Часть 1

      Имя. Это всё, что у меня осталось. Имя, которое нельзя было произносить вслух, даже шёпотом. Ведь и у стен есть уши. Единственная выжившая из Ордена Феникса. Единственная, кто выжил из Золотого Трио… Сколько лет уже прошло? Десять? Пятнадцать? Забавно… Когда ты в бегах, нет времени смотреть на календарь. Я даже не знаю, какой сейчас год. Морщины на лице показывают, что прошёл не один десяток лет. Хотя, возможно, это лишь печать войны, а не времени? Постоянного недоедания и жизни в бегах? Возможно…              После победы Тёмного Лорда была большая зачистка. Всех, кто не поддерживал его режим, ждала моментальная смерть. Особо знаменитых сопротивленцев казнили публично. До сих пор, стоит мне закрыть глаза, передо мной всплывает лицо Молли Уизли. Рядом с ней стоит избитый Билл. Последний из её выживших детей. Она стоит и гордо держит голову, непокорная. Непокорённая. Она не вздрогнула, когда перед ней упало мёртвое тело сына — первая Авада угодила в него. Наши глаза встретились на пару секунд. Я пришла на её казнь, замаскировавшись. Я не могла не прийти. Но она меня узнала, я поняла это по её взгляду. Оборотное зелье меня не выдало. Но что тогда? Возможно, мой взгляд, полный боли… Этого я никогда не узнаю. Она прошептала, еле двигая губами: «Борись», и вспышка зелёного луча навсегда забрала жизнь этой чудесной женщины. Она отправилась к своей семье.       Борись… Последние её слова. Зачем? Я много раз задавала себе этот вопрос. Никого больше нет… Зачем бороться? Ради чего? Может, стоит сдаться? Встретить смерть как давнего друга… Встретиться с Гарри, обнять Рона, смеяться над шутками Фреда и Джорджа… Но каждый раз, когда я принимала решение сдаться или вскрыть себе вены, перед глазами возникала Молли… И шептала мне опять это слово… Борись… Она была моим ангелом-хранителем, если они вообще существуют. Не давала сделать мне глупостей. Я не могла её подвести. Иначе все погибли зря…       Гарри встретил смерть в Запретном лесу, когда отправился к Лорду… Мы так думали. Его тело принесли на главную площадь Хогвартса. Но во время речи Тёмного Лорда Гарри вдруг вскочил. Радость. Надежда. Всё это возродилось в наших сердцах. Началась Битва. Невилл попытался убить Нагайну. Последний крестраж. Но заклинание Беллатрикс Лестрейндж было быстрее. Невилл погиб. На его смерть отвлёкся Гарри. Это была ошибка. Фатальная. Волан-де-Морт послал Смертельное заклинание в него. Гарри встретил смерть второй раз. На этот раз окончательную. Битву мы проигрывали. Пришлось отступать. Мы с Роном трансгрессировали. В лес Дин. Первое, что пришло мне в голову. Но было поздно. В Рона угодило проклятье Долохова. Неделя. Ровно столько я пыталась спасти Рона, остановить распространение проклятия. Делать это в полевых условиях всё равно что разводить огонь в луже. Рон умер у меня на руках. И, кажется, вместе с ним умерла и я. То, что было Гермионой Грейнджер. Осталась лишь Тень. Эта Тень отправилась на поиски выживших. Их было не очень много. Мы тайно собирались в заброшенных домах маггловского Лондона. Кингсли, Молли, Джинни, Билл, Перси, Дин Томас, Ли Джордан, Макклаген, Кэти Белл. Всё, что осталось от сопротивления. Около шести месяцев нам удавалось скрываться. Но нас нашли. И снова мне удалось сбежать. Только мне…       Моё лицо висело на каждой витрине магазина, на каждом углу магического и немагического Лондона. Нежелательное лицо номер Один. Так гласила подпись. Передвигалась я только по ночам. Иногда пользовалась остатками оборотного зелья. В крайне редких случаях. Например, чтобы прийти на казнь последних Уизли…       Время шло. А меня всё ещё разыскивали. Тёмный Лорд горел желанием найти меня. Я последняя, кто знал его секрет… Нагайна… Смерть в змее. Стоит её убить, и он снова станет смертным. Но как это сделать? Я составила в голове миллион моделей развития событий… И ни одна не была реальной. Чтобы приблизиться к змее, мне понадобится помощь. А её ждать неоткуда. Возможно, ещё остались повстанцы. Но о них ничего не слышно. Они, если ещё живы, прячутся. Мне их не найти. В минуты отчаяния звучал голос Молли Уизли в голове: «Борись».       