это было не больше, чем нападение маленького котёнка. Перестав сопротивляться, Джинкс обмякла в его руках. Но дело было не только в слабости. Как бы она этого не отрицала, но ей стоило признаться себе в том, что она чувствовала к нему тоже самое. Похоже, судьба всё-таки сжалилась над ней и дала шанс не упустить это новое что-то, о чём в будущем она могла сильно сожалеть и тосковать всем сердцем. Обнявшись, они простояли так довольно долго. Пусть и не самая романтичная обстановка, но их жизнь всегда была непредсказуема. Нужно было ловить момент. А этот момент им обоим хотелось остановить, и остаться в нём навсегда. Это была даже бо́льшая близость, чем та, что уже произошла между ними. Только теперь это было наяву, в их вселенной. — Экко, но я ещё не готова вернуться в Пилтовер, вернуться в Заун... Мне нужно время всё обдумать. Мне правда нужно убраться отсюда, ненадолго...— взглянув ему в лицо, она провела ладонью по его щеке, — Но я обещаю, что скоро вернусь. — А я пообещал, что больше никогда не оставлю тебя. Что-ж, тебе придётся с этим смириться, и... — он хитро улыбнулся. — Мне, возможно, придётся стать твоим помощником на корабле... Паудэр опомнилась. Ликуя от идеи Экко, она взяла его лицо в свои руки и что есть мочи, крепко поцеловала. *** Пилтовер постепенно восстанавливался. Заун, которому требовалось на это куда больше времени, тоже с каждым днём всё больше напоминал место, где ещё может зародиться счастливая жизнь. Но где-то там, вдали, два самых важных жителя этого города, бороздя воздушные просторы, летели навстречу новым эмоциям и открытиям. Стоя на палубе, Экко обнимал Паудэр за плечи, тем временем как та увлечённо управляла рулём корабля. Но, как обычно, просто так она ему отдаваться не собиралась. Сделав резкий поворот рулём, она чуть не сбила парня с ног, но тот вовремя успел вцепиться одной рукой за одну из верёвок мачты. Рассмеявшись, он подбежал к ней и обнял ещё крепче, на что Паудэр лишь победно расплылась в довольной улыбке, щекотя его лицо своими резвящимися на ветру волосами. Они не знали, как долго продлиться их путешествие. Но точно были уверены в том, что отныне их сердца, летя на белых парусах жизни, больше никогда не будут одиноки.