Глава 1. Без слов

      Натка рывком задернула тяжелую портьеру с золотыми шнурами, похожими на цепи, и отошла от окна. Заставила себя отойти — чего греха таить. Коттеджный поселок окончательно поглотила темнота, в которой даже ее глаза, еще юные и привыкшие к ночным бдениям, не различили бы знакомых силуэтов. Хотя и в самый белый день — пора уже понять — ни старенький, но быстрый, мощный и такой родной КамАЗ, ни его лучшие в мире водители не покажутся лучом солнца на горизонте. Пора — но не хочется и не можется. Как и, видимо, снегу этой зимой: улицы до сих пор остаются сухими, чистыми, словно вылизанными, однако пустыми и неуютными. Будто этот роскошный поселок «не для всех», модные платья вместо любимых потрепанных джинсов и… сама жизнь дочери олигарха.       А ведь Сашок тогда ей не поверил! Спасенная на лесной дороге девчонка с неопределенным — от пыли — цветом волос и такими же неясными планами на будущее не тянула на «наследницу престола». Иваныч, его старший напарник, даже слов таких — «олигарх» — не знал, удочерять беспризорную Нату собрался. Не только новомодных словечек — ничего о ней не зная — и не побоялся! Жаль, Саня с его косой саженью в плечах, большими, натруженными и одновременно нежными руками, широченной улыбкой и широкой душой желания породниться не выражал. Не в качестве отца и дочери, ясное дело. Правда, это вначале — потом же бешеная колесница событий понеслась по встречке, пытаясь, казалось, навсегда разлучить их, но лишь снова толкая друг к другу. За наследницей миллионов и двумя благородными рыцарями на белом КамАЗе охотилась и местная мафия, и прислужники отца. Всего избежала их троица, со всем справилась — и, все же схваченная и возвращенная в лоно семьи, Натка сперва не расстроилась. Главные слова — о дне и месте встречи — были сказаны, оставалось только ждать. И готовиться: прежде раздражавшее шикарное платье в пол без слов сообщит обо всем!       …Пожалуй, молчание дорогого наряда оказалось уж слишком красноречивым. Санек и Федор Иваныч увидели в Нате ту, кем она и являлась, и… на своем месте: в мире платьев, драгоценностей, деловых переговоров и светских вечеринок. В мире, где ей не грозят ни уличные хулиганы, ни мелкие провинциальные дельцы. А потому — уехали по-английски, не вернулись в назначенное отцом время для благодарности. Может, к лучшему: Натка догадывалась, кем папа заставит себя почувствовать простых шоферов, осыпая щедротами. Но к лучшему было бы тогда услышать его фирменное «а я тебя предупреждал», а не пресловутое молчание. Молчание, которое говорило обо всем и… не меняло ничего.       …Шаги за спиной, быстрые и решительные и в то же время по-кошачьи осторожные, заставили вздрогнуть и вернуться на много месяцев спустя, в наши дни. Хотя это они кажутся прошлым либо вовсе придуманным, а проведенные с дальнобойщиками — настоящим, во всех смыслах. Господи, Сашок?! Он приехал!       Нет, в комнату вошел Костя — бессменный начальник охраны, не раз водворявший Нату домой. «Скучно ему теперь, наверное, — подумала Натка. — Я больше не убегаю. Дошло, что дома лучше? Ага, щас! Просто лучшего уже нигде не найти…»       — По-моему, ждать прекрасного принца замуровавшись в башне — не очень логично, — хитро подмигнул он подопечной. — Тем более, того, чья работа — днями смотреть в окно.       — Да не буду я открывать шторы! — обозлилась Натка. — Что там за сюрприз опять: пони, чтобы водить нас обеих под уздцы, или новая беседка-золотая клетка? Ты же знаешь, что мне нужно!       — Потому и пришел, что знаю, — охранник одной левой переставил Нату в сторону и раздвинул портьеры, затем щелкнул выключателем.       За окнами в свете фонарей порхали в волшебном танце тысячи снежинок. Зима, наконец, вспомнила, кто она такая, но не облачилась, как тогда Натка, в сверкающий наряд, а посеребрила все вокруг. Дорожки слишком пафосного поселка больше не казались серой пустыней, коттедж — красиво-холодной тюрьмой, шелк платья — ледяными волнами океана, сердце — замерзшим, а надежды — напрасными…