Борись. Надо идти дальше. Борись. Надо найти еды, чтоб не сдохнуть с голоду. Борись. Может, мне повезёт, и я когда-нибудь наткнусь на повстанцев? Борись… Каждое моё движение было продиктовано только этим словом…       Спустя несколько лет — а может, веков? — я решила заглянуть в свой старый родительский дом. От глаз магглов он был надёжно спрятан. А Пожиратели, скорее всего, в нём уже много раз бывали. И ничего не нашли. Я позаботилась об этом. Родители с новыми именами и воспоминаниями жили в Сиднее. Туда власть Тёмного Лорда ещё не добралась. Если бы родителей схватили, я бы узнала. Он обязательно использовал бы их как приманку, чтобы поймать меня. За них можно было не переживать.       Я забралась в дом ночью. Нужно было залезть в свой тайник и достать оттуда деньги. Я их оставила на крайний случай. Вот он наступил. Я решила добраться до Франции и поискать там союзников. Может, Делакуры ещё живы и помогут мне… А чтобы покинуть Англию, нужны были средства. Я старалась особо не смотреть по сторонам и быстро шла в свою комнату. Быстро взять деньги и уйти. Всё. Не смотреть по сторонам. Здесь всё пропитано воспоминаниями о семье, счастливых временах… Это породит в моём сердце только боль. А её и так достаточно.       Я зашла в свою комнату, отодвинула картину с репродукцией «Подсолнухов» Ван Гога. Там был мой маленький сейф. Набрав нужную комбинацию, я быстро вытащила деньги и собиралась быстро покинуть комнату, как моё внимание привлёк чёрный альбом, лежавший на столе. Семейный альбом Грейнджеров… Может, и стоило пройти мимо, но я уже начала забывать, как выглядят родители… Память забавная штука. Я бы отдала всё, чтобы мёртвые лица друзей не беспокоили меня ночами… Но нет. Это я помню в деталях. А лица родителей со временем стали стираться. Я подошла и открыла альбом на первой странице. Свадебная фотография. Папа, счастливый, держит маму за руку. Она смеётся. Такие молодые, такие красивые… Сердце сжалось. Отлично… Очередная порция боли. Идиотка. Можно подумать, тебе её мало в жизни… Я схватила фотографию и спешно покинула дом.       Я пряталась в чьём-то гараже. Владелец уехал куда-то с семьёй. Думаю, пару дней у меня есть. Здесь даже валялся старый матрас. Так что у меня будет воистину королевский сон сегодня. Я зажгла свечу — магией пользоваться нежелательно: она оставляет след — и устроилась на матрасе. Так-то лучше. Можно считать, что сегодня был хороший день. Я даже нашла какую-то еду в мусорке. Еда и сон не на земле… Как мало надо для счастья! Я достала фотографию родителей из кармана. У меня, оказывается, мамины глаза… И папина улыбка. Надеюсь, с ними всё и дальше будет хорошо… Жаль только, они никогда не вспомнят о своей единственной дочери. Глаза предательски стало щипать. Только не это. Надо беречь воду в организме.       Я стала сворачивать фотографию, чтобы спрятать её обратно в карман, как заметила, что сзади неё есть какая-то надпись. Перевернув снимок, я прочитала: «13 июля. Поздравь меня, сестрёнка. Мисс Роули больше нет. Отныне я Миссис Грейнджер». Я перечитала надпись трижды. Мисс Роули… Я никогда не интересовалась девичьей фамилией матери. Роули… Как будто я эту фамилию уже слышала… Сестрёнка? Насколько мне известно, у моей мамы нет сестры. Она сирота. Как и отец. Тогда какой сестре мама хотела отправить это фото??? Голова раскалывалась. Я подумаю об этом позже. Я затушила свечу и легла спать.       Мне снилась библиотека. Я сидела в Хогвартсе и читала историю магии. Священные двадцать восемь. Двадцать восемь фамилий чистокровных семей: Абботы, Бёрки, Блэки, Брустверы, Булстроуды, Гринграссы, Долгопупсы, Краучи, Кэрроу, Лестрейнджи, Макмилланы, Малфои, Мраксы, Нотты, Олливандеры, Паркинсоны, Пруэтты, Розье, Роули.....       Я проснулась и резко вскочила. Так резко, что голова сильно закружилась. Я схватилась за неё. Роули… Одна из чистокровных семей! Моя мать была Роули!